Блог Яны Литвиновой: независимый слон в шотландской лавке

Форт Уильям, знаки разных партий
Image caption В 2015 году шотландцы выбрали 56 депутатов от националистов SNP (логотип сверху) и одного - от либерал-демократов (логотип снизу)

Перед всеобщими выборами, предстоящими в июне в Британии, журналисты Русской службы Би-би-си Яна Литвинова и Бен Тавенер путешествуют по стране. В этом блоге - путевые заметки Яны.

Не следует притворяться, что в предстоящих британских выборах нет ничего особенного. И дело даже не в том, что они внеочередные, и к ним никто толком не сумел подготовиться.

Давайте смотреть правде в глаза: делать вид, что ни "брексит", ни шотландская независимость не имеют к ним никакого отношения, - это все равно что не замечать большого и очень упитанного слона, вальяжно рассевшегося посередине вашей гостиной.

Проехав Соединенное Королевство из конца в конец и переговорив со множеством людей, как случайных попутчиков, так и заранее найденных собеседников, я могу с большой долей вероятности утверждать, что разные части страны голосуют за свое.

Для Англии и Уэльса предстоящие выборы в значительной степени являются вторым референдумом о выходе из ЕС. Для Шотландии - вторым, хотя и предварительным, референдумом о независимости.

Странная география

Image caption Съемки рядом с мостом из фильмов про "Гарри Поттера"

Предыдущие выборы в парламент 2015 года привели к своеобразной ситуации. Теперь у Англии с Уэльсом с одной стороны, и у Шотландии - с другой - практически нет общих политических партий.

То есть они есть, конечно, но не на парламентском уровне.

Гордые скотты поставляют в Вестминстер 59 депутатов. Из этих 59 львиная доля (то есть абсолютно львиная - 56!) принадлежит депутатам от Националистической партии Шотландии, или SNP, которая своей главной целью ставит именно обретение независимости.

Остальным крупным партиям, то есть лейбористам, консерваторам и либеральным демократам, досталось ровно по одному месту.

Коварная арифметика

Для националистов ситуация сложилась, как ни странно, очень непростая. Дело в том, что продемонстрировать более выдающиеся показатели они практически не смогут.

Те три места, которые достались традиционным общебританским партиям, были ими получены в самой неблагоприятной обстановке. Тогда большая часть тех шотландцев, которые проголосовали на референдуме 2014 года против независимости, уже решили, что пронесло - отделения от Британии не будет, а свои люди в Вестминстере не помешают. Поэтому они и проголосовали за SNP.

Тогда лейбористам-консерваторам-либдемам с трудом удалось выцарапать три места, и теперь-то они у них, скорее всего, останутся. Или их даже станет больше.

Image caption Лох-Шил,озеро на северо-западе Шотландии, также прославилось появлением в "Гарри Поттере"

Прошедшие недавно выборы в местные советы продемонстрировали, что националисты в Шотландии постепенно сдают позиции. Сдают очень потихоньку, буквально миллиметр за миллиметром, но процесс пошел. И даже решение о проведении второго референдума о независимости, как его тут сокращенно называют "indiref -2", им удалось протолкнуть через шотландский парламент только при поддержке зеленых, одних своих сил уже не хватило.

Так что, судя по всему, можно говорить, что часть голосовавших за независимость не столько горела пламенем свободолюбия, сколько рассчитывала на повышенные социальные блага, которые им обещала SNP, уповая на доходы от продажи нефти.

Нефть упала, а у националистов не самый лучший послужной список в том, что касается решения скучных рутинных проблем, как то строительство доступного жилья, здравоохранение и образование. Вероятно, что кто-то задумчиво почешет в затылке и решит вернуться к прежним политическим пристрастиям.

В этой ситуации любой голос, отгрызенный у SNP, может считаться победой.

Некоторые обозреватели открыто говорят, что именно на это и рассчитывает Тереза Мэй. Если, допустим, националисты получат не 56 голосов, а, скажем 50, то она с чистой совестью сможет сказать, что вот, видите, доверие к вам падает, так что нам тут уже не до референдума, давайте лучше "брекситом" заниматься.

И все-таки он будет?

Многие наши собеседники говорили, что, хотят они этого, или нет, но референдум, скорее всего, будет.

Одну женщину с юга Шотландии я спросила: "А почему вы настолько уверены в неизбежности второго референдума? Никола Стерджен (лидер SNP) так сильно не любит англичан?"

На это она усмехнулась и ответила: "Никола Стерджен любит только Николу Стерджен. И уж что-что, а говорить убедительно она умеет".

Профессор из Шеффилда (Южный Йоркшир), говоря об общей политической обстановке в стране, сказал, что противоречия между англичанами и шотландцами достигли стадии бурного кипения. Второго референдума все равно не избежать, и сопротивляться ему не сможет даже наша новая "железная леди", при условии, что она, как предсказывают многие, получит свое большинство.

Два плаката - один цвет

Image caption Есть ли шанс у депутата от Либерально-демократической партии? Надежды мало, признают ее сторонники, и тем не менее

Едем дальше. В небольшом городе Форт Уильям в северо-западной части Шотландии, где превалируют националисты, мы застали странную картину.

На главной торговой пешеходной улице двое пожилых мужчин приятной наружности аккуратно прикрепляли к фонарным столбам эмблему либеральных демократов: желтый ромб с взлетающим силуэтом птицы.

На других столбах красовались такие же желтые плакаты SNP, только вместо пернатого друга там была нарисована черная ленточка, или галстук, или развязавшийся узел векового рабства, или разорванная цепь, каждый волен вкладывать в это изображение собственный смысл.

Немного поколебавшись, я все-таки подошла к этим мужчинам.

"Скажите, - спросила я, предварительно испросив разрешения задать им один вопрос. - А у либдемов здесь есть реальные шансы на победу?"

Активисты переглянулись и дружно сокрушенно покачали головами. "Очень вряд ли, - сказал один, - у нас долгое время был прекрасный депутат-либдем, но он умер два года назад, и теперь вот SNP".

А второй честно признался: "Если у кого-то хоть какие-то шансы и есть, то только у консерваторов, видите, как они пошли в гору!"

Да, и еще одна пикантная подробность. На небольшой площади рядом с главной улицей шесть немолодых людей, двое мужчин и четверо женщин, исполняли какой-то народный танец под раздающуюся из проигрывателя музыку.

Наш оператор Фил пристроился их снять. А что такого? Общественное место, пляски под открытым небом, все, кто хочет, стоят и смотрят. Нельзя что ли?

Оказалось, что нельзя. К Филу подошла какая-то женщина и гневно спросила, а что это, мол, он тут делает. Фил (милейший и мягчайший человек, который за эту поездку, как мне кажется, ни разу не повысил голоса) также мягко и тихо сказал, что снимает, а вообще мы из Би-би-си.

Свидетелем дальнейшего разговора я не была, потому что как раз беседовала с либдемами, но как мне передали, женщина пришла в ярость и заявила, что нам тут вашего Би-би-си не надо, потому что вы против независимости, и вообще - уходите отсюда.

Активисты же от либеральных демократов, узнав, что мы из Би-би-си, наоборот оживились, и только посетовали, что не могут дать нам интервью. Шел первый день после того, как после теракта в Манчестере возобновилась предвыборная кампания, и их попросили только развешивать плакаты и раздавать листовки, а с более серьезной агитацией подождать еще денек.

И напоследок...

Image caption Лох-Ломонд: от красоты здесь захватывает дух

Шотландия красива. Местами - очень красива. А кое-где и совершенно неправдоподобно красива до задержки дыхания, потери речи и полного мозгового ступора.

Любые превосходные эпитеты кажутся недостаточными для того, чтобы передать эту невероятную, суровую, строгую, величественную и какую сами хотите красоту.

На этой красоте пасутся овцы и туристы, время от времени подкармливаются геологи, метеорологи и прочие люди, зарабатывающие на жизнь тем, что изучают все, что из земли торчит, и что на нее сверху падает.

У Шотландии есть упавшая в цене нефть, виски и шерсть. Есть великолепные университеты и прекрасные лаборатории. У нее известная на весь мир литература и такая же известная на весь мир гордость.

Она, безусловно, имеет право отправиться в одиночное плавание, если того захочет. Только для этого было бы неплохо, если бы сами шотландцы сумели друг с другом договориться.

Разговаривая с Линдой с английско-шотландской границы, я поинтересовалась, а кто ей ближе по духу: шотландцы, которые за независимость, или соседи с другой стороны. Она засмеялась, прищурилась и ответила: "Ну, соседи-то, конечно, ближе". Всего через два года после первого референдума они снова оказались на том же распутье.

Вы также можете следить за приключениями журналистов Би-би-си на страницах Бена Тавенера в Twitter и Instagram.

Новости по теме