Блог Вадима Левенталя: слова писателя

Image caption Вадим Левенталь

Блог писателяВадима Левенталя - часть проекта Би-би-си "Уголок оратора", приуроченного к Лондонской книжной ярмарке.

Ирония и, самое главное, самоирония кажутся мне ключевыми качествами писателя. В конце концов, писатель занимается самым бесполезным делом на Земле — сочиняет и рассказывает истории.

Он не спасает людей, не выращивает хлеб, не защищает родину, не строит дома. Оглядываясь вокруг себя на людей, которые занимаются всем этим, в высшей степени сложно сохранять серьезное выражение лица, когда речь заходит о твоем ремесле, о ремесле сочинителя.

Все лучшие — и даже самые серьезные книги — написаны с лукавым прищуром человека, который только что пошутил и ждет, кто из гостей вечеринки поймет шутку.

Пусть не поэтому, но в связи с этим писатель имеет право на определенную меру безответственности.

Расхожее мнение состоит в том, что писатель должен быть жизнью равен своим текстам, а его тексты должны быть равны друг другу. Между тем писатель не юрист, и его работа не заключается в составлении текстов, к которым невозможно предъявить никаких претензий.

Как заметил однажды русский философ (пусть будет для простоты философ) Василий Розанов, мысли бывают разные. Куда больше чем на юриста писатель похож на того описанного Хайдеггером часовщика, который с мечтательной улыбкой покрывает узором шестеренки своего изделия. Зачем? Никто никогда не увидит узора на спрятанных внутри механизма деталях - разве что другой мастер, когда часы потребуется разобрать и починить.

И все же он с лупой и иглой в руках выцарапывает по металлу домики, играющих детей, прогуливающихся взрослых - потому что в этом самая суть его мастерства.

Правообладатель иллюстрации iStock
Image caption Писатель похож на скрупулезного часовщика

Не нужно ревниво выискивать в "Дневнике писателя" слова, противоречащие написанному в "Братьях Карамазовых", глупо возмущаться любвеобильностью автора "Крейцеровой сонаты", и если знаешь, что за телеграмму Набоков отправил Никсону, лучше промолчи.

Хотя бы потому что, как мы прекрасно знаем, как раз те самые люди, которые на самом деле своей собственной волей обрекают тысячи, сотни тысяч и миллионы людей на нищету, голод, бегство из дома и смерть, - эти самые люди всегда равны себе и способны десятилетиями - ну или, по крайней мере, четырехлетками президентских сроков - говорить сплошь одни и те же правильные вещи о мире, милосердии, стабильности и устойчивом развитии.

Писатель никогда не живет в башне из слоновой кости, даже если делает вид, что живет в ней. Писатель так или иначе оказывается в поле общественного интереса (греческое "политика" так переводится) - но определен он все же не им, а своими особыми отношениями с языком.

Тайной радостью, с которой он выводит, высунув от усердия кончик языка, на внутренних деталях будущей книги домики, играющих детей и прогуливающихся взрослых. Озорным весельем от сознания хорошо проделанного фокуса (известные каждому русскому слова Пушкина о себе, сказанные по поводу окончания работы над трагедией "Борис Годунов": "Ай да Пушкин, ай да сукин сын!").

Слова писателя весят меньше слова пастыря, дипломата, хирурга или генерала — их у него много, он щедро отпустит их вам пучок на пятачок, щурясь и ухмыляясь. И все же это не значит, что книги годятся только для украшения интерьеров хипстерских кофеен.

Писателю есть что сказать вам, если вы готовы слушать выдуманные истории, — и некоторым странным зигзагом эти истории способны вернуть вас к реальности, которую вы уже потеряли.

Так, когда средства массовой информации уже убедили вас в том, что на другом конце страны/континента/мира живут люди совсем не похожие на вас, люди с ценностями, которые противоречат вашим, вообще, вероятно, не совсем люди, и в их менталитете (журналисты любят это слово, оно им кажется умным, все объясняющим) сокрыты вещи, которые вы ненавидите - рабство, деспотизм, несправедливость, you name it, - в этот момент вы берете книгу, которую любезно перевел для вас на ваш язык переводчик, и обнаруживаете, что дело обстоит прямо противоположным образом.

Потому что хорошие книги всегда написаны о живых людях, а не об идеях, которые автор хочет до вас донести. Между тем живые люди по всему миру куда больше похожи друг на друга, чем друг от друга отличаются.

Живых людей по всей планете обычно волнуют любовь и дружба, они, как правило, ценят доброту и человеческое тепло, презирают подлость и ложь, склонны не доверять политикам и больше всего хотят одного - мира.

И когда вы в этом убеждаетесь, вы вдруг понимаете, что люди, которые бросили свои дома и отправились вместе с детьми к чужим людям выпрашивать еду и кров, сделали это не потому что они какие-то неправильные, а потому что на их месте вы сделали бы то же самое.

И что люди, которые взяли оружие в руки, чтобы защищать свои города, сделали это вовсе не потому что они невоспитанные или просто любят повоевать, а потому что на их месте вам бы пришлось сделать то же самое.

И если люди миллионами голосуют за кого-то, кто вам активно не нравится, то это не потому что эти люди идиоты, больные или у них другой менталитет, а потому что на их месте вы проголосовали бы точно так же.

И что если они все это делают, то для этого должны быть очень веские причины. Возможно просто, что вам об этим причинах никто ничего не сообщил - потому что есть люди, которым выгодно, чтобы вы не понимали, что происходит.

А окажись вы на месте этих людей, вы бы сделали все то же самое. Просто вы никогда не были на их месте.

Это, возможно, вообще самое главное, что делает писатель - он предлагает вам прогуляться в чужих ботинках.

И только когда-нибудь потом окажется, что на внутренней стороне подошвы были изображены домики, играющие дети и прогуливающиеся взрослые. Ну и еще где-нибудь в уголке автопортрет писателя с красным накладным носом - он раздает детям мороженое.

Вадим Левенталь - писатель из Санкт-Петербурга, автор книг "Маша Регина" (длинный список "Русского Букера" и финал "Большой Книги" в 2013 году) и "Комната страха".

Похожие темы

Новости по теме