"Осторожно, люди!": один день из жизни

  • 5 декабря 2014
  • kомментарии

Предыдущий выпуск

В Москву, в Москву!

В Ленконцерт просмотр мы не прошли. Быть может, руководству надоели неприятности, неизбежно возникавшие вокруг успеха "Поющих", и еще один источник головной боли никому был не нужен.

Вспомнились скупые слова Юровского: "Поговорите с Тихомировым в Росконцерте. Он о вас знает". Я стал собираться в Москву.

С гастрольных заработков я купил у знакомого фарцовщика элегантный итальянский двубортный пиджак цвета влажного песка, темно-синие брюки из немнущейся ткани, такого же цвета водолазку и американские мокасины из толстой патентованной кожи темно-красного оттенка с отливом в пурпур.

Добавьте к этому набриолиненные темные кудри с легким налетом седины, лихие усы кавалерийского образца - и перед вами законченный образ провинциального соблазнителя откуда-то из-под Неаполя.

Во всяком случае, на секретаршу Тихомирова, Женечку, впечатление мне произвести удалось. Не только внешним видом - пришлось щедро расточать улыбки, беззаботно шутить, дарить коробки конфет.

Дружба с секретариатом в большой организации вроде Росконцерта была вещью непременной. Высокое начальство жило по наитию, в энергии момента, поскольку картина жизни и культуры в Москве менялась чуть ли не поминутно.

Тихомиров пробегал, бросая на ходу: "Я в министерство!" или: "Когда появится Кадомцев, скажите, чтобы подождал!".

Если он замедлял скорость, в коридоре его тут же облепляли просители: артисты, директора, все с неотложнейшими делами, жалобами и бумажками на подпись.

Росконцерт размещался на Берсеневской набережной, за Театром эстрады. Это было ветхое облупленное двухэтажное здание XV века, бывшая часть владений думного дьяка Аверкия Кириллова, во дворе - храм Николы на Берсеневке, тоже запущенный.

Я заявлялся с утра с конфетами или цветами, шел в приемную Тихомирова к Женечке, которая заговорщически сообщала, когда появится руководство и в каком оно настроении. Первые два дня не дали успеха.

Женечка, видя мои мучения в приемной, отвела меня на первый этаж в отдел ансамблей и представила начальнику - Лейбману.

Пока я рассказывал ему о "Добрых молодцах" и о художественной концепции концерта, в комнату вошла робкая молодая девица. На вопрос, что ей нужно, ответила: ищет работу.

- Как ваша фамилия? - спросил Лейбман. - Кузнецова, - ответила девица. - Нет, - решительно сказал ей Лейбман, - работы для вас у меня нет.

Девица повернулась и скрылась за дверью. Лейбман на мгновение замер.

- Погоди, - произнес он задумчиво, - а не дочь ли это Кузнецова, второго замминистра сельского хозяйства РСФСР? А ну, зови ее назад!

К концу третьего дня, пробегавшему и исчезавшему директору моя личность примелькалась, в подсознании, видимо, что-то накопилось, потому что в очередной раз пробегая мимо, он внезапно остановился и начал расспрашивать.

Дмитрий Дмитриевич Тихомиров оказался милейшим и обаятельным человеком, располагавшим к себе сразу и бесповоротно. Он сразу понял, о ком и о чем идет речь, и проявил живейший интерес. Тут же вызвал Лейбмана и главного дирижера Кадомцева, они решили устроить просмотр "Молодцам" в Ленинграде. Я вернулся в Питер с победной вестью.

Пока я был в Москве, в "Поющих Гитарах" случилась неприятность.

Из интервью Евгения Броневицкого (Садчиков М. Поздняя осень "Поющих гитар", 2002, издательство "Смена"): "В "Поющих" в 1970-м работал молодой музыкант по имени Юра Антонов, приехавший из Минска, где он играл в оркестре Вуячича, жил то у друзей, то в ленконцертовском общежитии..."

Ушел со скандалом, точней, его убрали. За кулисами к Антонову стала приставать с какими-то вопросами одна полусумасшедшая актриса и так надоела Юре, что он картинно запустил в нее фантиком от конфеты.

Даме это не понравилось, она попыталась расцарапать лицо артисту, тот невольно защитился. А дама оказалась беременной и подняла жуткий шум.

Состряпали дело: артист Антонов не умеет вести себя, это не по-ленинградски, такой человек, как он, не имеет права работать в "Поющих".

Наш руководитель, Васильев, почему-то не стал биться за Антонова, отстаивать его, и только благодаря связям нашего музыканта Богдана Вивчаровского удалось уберечь Юру от надвигавшегося уголовного дела".

Продолжение следует

Media playback is unsupported on your device

Другие материалы в этом блоге:

"Осторожно, люди!": необычные свидетели в суде

"Осторожно, люди!": бурный успех Зоеллы

"Осторожно, люди!": последнее слово - книга в подарок на Рождество

"Осторожно, люди!": статуя Свободы - француженка

"Осторожно, люди!": один день из жизни

"Осторожно, люди!": день рождения Джона Леннона

"Осторожно, люди!": день рождения балета

"Осторожно, люди!": свиньи и воздушный шар

"Осторожно, люди!": история песни "My Way"