Теория экономической сложности и будущее России

  • 9 декабря 2014
  • kомментарии
Правообладатель иллюстрации Reuters
Image caption Экономика, в которой нефть играет значительную роль, органически плохо диверсифицируется

Всю последнюю неделю я думаю о сложности в экономике. И дело не в том, что через месяц праздник, и надо думать о подарках и поездках к родным. Я думаю о том, что на английском называется Complexity Economics, а на русский точнее всего, наверное, переводится как Теория Экономической Сложности.

Сама концепция Сложности пришла в экономику из математической теории сложных систем. Если не вдаваться в детали, в которые я, кстати, всем желающим "вдаться" очень советую, то систему можно назвать сложной, если еe поведение непредсказуемо при том, что поведение каждой подсистемы предсказать можно. Это определение не претендует ни на полноту, ни на строгость, но хорошо отображает интересную нам сейчас суть сложной системы.

Наверное, самым простым и в то же время впечатляющим примером могут быть клеточные автоматы. Думаю, каждый из вас в детстве на уроках занимался тем, что заштриховывал клетки в тетради. Возможно, кто-то даже заштриховывал их по определeнному правилу, к примеру, чтобы получилась шахматная доска. Так вот, представьте, что вы заштриховали одну клетку в первом ряду, а для клеток в последующих рядах придумали правило. Ну, к примеру, если клетка по диагонали сверху (слева или справа) заштрихована, то, значит, клетку в этом ряду надо заштриховать. Вот у вас и получился простейший клеточный автомат. При таком правиле раскраски у вас получится просто треугольник, раскрашенный в цвета шахматной доски. Ерунда ведь? Проще некуда? Ну, какие тут могут быть "сложные системы"? Так вот, как показал еще в начале 80-х британский программист Стивен Вольфрам, даже такая "простая" система может оказаться "сложной". Посмотрите на картинку:

Правообладатель иллюстрации Johnny Nyquist CC BYSA 3.0

Вот так ведет себя один из алгоритмов "раскраски", называемый Правило 110 (это стандартный способ наименования, предложенный тем же Стивеном Вольфрамом). Интересно, не правда ли? Главная идея, которая лично меня поражает в этом примере, сводится к очень простому замечанию: детерминированная на микроуровне система при попытке ее "обобщить" начинает вести себя очень сложно и непредсказуемо. Что-то, что на макроуровне кажется непредсказуемым, на микроуровне оказывается очень простым. Именно об этом говорят те, кто занимаются сложностью в экономике.

От теории к практике

Сейчас мы оцениваем продуктивность страны, исходя из ВВП на душу населения. Индекс этот в 30-е придумал американский статистик и демограф, лауреат Нобелевской премии по экономике 1971 г. Саймон Кузнец. Хороший индикатор. Понятный. Сколько ВВП приходится на каждого гражданина, настолько и эффективна экономика.

Проблема, однако, в том, что по этому индексу Австрию можно перепутать с Оманом, а Швейцарию - с Саудовской Аравией. ВВП на душу населения у них сопоставимые. При этом любому ясно, что экономики-то очень разные. Главное, что у этих экономик разные возможности роста и разная устойчивость по отношению к тем или иным рискам.

Автор ряда экономических концепций, профессор Гарварда Рикардо Хаусманн и его коллега Цезарь Идальго предложили свой индекс для описания экономики государств, исходя из того, что главным фактором, описывающим экономику, является не ВВП, а диверсифицированность. Индекс этот называется ECI (Economic complexity index) и работает он следующим образом. Разные товары можно объединить в группы (не будем вдаваться сейчас в детали, но я думаю, вам интуитивно понятно, что картофель и автомобили попадут в разные группы, а вот планшеты и смартфоны, к примеру, в одну).

А дальше можно посмотреть на структуру экспорта страны и предположить, что чем больше разных категорий товаров страна экспортирует, тем более диверсифицирована ее экономика. Можно пойти дальше и посмотреть, как ВВП связан с этой "сложностью", а главное, как "сложность" связана с ростом ВВП, с перспективами экономики.

Идея-то очень простая: если в стране есть несколько компаний, которые производят мобильные телефоны, то вероятность, что в стране появится компания, которая начнет производить планшеты, высока, и наоборот, если какие-то товары в стране вообще не производятся, то шансов, что страна начнет их производить - мало. Не будет хватать квалифицированных людей, ресурсов, мощностей. Из этого можно предположить, что более диверсифицированная экономика будет расти (используя бизнес возможности, открывающиеся в уже развивающихся и смежных с ними областях), а чем ниже у страны ECI, тем больше она зависима от нескольких индустрий, которые определяют состояние ее экономики.

Что "растет" в стране?

Все логично, конечно, а нам-то с этого что? Ну, индекс и индекс. Мало ли их у экономистов? Дело в том, что, среди прочего, Идальго и Хаусманн показали, как разные категории товаров связаны между собой, построили граф, который описывает, какие отрасли "ближе" друг к другу, а какие "далеко".

Такие связи позволяют оценивать вероятность того, что "сложность" экономики страны повысится. Если в стране растут виноград, груши, яблоки и другие фрукты, а также есть индустрии, которые эти фрукты консервируют и сушат, то вероятность, что у страны появится предприятие, производящее вино - высока. А вот если в стране, к примеру, заготавливают мясо китов, то мировой опыт показывает, что виноделием там никто заниматься не будет. Так я все это к чему... По диаграммам экономической сложности выходит, что нефть - очень далеко от абсолютного большинства индустрий. Экономика, в которой нефть играет значительную роль органически плохо диверсифицируется, мало отраслей, находящихся "рядом", в которых могут "прорасти" новые предприятия, продукты, идеи.

Конечно, теория сложности вообще, и теория сложности в экономике - это все не готовые и понятные решения, а набор идей и проблем, которые многие критикуют, с которыми многие не согласны, но мне этот набор идей кажется разумным. Вот посмотрите на картинку, описывающую связи между экспортируемыми Россией товарами, все серые точки - это то, что мы не экспортируем, цветные - то, что экспортируем.

Правообладатель иллюстрации Alexander Simoes Observatory of Economic Complexity CC BYSA 3.0
Image caption Скриншот с сайта Обсерватории Экономической Сложности с данными по экспорту товаров из России

Появление цветных точек в центре этой картинки дает шанс на новые рынки, новые индустрии, рост, стабильность и снижение зависимости от нефти. У нас там пока - пустовато. Остается надеяться на ДСП и детали для светофоров, две точки, выделяющиеся среди массы товаров, которые мы пока не делаем. Но будем ведь, правда?

Другие материалы в этом блоге

Почему хакатон нужен не только хакерам?