Итоги "Оккупированных": Россия прощается, но не уходит

  • 6 января 2016
Нефтяная платформа в Северном море Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption По сюжету сериала Норвегия прекращает добывать нефть и газ из соображений экологии

Перед Новым годом завершился показ норвежского телесериала "Оккупированные", побившего рекорды по затратности, рейтингам и резонансности.

В двух словах напомню сюжет. В не столь отдаленном, но достаточно фантастическом будущем Норвегия переходит на производство энергии из тория и прекращает добычу и поставку нефти и газа из соображений экологии. Это влечет за собой оккупацию страны Россией с целью возобновления нефте- и газоторговли.

Россия, однако, выступает в роли оккупанта не по своей инициативе, а по просьбе Евросоюза. И оккупация эта какая-то "гибридная": норвежский законодательный и исполнительный аппарат, включая армию и полицию, остается у власти. Российские же вооруженные подразделения берут под контроль лишь нефте- и газодобычу и переработку, до тех пор пока эти отрасли промышленности не вернутся на необходимый Евросоюзу уровень производства.

Еще до выхода телесериала на экраны посольство России в Норвегии выражало сожаление о том, что Россия в сериале изображена в роли агрессора, в худших традициях холодной войны (Евросоюз, насколько мне известно, протестов по поводу собственной роли инициатора и соучастника оккупации не высказывал). Можно ли согласиться с подобной оценкой теперь, когда все 10 эпизодов сериала подошли к концу?

Посол с человеческим лицом

Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption Посла России в сериале сыграла Ингеборга Дапкунайте

С одной стороны, российское государство в сериале ведет себя как персонаж из известного анекдота – "прощается, но не уходит". Используются разные предлоги для того, чтобы подольше задержаться на норвежской территории, как, например, непонятно кем устроенный теракт против россиян, работающих на норвежском газоперерабатывающем заводе. Раз Норвегия не может обеспечить безопасность российских граждан на норвежской территории, российские спецслужбы задержатся там, чтобы сделать это самим.

С другой стороны, у официального представителя России в сериале очень даже человеческое лицо. Лицо актрисы Ингеборги Дапкунайте, играющей российского посла в Норвегии Ирину Сидорову. Сидорова явно не хочет эскалации военного присутствия своей страны в Норвегии и пытается обосновать его ненужность.

И тут-то ее похищают члены подпольного движения "Свободная Норвегия", процветающего при тайном покровительстве главы норвежской службы безопасности. Норвежский же премьер тем временем тоже похищается – российскими спецслужбами, да не один раз! Ну, как тут оторваться от телеэкрана?

Не стану перечислять все перипетии захватывающего и разветвленного сюжета, оставив в стороне вопрос о его правдоподобии (так, в России сейчас только одна женщина в ранге чрезвычайного и полномочного посла – и та при ЮНЕСКО). Не исключено, что россияне "Оккупированных" еще увидят.

Телесериал уже продан более чем в 10 стран, в том числе в Германию, Францию и Великобританию. А у себя на родине за каждым эпизодом следили в среднем 656 тысяч человек, включая повторные показы и платные просмотры на спецканалах - цифра для Норвегии отнюдь не малая!

На что ушли миллионы

Правообладатель иллюстрации AP
Image caption Премьер-министра Норвегии в сериале похищают не раз

Норвежские критики, отмечая высококачественную игру актеров, в целом отозвались о сериале без особого энтузиазма и выставили ему оценки средние или чуть выше средних. Газета "Дагбладет" даже утверждала, что "Оккупированные" напоминают развернутую видеопропаганду для министерства юстиции, которому в Норвегии формально подчиняется служба безопасности.

Режиссер Эрик Шольберг, однако, получил приз за лучшую режиссуру на международном фестивале телесериалов Roma Fiction Fest, обойдя таких именитых номинантов, как сериалы Mr Robot и The Man in the High Castle. "Оккупированные" также были награждены призом для новых авторов на престижном немецком кинофестивале "Маннгейм Гейдельберг".

Что касается затраченных на "Оккупированных" миллионов, то сериал получился достаточно зрелищным – вертолеты, например, возникают на экране довольно регулярно. Газета "Верденс Ганг", впрочем, иронично недоумевала, на что были потрачены деньги: "Неужели так дорого было снять в аренду помещение штаб-квартиры "Статойла" в Форнебю? Неужели столько стоили офисные стулья в минималистском скандинавском стиле? Или очень дорого обошелся российский дрон?"

Нестереотипные русские

Дроны дронами, но для русскоязычного зрителя, наверное, важнее то, что создателям сериала, как мне показалось, удалось избежать стереотипов при изображении россиян. И в этом мнении я не одинок. Некоторые жители крупных российских городов уже как-то ухитрились ознакомиться с "Оккупированными". Вот что один из них написал мне после просмотра пяти первых серий за один день:

"Никак не пойму, на что там наши обижаются. По-моему, россияне изображены очень достойно. И фильм слеплен непротивно. Обижаться же на само слово "оккупация" – все равно что обижаться на слово "вода", "ветер", "облака" и пр. Ну, случается в мире такая штука, и даже с нами она случается, как ее ни называй, патриотично бия себя в грудь. И по договоренности с ЕС роль оккупанта могла выполнить и иная страна".

В том же духе еще в октябре выступил один из создателей сериала, Ю Несбе, автор всемирно известных остросюжетных бестселлеров. В интервью норвежской вещательной корпорации NRK он сказал, что, если бы у Норвегии была общая граница с США или Китаем, то в функции оккупанта в сериале была бы изображена одна из этих стран.

Отметим, кстати, что американские дипломаты появляются в "Оккупированных" ближе к концу. Когда жизнь норвежского премьера в очередной раз оказывается в опасности, они предоставляют ему убежище на территории посольства США. При этом Америка все же не спешит занять чью-либо сторону в вымышленном конфликте европейских держав. Норвегия с радикальными зелеными у руля вынуждена защищать себя сама, без посторонней помощи.

То, как норвежцы поведут себя в предлагаемой ситуации, и интересовало Несбе в первую очередь – а вовсе не желание покритиковать Россию или ЕС. В том же интервью писатель говорит о сериале: "Суть не в том, кто оккупант, а в том, как стало бы действовать поколение норвежцев, выросшее без войны, но часто спрашивающее себя, что оно сделало бы на месте дедов и прадедов".

В заключительной серии "Оккупированных" некоторые сюжетные линии по-прежнему ожидают развязки, а норвежскому премьер-министру предлагается возглавить вооруженное восстание, чьи перспективы совершенно неясны. Похоже, телезрителям предстоит второй сезон.

Комментарии вернутся в блоги после 11 января.

Новости по теме