Российский меценат: все мы немного сумасшедшие

  • 14 октября 2010
Image caption В России государство не может финансировать все музеи, говорят специалисты

С годами частные коллекции в России будут развиваться быстрее государственных, полагают многие эксперты, принимавшие участие в Российском форуме меценатов, который прошел в Москве в среду.

Российское искусство будет жить за счет современных Третьяковых и Морозовых, но только если государство будет их поддерживать. Или хотя бы не мешать.

С 1 января 2011 года все российские музеи получат больше автономии. А это означает, что финансирования хватит не на всех, уверены наблюдатели.

В Америке музеи существуют за счет посетителей, когда те покупают билет на выставку, чай в буфете или сувенир на выходе. А также на деньги, выделяемые из бюджета штата, фонда и за счет частных и корпоративных спонсоров.

В России государство не может финансировать все музеи, говорят специалисты. Средства могут выделять целевые фонды, впервые учрежденные в России в 2007 году, или меценаты.

"Государство больше не даст"

Первый вариант непопулярен, так как минимальный взнос - 100 тысяч долларов. В итоге за три года в России появилось лишь 50 таких фондов (их - по аналогии с английским словом - еще называют "эндаументы") с общим фондом чуть менее 100 млн долларов. Для сравнения: фонд Гарвардского университета - 26 млрд долларов.

Image caption Меценаты в один голос сетуют на отсутствие налоговых льгот

Что касается меценатов, то тут растут не только суммы, которые бизнесмены готовы тратить на покупку культурных ценностей, но и число самих меценатов, говорит Алексей Голубович, председатель совета директоров компании "Арбат капитал", который собрал коллекцию статуэток Будды.

"Наше государство было совсем бедным в 1990-е годы, потом оно стало богатым в эпоху дорогой нефти. Станем мы снова богатыми или не станем, но денег на культуру государство больше не даст, - уверен Голубович. - С другой стороны, граждане все-таки богатеют. Мы все, кто коллекционирует произведения искусства, культурные ценности, - временные хранители этих ценностей за собственные деньги".

Хотя сами меценаты в один голос сетуют на отсутствие налоговых льгот.

Судиться до Высшего суда

По закону, льготы есть: меценат может вернуть себе 25% от тех налогов, которые платит на свои доходы, чтобы потратить их на поддержку понравившегося ему музея. Но опыт показывает, что проще блоху подковать, чем пройти все инстанции налоговой службы в России.

Image caption Частные коллекции на родине российские меценаты выставляют нечасто

"Я один раз попытался вернуть переплаченные налоги на довольно большую сумму, - рассказал на форуме меценатов Алексей Голубович. - И мне сказали: да, мы вам их должны, но вам придется с нами судиться до Высшего суда по всем инстанциям, и за это время мы постараемся нарыть на вас компромат, чтобы сделать вашу жизнь невыносимой, потому что сумма, которую вы хотите вернуть, превышает разумные пределы, с нашей точки зрения".

И на этом проблемы не заканчиваются. Частные коллекции на родине российские меценаты выставляют нечасто. В России отсутствует инфраструктура: начиная от транспортных и страховых компаний, заканчивая смотрителями в музеях. Одни жалуются на отсутствие оценщиков, другие - на проблемы с российской таможней.

Однако ни те, ни другие от своих намерений не отказываются.

Зачем человеку тысяча прялок

"Я раньше всегда считал, что эпоха для частных коллекционеров, когда они могут сделать какое-то явление, прошла в начале девяностых, когда можно было дешево покупать картины, например, "Бубнового валета" или что-нибудь подобное, - говорит Алексей Германович, который собрал более 2 тысяч предметов крестьянского искусства: прялки, санки, лошадиные дуги. - Настоящие коллекционеры никогда не занимаются этим ради наживы. Потому что если вы занимаетесь этим ради наживы, то вы просто дилер".

Image caption Как утверждают специалисты, многие приобретения остаются за рубежом

"Безусловно, иметь тысячу прялок сравнительно молодому человеку может показаться странным, но это нормальная вещь для любого коллекционера. Посмотрите на Морозова и Щукина, которые покупали Гогена, когда он никем не признавался. Их тоже многие считали сумасшедшими. А теперь на их собрании зиждется коллекция [музея] имени Пушкина", - говорит Германович.

Иностранцы, когда говорят о современных российских меценатах, сразу называют три фамилии: Потанин, Усманов и Вексельберг.

В феврале 2010 года Владимир Потанин, глава компании "Интеррос", в интервью изданию Financial Times сказал, что через 10 лет отдаст все свои деньги на благотворительность. Потанин стал одним из первых российских бизнесменов, который стал поддерживать музеи на Западе: он ежегодно переводит по 1 млн долларов на счет Фонда Гугенхайма. В России Потанин поддерживает Эрмитаж, а также является учредителем стипендии для студентов.

Виктор Вексельберг, председатель совета директоров "Реновы", в 2004 году купил коллекцию яиц Фаберже. А три года спустя владелец "Металинвеста" и футбольного клуба "Арсенал" Алишер Усманов приобрел коллекцию Мстислава Ростроповича.

Обе покупки были совершены на аукционах, и об истиной стоимости коллекций можно только догадываться. Кроме этого, как утверждают специалисты, многие приобретения остаются за рубежом.

Этим русские коллекционеры отличаются, например, от китайских, которые свои покупки привозят домой.

Фотографии автора.

Новости по теме