Политолог Степан Сулакшин: чем россиефобия отличается от русофобии

Митинг оппозиции Правообладатель иллюстрации РИА Новости
Image caption Политолог Степан Сулакшин призывает не считать оппозицию русофобами

Бывший соратник Владимира Якунина, политолог и профессор Степан Сулакшин выиграл грант на написание работы "Технологии культурной дерусификации (россиефобии) и государственно-управленческие ответы на вызов" стоимостью 1,75 млн рублей. Он рассказал Русской службе Би-би-си, о чем будет это исследование.

В 2013 году профессор Степан Сулакшин работал с тогдашним главой РЖД Владимиром Якуниным - любимой "жертвой" расследователей под руководством Алексея Навального. Теперь они не общаются.

Сулакшин считает себя оппозиционером, а нынешний политический режим - банкротом, но все же выиграл грант от министерства культуры стоимостью 1,75 млн. рублей.

Профессор рассказал Русской службе Би-би-си, как российской власти улучшить имидж за границей, чем россиефобия отличается от русофобии и при чем здесь пятая колонна.

Би-би-си: Давайте начнем с простого - что вообще такое россиефобия?

Степан Сулакшин: Это психологический термин, который означает тревогу, необоснованное предубеждение, отторжение. Причины бывают разного происхождения. Например, все боятся нападения со спины, все боятся темноты. В данном случае, в прямом, буквальном смысле, россиефобия - неспровоцированная боязнь, связанная с Россией.

Это явление межгосударственное и ему много столетий. Оно не уникально, но для нашей страны стало актуальным в связи с межугосударственными осложнениями, изоляцией, санкциями, неудачной внешной политикой страны.

В научном плане его изучение, как в части природы исторических проявлений, генезиса, так и в части актуальных проекций на внешнюю политику, - конечно, интересно и очень важно.

Поэтому было неудивительно, что министерство культуры, поскольку у нас нет министерства психологии, а МИД в этом отношении достаточно ограниченно... было, наверное, правильно, что министерство культуры обратило внимание на эту проблему.

Би-би-си: Если мы говорим об условиях тендера и названии работы, которую вам нужно написать, то что такое "культурная дерусификация"?

С.С.: Есть терминологическая и содержательная проблема. Когда на английском или каком-либо другом языке говорится "Russian", в него [в это слово] вкладывается прежде всего государство, гражданство, но не этничность.

Когда речь идет о дерусификации, то это две проблемы - выдавливание России как субъекта политических отношений и культурное выдавливание, языковое, информационное, кинематографическое, библиографическое. Вот этнический момент - он здесь в пятом или шестом смысловом приоритете.

Би-би-си: Есть ли разница между россиефобами и русофобами?

С.С.: Россиефобия - это [про] государство, русофобия - это [про] этнос. Но мало кто это понимает - и пытается свести к национальным, межнациональным вопросам. Это неправильно, это не так.

Би-би-си: И какие государственные управленческие ответы со стороны России в таком случае должны быть?

С.С.: Они лежат в области так называемой soft power - языковая, культурная, гуманитарная власть за рубежом. Не то, что называется "Русский мир", который изрядно в смысловом отношении запутан и подпорчен в связи с крымскими и украинскими делами.

Речь о том, что Россия - тип государства-цивилизации, которое объединило много земель, народов, этносов, языков, культур за столетия. И весь этот сплав предъявлялся миру.

А в последние десятилетия сплав как-то заскромничал, забыл о том, что у него большущие накопления - культурные, цивилизационные, исторические. Их надо миру предъявлять, этим занимаются все большие державы. Не просто внешняя политическая деятельность, а просто - внешняя деятельность, с акцентом на гуманитарную часть.

Би-би-си: В том же техническом задании употребляется, например, выражение "пятая колонна". Как вы бы определили этот термин?

С.С.: Это уже растиражированная цитата президента Путина. Он после присоединения Крыма и возникших трудностей публично объявил, что в стране существуют национал-предатели и "пятая колонна". Стандартное представление о "пятой колонне" сложилось исторически и означает механизм десуверенизации государственного управления.

Заявлять о том, что "пятая колонна" есть русофобское сообщество - необоснованно. Потому что смешиваются разные проблемы и смысловые поля. Русофобия - этническая категория, а "пятая колонна" - политическая.

Би-би-си: Депутат Госдумы Дмитрий Гудков утверждает, что формулировки материалов в документах госзакупки совпадают с формулировками из статей Вардана Багдасаряна, соавтора Владимира Якунина. Вам эти две фамилии должны быть знакомы.

С.С.: Да, я с ними работал. С Багдасаряном продолжаю работать.

Би-би-си: А как у вас, ныне оппозиционера, складываются отношения с Якуниным?

С.С.: С господином Якуниным они все - в воспоминаниях. Я ему очень благодарен за период, когда мы работали вместе, но сегодня никаких отношений нет совсем. Но профессор Багдасарян - великий, один из ведущих политологов в современной России. Скорее всего, мы его будем привлекать.

Вообще, когда в одной теме пересекаются несколько человек - это неудивительно, потому что кроме этих нескольких человек профессиональному глазу остановиться больше не на ком.

Би-би-си: Считаете ли вы оппозицию русофобами?

С.С.: Нет, ну что вы. Я сам отношу себя как гражданина, с точки зрения политической активности, к оппозиции. Убежден, что нынешний политический режим - банкрот. Ему осталось не так долго, и он еще создаст России очень большие проблемы и потрясения.

Похожие темы

Новости по теме