100-летие танка: крещение огнем, страхом и кровью

  • 15 сентября 2016
Архивные кадрыпервых танков в битве на Сомме
Image caption 100-летие танка: битва на Сомме, 15 сентября 1916 года

Танк, ставший одним из главных участников войн XX века, впервые ворвался на истерзанные поля сражений на Сомме 100 лет назад.

В попытке поправить отчаянное положение британское командование буквально выпихнуло практически неопробованную машину на поле боя. Это был отчаянный эксперимент с весьма сомнительными результатами. Небольшая группа специально отобранных молодых людей первой ощутила на себе последствия новой "бронированной" войны, которая навсегда изменила их жизни.

Уильям Доусон родился в небольшом городке Бостон в графстве Линкольншир и был самым старшим из четырех детей в семье. Его отец утонул в море в 1898 году, когда Уильяму было всего 10 лет. Сразу после окончания школы Уильям устроился на работу: в доме катастрофически не хватало денег.

Доусон стал работать в судоходной компании, однако больше всего его интересовали моторы. В начале 1916 года он ответил на объявление в журнале Motor Cycle. В нем командование моторизованных частей Британской армии (MMGS) призывало "понимающих технику" добровольцев вступить в особый род войск, подробности о котором не сообщались.

В мае того же года он был переведен в "тяжелое подразделение" MMGS.

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Уильям Доусон интересовался техникой и вступил в армию, ответив на объявление в специализированном журнале для любителей мотоциклов

А через несколько дней после этого Доусон оказался буквально под замком в специальном тренировочном лагере в графстве Саффолк. Всем новичкам немедленно и очень серьезно объясняли, что новый проект "очень-очень секретный", настолько секретный, что ничего более детального им пока сообщить не могут, но они должен понимать, что все это "очень и очень важно".

"Секретный лагерь был очень большим. По форме его территория напоминала неровный круг диаметром в три или четыре мили (5-6 км). По всему периметру лагерь днем и ночью охраняли более 500 вооруженных резервистов", - рассказывал Доусон много лет спустя.

"Однажды ранним утром мы проснулись от ворчания и грохота, как нам показалось, мощных моторов. Мы повыскакивали из палаток кто в чем был и увидели их: первые танки, проползавшие мимо нас на полигон, который мы сами же предварительно и построили, - вспоминал он. - Это было просто невероятно".

Правообладатель иллюстрации IWM
Image caption Колючая проволока и пулеметы сделали поля сражений Западного фронта практически непроходимыми для пехоты

"Мы сразу принялись изучать механизм и мотор и стали гонять их по полю через препятствия высотой до полутора метров", - добавил Доусон.

Идея создания бронированной боевой машины существовала еще во времена Леонардо да Винчи. Но и через несколько столетий после него, накануне Первой мировой войны, большинство военных считали их порождением научной фантастики.

Media playback is unsupported on your device
Каково было сражаться в первых танках?

Однако по мере того, как война во Франции и Бельгии все больше превращалась в окопную, и ни одна сторона, как ни старалась, не могла прорвать оборону противника, идея танка становилась все более привлекательной.

После посещения Западного фронта официальный военный корреспондент полковник Эрнст Суинтон стал активно проталкивать идею создания "пуленепробиваемых тракторов", которые бы могли сминать проволочные заграждения и перебираться через окопы.

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Первые танкисты прошли какую-то подготовку, но танк был совершенно новой концепцией для армии

Суинтону удалось склонить на свою сторону Уинстона Черчилля, который тогда занимал пост первого лорда адмиралтейства. И в начале 1915 года был сформирован специальный Комитет по разработке и созданию "наземных кораблей".

Строительство прототипа было поручено инженерной компании в Линкольне. Два инженера Уильям Триттон и лейтенант Уолтер Уилсон занимались разработками, запершись в гостиничном номере. Чертежи неудачных вариантов тут же сжигались в камине.

Танк прошел путь от научной фантастики до стальной машины всего за полгода. В конце 1915 года 15-метровая машина весом в 28 тонн впервые преодолела тренировочный бруствер окопа, специально вырытого у города Хатфилд, неподалеку от Лондона.

Впрочем, военного министра лорда Китченера танк не вдохновил. Он назвал его "игрушкой, не имеющей серьезной военной ценности". Однако представитель главнокомандующего Дуглас Хейг задал разработчикам всего один вопрос: " Как скоро мы их получим?"

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Танки разработали специально для того, чтобы они могли преодолевать окопы и заграждения из колючей проволоки на полях сражений Первой мировой войны
Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Они произвели неизгладимое впечатление на противника, но особой надежностью в эксплуатации не отличались

К этому моменту подготовка к наступлению на Сомме шла полным ходом.

Колоссальные потери первого дня сражения, вкупе с продолжающимися кровавыми боями означали, что новое оружие требовалось как можно более срочно.

В результате получилось так, что совершенно новое армейское подразделение для совершенно нового типа военных действий было создано с нуля в течение всего нескольких месяцев.

Тяжелое моторизованное подразделение под командованием полковника Суинтона было сформировано в марте 1916 года. В тренировочном лагере "Элведен" в Саффолке размещались более 500 человек - экипажи 50 танков.

Ни люди, ни машины не были готовы к реальному бою.

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption До начала войны Бэзил Хенрик помогал детям из бедных семей

"Наш командир лейтенант Макферсон был нормальным парнем, но он был таким же новичком, как и мы, и, также как и мы, ни разу не нюхал пороху. У нас не было ни нормальной боевой задачи, ни понятных инструкций", - рассказывал Доусон.

Бэзил Хенрикс происходил из совершенно другого социального слоя. Он получил образование в частной школе Хэрроу и Оксфорде. В апреле 1916 года он получил звание старшего лейтенанта и был назначен командиром танка. Но он точно также не имел почти никакого представления о том, что ему предстоит делать.

"Нас не учили тому, как действовать при поддержке пехоты. Даже наша собственная пехота, с которой мы должны были вместе наступать, никогда не видела нас, никогда о нас не слышала, и впервые мы оказались вместе уже на поле боя", - рассказывал Хенрикс после войны.

Ко дню прибытия во Францию старший лейтенант Хенрикс всего один раз работал со своим будущим экипажем и никогда не стрелял из имеющегося на танке оружия.

Но всем было понятно одно: танком дьявольски трудно управлять.

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Внутри танка восемь человек оказывались запертыми вместе с горячим, шумным и вонючим двигателем

Экипаж из восьми человек оказывался втиснутым в небольшое помещение, львиную долю которого занимал огромный двигатель. У первого танка не было подвески, и из него открывался весьма ограниченный обзор. Каждый выезд сопровождался оглушающим шумом, удушающим дымом от двигателя и чудовищной тряской.

Танки были спроектированы на пределе технических возможностей времени, но этого было недостаточно. Двигатели были ненадежны, броня слишком тонкой, а о единой тактике никто и не подумал. Связь осуществлялась либо сигналами, подаваемыми рукой, либо посланиями, отправляемыми с голубями.

И все это - еще до начала стрельбы.

Было решено, что стрельба начнется 15 сентября 1916 года. Почти все из имевшихся 50 танков должны были принять участие в атаке с целью захвата небольшой деревни Курселет.

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Время от времени танкисты надевали вот такие маски для того, чтобы защитить лицо от осколков брони, отлетающих от внутренней части танка

Начало было не слишком многообещающим. Из-за поломок до линии фронта в рабочем состоянии добрался только 31 танк.

На немцев танки произвели самое разное впечатление. Гарнизон одного из окопов просто массово сбежал. Позднее взятые в плен германские солдаты говорили, что "они (танки) показались нам какими-то сверхъестественными существами, порождением ужаса… и только рассвет показал их истинную природу".

Но в большинстве случаев солдаты противника атаковали танки буквально всем, что попадалось под руку: пулеметами, пистолетами, гранатами и пушками.

Доусон вспоминал, как их машина долго блуждала по полю, прежде чем столкнулась с другим новеньким британским танком.

"И мы, и они попали под пулеметный огонь бронебойными пулями, и хотя и в нашей броне было немало дыр, я насчитал более 40 пробоин в другом танке".

Командир экипажа Макферсон вылез из машины для доклада начальству и был немедленно убит.

Правообладатель иллюстрации IWM
Image caption Танки, наполненные горючим и снарядами, иногда превращались в огненную могилу для своих экипажей

Хенрикс в танке под номером С22 тоже принял участие в первом сражении. "Мы продвигались вперед по телам убитых немецких солдат. Управлять танком было практически невозможно, и мы все время теряли гусеничную ленту".

По танку велся непрерывный огонь противника, а увидеть то, что происходило снаружи, можно было только через узкую застекленную смотровую щель.

"Из-за прямого попадания в переднюю броню как раз, когда я пытался рассмотреть поле боя, - вспоминал Хенрикс, - стекло растрескалось, и осколки впились мне в лицо. Потом разбилось еще одно стекло, и еще… Мне залило кровью все лицо. Мне показалось, что прямо передо мной разорвалась бомба".

Обнаружив, что все члены его экипажа ранены, Хенрикс решил выйти из сражения.

Но так повезло далеко не всем.

Правообладатель иллюстрации Tank Museum
Image caption Сирил Коулз из семьи мельников оказался в армии по призыву

Сирил Коулз родился в графстве Дорсет в 1893 году. Был призван в армию в феврале 1916 и к августу того же года уже стал наводчиком в танке.

Коулз был членом экипажа танка под номером D15. D15 был частью группы в три танка, которая должна была прорваться через линию немецкой обороны. Но две других машины застряли в грязи и даже не смогли тронуться с места в начале атаки. D15 сумел добраться до линии немецких окопов, но попал под огонь артиллерии.

В официальных документах говорится следующее: "Командир и экипаж покинули горящий танк, но два человека были тут же убиты, а остальные ранены".

Коулз был одним из двух убитых. Их похоронили рядом с искореженной машиной.

Сотрудники Танкового музея в Британии считают, что Коулз был одним из первых, если не самым первым танкистом, убитым на поле боя.

Изрытая воронками земля, а также мощный огонь противника буквально нанесли огромный урон британскому танковому арсеналу.

Около 12 машин сумели прорваться через линию обороны противника, но большинство из них были в той или иной степени повреждены. Только единицы оставались в боевом состоянии на следующий день.

Правообладатель иллюстрации Tank museum
Image caption Бэзил Хенрикс вставил один из осколков стекла, ранивших его, в оправу, и сделал кольцо для своей жены

Врачи вытащили осколки, засевшие в лице Хенрикса. Один из них оказался достаточно большим, чтобы его можно было вставить в оправу как драгоценный камень. Хенрикс подарил это кольцо своей жене - в память о том дне, когда он чуть не погиб.

Первое танковое сражение получит название битвы при Флер-Курселет. Учитывая общий ход кампании про Сомме, оно было признано вполне успешным. Новые машины, хотя и были весьма далеки от совершенства, тем не менее, показали, что обладают огромным потенциалом.

И Уильям Доусон, и Бэзил Хенрикс пережили и первую танковую атаку, и войну. На их глазах танк превратился в одно из самых мощных и важных орудий войны и приблизил окончательную победу в ноябре 1918 года.

Куратор британского Танкового музея Дэвид Уилли считает, что "танки имели ограниченный военный успех в первый день сражения, однако их психологический эффект трудно переоценить. Немцы были от них в ужасе, а для британских войск танки оказались огромным моральным подспорьем".

"Это было британское изобретение, призванное сохранить жизни солдат, и оно дало людям надежду на победу - как на фронте, так и дома".

Похожие темы

Новости по теме