Британские школы: дети должны быть в безопасности

Лежащая девочка Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Проблему педофилии приходится решать в каждой стране

В парламенте России приступили к подготовке закона об усилении защиты детей от сексуального насилия. Российские законодатели считают, что в основном, дети становятся жертвами педофилов в семье и на улицах, однако любые работники, имеющие тесные контакты с детьми, должны проходить тщательную проверку.

Британия борьбу с сексуальными преступлениями против детей в общественных учреждениях начала уже давно, но этот путь был тернист, и пройден далеко не до конца.

Сохэмская трагедия

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Убийство в Сохэме привело к ужесточению проверок людей, работающих с детьми

4 августа две 10-летнии девочки Холли Уэлс и Джессика Чэпмен из английского городка Сохэм отправились в магазин за конфетами. 17 августа их тела нашел местный фермер около авиабазы британских ВВС в соседнем графстве.

Это убийство потрясло Британию не только потому, что жертвами оказались дети, но и потому, что убийцей оказался некий Иэн Хантли, который работал завхозом в их школе.

По стране прокатилась волна возмущения: "Как могло получиться, что Хантли приняли на работу в школу, хотя его и раньше подозревали в совершении сексуальных преступлений против несовершеннолетних девушек?"

В свое оправдание полиция говорила, что, мол, все обвинения против него остались не доказанными, но общественное мнение было неумолимо: "Если человека несколько раз подряд подозревают в подобных преступлениях, то его и близко нельзя подпускать к детям!".

"Список 99" и закон

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption До Сохэма результатов проверки полиции дожидались не всегда

Первый закон, который конкретно был направлен на защиту прав детей, появился в Британии в 1933 году.

Однако только в 1999 году был принят закон, который предписывал обязательный процесс проверок всех и каждого, кто подает заявление на работу с детьми.

Он предписывал создание и постоянное обновление списка всех людей, которые в силу разных обстоятельств, будь то психическое заболевание или нездоровый интерес к несовершеннолетним, ни под каким видом не должны были допускаться к работе с детьми.

До сохэмской трагедии система действовала следующим образом:

  • Списком нежелательных элементов занималось Министерство образования.
  • Аналогичным списком располагало и Министерство здравоохранения.
  • Их данные всегда сверялись, и для простоты оба списка стали называться "Список 99", потому что его начали вести в 1999 году.
  • Работодатели с большим количеством персонала получали прямой доступ к базе данных, чтобы ускорить процесс одобрения кандидатур.

Если человек благополучно проходил проверку "Списком 99", местные органы образования должны были отправлять еще один запрос, на сей раз в полицию, дабы убедиться, что потенциальный работник не был замешан в преступлениях.

Беда, однако, заключалась в том, что на проверку в полиции могло уйти несколько месяцев, поэтому большинство работодателей, удовлетворившись "Списком 99", брали новичка на работу без полицейской справки, разумеется, запросив рекомендации с прежнего места работы.

Как Хантли удалось "просочиться" через сеть проверок?

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Протесты около агентства, котрое "проверило" Иана Хантли при приеме на работу

К тому времени, как Хантли подал заявление о работе в школе, на его счету было уже несколько подозрений в сексуальных отношениях с несовершеннолетними и обвинение в совершении кражи.

Однако Хантли сменил свою фамилию на Никсон. То, что и Никсон, и Хантли - это один и тот же человек, как-то осталось незамеченным. Этому способствовало и то обстоятельство, что некоторые полицейские начальники просто-напросто удаляли из базы данных, как им казалось, устаревшие сведения.

После длинной череды проколов и даже откровенных глупостей, приведшей к гибели двух девочек, вопрос о том, как проверять людей, допущенных для работы с детьми, был поднят на качественно новый уровень.

Общая база данных

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Единая база данных сильно облегчила проверки людей для работы с детьми

Когда полицейские чины и правительство осознали, что люди, уличенные в нездоровом интересе к несовершеннолетним, могут получить доступ к работе с детьми исключительно потому, что разные полицейские управления по какой-то причине не обменяются информацией, была создана единая база данных, так называемое "Бюро криминальных записей", или CRB.

Идея состояла в том, что новое агентство под эгидой Министерства внутренних дел будет предоставлять информацию о человеке сразу из двух источников: из "Списка 99", и из базы данных полиции.

Этот процесс для простоты стал называться английским словом "disclosure", что на русский язык лучше всего перевести как "раскрытие информации".

Две степени проверок

Правообладатель иллюстрации Gov.uk
Image caption Первый закон, целиком и полностью посвященный защите детей, появился в 1999 году

Вы же понимаете, что в Британии даже в таком деле, как безопасная работа с детьми, не могли обойтись без, хотя бы чисто формальной, попытки сохранить право каждого человека на личную жизнь.

То же самое раскрытие информации стало делиться на две категории: стандартное и расширенное.

"Стандартными" называются проверки, когда данные человека сравнивают с записями в Национальной полицейской базе данных, и прогоняют через "Список 99". Их проводят в том случае, если кандидат будет просто работать с детьми, или в таком учреждении (начальная школа, детский сад, детская больница), где постоянно присутствуют несовершеннолетние.

"Расширенная проверка" проводится в том случае, когда человек должен нести полную ответственность за ребенка, например в качестве опекуна или приемного родителя. В этом случае к стандартному списку прибавляется еще вся информация, которая по какой-то причине есть на этого человека в местных отделениях полиции. Даже, если он просто где-то бросил в неподходящем месте бумажку, и его за это пожурили.

DBS

В 2012 году правительство Британии и Министерство внутренних дел открыли еще одно агентство, которое стало называться "Службой по раскрытию информации и исключениям в ее предоставлении". По-английски это звучат существенно проще: "Disclosure and Barring Services", или DBS.

DBS объединило функции двух прежних агентств: правительственного бюро CRB, о котором я писала выше, и независимой общественной организацией - Independent Safeguarding Authority.

Если вы еще не окончательно запутались, то скажу, что работодатели в Британии, если их работники так или иначе общаются с детьми, по закону обязаны запрашивать информацию о потенциальном сотруднике. Если они этого не сделают, то будут пенять на себя.

Правило на правиле и еще больше правил

Правообладатель иллюстрации Janina Litvinova
Image caption А вот так выглядит первая страница памятки для учителей профсоюза NUT

Один из профсоюзов, объединяющих учителей, NUT, совсем недавно выпустил памятку, в которой объясняет, что преподавателю в школе делать можно, а что - нельзя.

В том, что касается физического контакта с учениками (не подумайте плохого, речь идет о том, чтобы просто-напросто взять кого-то за руку), существует масса ограничений.

Памятка вежливо объясняет учителям, что вообще-то в определенных ситуациях дотрагиваться до ученика можно.

И далее эти ситуации перечисляются. Не забывайте, что речь идет о людях, которые уже прошли все возможные проверки.

Можно:

  • держать за руку ученика, находящегося в начале или конце колонны во время передвижения по школе
  • утешать расстроенного ученика
  • погладить по головке или пожать руку, когда ученика поздравляют или хвалят
  • показать, как играть на музыкальном инструменте
  • показать какое-то упражнение, или технику на уроке физкультуры, или во время тренировки
  • оказать первую помощь.

Ну, слава богу! Можно быть спокойными: ребенку, разбившему коленку, или во время приступа астмы, помощь окажут, не дожидаясь приезда врача! Капли в глаза, правда, не закапают, потому что это - не первая помощь, а такое последовательное лечение, и о нем надо специально договариваться со школьной медсестрой.

Правообладатель иллюстрации Gov.uk
Image caption Документ Министерства образования о том, как сделать так, чтобы дети в процессе обучения не подвергались никаким опасностям

Министерство образования в прошлом году выпустило свою собственную инструкцию, которая называется: "Как обеспечить детям безопасность во время образовательного процесса".

Это - обширный документ на 76 страницах, в котором объясняются все аспекты общения с детьми:

  • как замечать признаки того, что у ребенка дома не все в порядке
  • какие меры в этом случае предпринимать
  • как обеспечивать проверку всех новых сотрудников школы
  • чуть ли не самый важный пункт: как расследовать обвинения в неподобающем поведении, в котором ученики обвиняют учителя.

И вот тут мы вступаем в по-настоящему мутную воду

Не правда, а месть

Правообладатель иллюстрации Thinkstock
Image caption Часто ложные обвинения против учителей заканчиваются тем, что они уходят из школы

Разумеется, что после трагедии, произошедшей в Сохэме, и исторических обвинений в сексуальных преступлениях, которые ставшие взрослыми ученики выдвигают против учителей иногда много лет спустя, просто отмахиваться от жалоб учеников никто не рискнет.

Давайте говорить честно: как среди взрослых, так и среди подростков, и среди детей есть люди, готовые приврать, мстительные, злые и просто не очень умные. К тому же как дети, так и подростки не всегда в состоянии оценивать все возможные последствия своих поступков.

В прошлом году еще один профсоюз работника образования - "Ассоциация учителей и лекторов", ATL, - провел собственное расследование того, чем кончаются ложные обвинения против учителей.

Статистика получилась довольно печальной.

Каждый пятый учитель в тот или иной момент, однажды или несколько раз, стал жертвой учеников, выдвинувших ложные обвинения.

Да, конечно, эти обвинения расследуются, и правда, как правило, торжествует. Однако около трети тех, кто пал жертвой подобного навета, из школ уходят.

Генеральный секретарь ATL Мэри Баустед выразила общее мнение следующим образом: "Это правильно и справедливо, что мы охраняем детей, и их благосостояние и безопасность стоят на первом месте. Но надо соблюдать баланс, чтобы ни учителя, ни директора школ, ни дополнительный персонал школ, не становились жертвами ложных обвинений".

Труднодостижимый баланс

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Как сделать так, чтобы и учителя не страдали от ложных наветов, и дети были в безопасности?

Достижение этого баланса и является самой главной проблемой. Британия взялась ее решать довольно давно, да и юридическая система тут существует независимо от воли сменяющихся правительств, однако и здесь бывают ошибки как в одну, так и в другую сторону.

Мы, вроде бы, научились охранять школьников от педофилов, осталось еще придумать, как охранять ни в чем не повинных учителей от учеников.

Новости по теме