Почему об агентах Шараповой надо писать в учебниках?

Роман Семенов работает с бывшей пятой ракеткой мира Анной Чакветадзе. Доля гламура в его работе, конечно, есть Правообладатель иллюстрации Roman Semenov
Image caption Роман Семенов работает с бывшей пятой ракеткой мира Анной Чакветадзе. Доля гламура в его работе, конечно, есть

Профессия спортивного агента появилась не так давно - в 1990-х, и обязаны мы этим футболу. Сначала их были единицы, и в основном в этой роли выступали отцы молодых игроков.

Но популярность этого рода деятельности быстро росла, и всего за 10 лет спортивные агенты появились почти во всех видах спорта по всему миру.

Сегодня трудно себе представить известного спортсмена, не пользующегося услугами спортивного агента. Для большинства обывателей эта профессия - смесь чего-то очень гламурного и денежного.

В том, что на самом деле представляет собой жизнь агента, нам помог разобраться Роман Семенов - менеджер известной теннисистки, бывшей пятой ракетки мира Анны Чакветадзе.

Би-би-си: Так что, Роман, есть гламур в вашей жизни?

Роман Семенов: Работа агента знаменитого спортсмена действительно включает в себя посещение гламурных мероприятий - светские вечеринки, вручение премий, благотворительные вечера. Но это еще и практически круглосуточная и зачастую монотонная работа: звонки, переписка, деловые встречи и прочее. Много приходится мотаться. Твое плохое настроение, плохое самочувствие, личные проблемы - все это никого не интересует. В общении с людьми ты всегда должен быть приветлив и дружелюбен.

Би-би-си: Что входит в обязанности агента?

Р.С.: В разных странах они могут немного отличаться. Также это зависит от предпочтений самого спортсмена: одни любят, чтобы их дела вел один человек, другие - распределяют обязанности.

Чаще всего на плечи агентов ложатся: организация выступлений на турнирах, заключение договоров со спонсорами, общение со спортивными структурами, общение с прессой, урегулирование финансовых и юридических вопросов, страхование спортсмена и даже создание его персонального имиджа.

В новых реалиях появилась еще такая задача, как продвижение персонального аккаунта спортсмена в интернете. Я также занимаюсь некоторыми бытовыми вопросами. Условно, если надо заказать столик в ресторане, Аня мне сообщает, какую ей хочется кухню, я выбираю ресторан и делаю заказ.

Би-би-си: Насколько плотно агент вовлечен в жизнь спортсмена?

Р.С.: Агент контролирует график спортсмена примерно на 70%. Спортсмену остается только его личная жизнь и личные бизнес-проекты, если такие есть. Агент на связи со своим клиентом круглые сутки, в выходные и праздники. При таком плотном общении отношения выходят за рамки "агент-клиент". Необходим личный контакт, многие дружат. Есть даже такая шутка, что агент дороже спортсмену, чем жена и дети.

Би-би-си: Кто кем больше дорожит - агент звездным спортсменом или звезда опытным агентом?

Р.С.: Спортсмены топ-уровня - очень непростые люди, у большинства очень сложный характер. Они абсолютные эгоисты, иначе в спорте не добиться успеха, по крайней мере в теннисе. У нас с Аней тоже была притирка, но мы довольно быстро нашли друг к другу подходы. Опытные, известные агенты, у которых по нескольку клиентов, могут позволить себе выбирать, оставить последнее слово за собой, хотя звездами никто не разбрасывается. В конечном итоге, спортсмен всегда рулит.

Би-би-си: Вы сказали про нескольких клиентов, а как же конфликт интересов?

Р.С.: Это важный вопрос. Практически никогда не бывает так, чтобы у одного агента было сразу два звездных клиента. Агент знает о спортсмене такую подноготную, что никому не хочется делить его (агента) со своим потенциальным соперником. Хотя в договоре с агентом прописаны огромные штрафы за разглашение информации, но чувство это все равно некомфортное. Поэтому, как правило, у одного агента только один звездный клиент, а остальные попроще.

Правообладатель иллюстрации Roman Semenov
Image caption Особое внимание Роман уделяет общению Анны с прессой

Би-би-си: Чем отличается работа агента играющего спортсмена и того, кто уже ушел из большого спорта?

Р.С.: Действующий спортсмен находится в прямой зависимости от клуба или от лиги, или в случае с тенниситами - от WTA и ATP-туров. Его агент в постоянном контакте с организацией, в прямом контакте со спонсорами, уже существующими или потенциальными. Когда же у спортсмена уже нет обязательств перед этими структурами, начинается свободный полет. Агент начинает заниматься поиском следующих проектов: чем дальше заниматься его клиенту, как продвигать его брэнд в новых условиях.

Би-би-си: Можно ли в современном мире обойтись без агента?

Р.С.: На Западе нет ни одного топового спортсмена, у которого бы не было агента. Нередко это даже два-три человека, занимающиеся разными сферами деятельности. У игроков среднего звена, между топ-100 и топ-200, часто нет ни менеджеров, ни пиарщиков, потому что это лишние расходы, которые они не могут себе позволить, да им это и не особо нужно.

В России это очень слабо развито. Многие спортсмены даже не понимают, зачем это нужно. Теннис все же особый вид спорта, поэтому топовыми российскими теннисистами кто-то обязательно занимается, но чаще всего это мама или папа, дяди-тети. Это, конечно, удобно, но пользы мало. Грамотный специалист может прежде всего повысить уровень доходов спортсмена.

Западные агенты, как правило, имеют юридическое образование, хорошо разбираются в финансовой сфере. Университеты предлагают много обучающих программ спортивного направления в сочетании с юриспруденцией, например.

В России с образованием в этой сфере довольно туго. Российские вузы предлагают какие-то программы спортивного менеджмента, есть онлайн-курсы, но на мой взгляд, они все очень слабые. По крайней мере, российских специалистов высокого уровня в этой сфере я не знаю, их нет.

Би-би-си: Может быть, их нет, потому что, как вы сами сказали, на них в России нет спроса?

Р.С.: У русских людей есть черты, которые не подходят для работы агентом. Им присущи угрюмость, сексизм, определенный пофигизм. Они не станут стараться и очаровывать тех, кто им по каким-то причинам не понравился. Они не любят, когда им по работе звонят в выходной день, и часто оставляют все на последний момент. Для западных агентов это означало бы полный крах. Они улыбаются всем и всегда, выходной день - понятие очень условное. Многие русские спортсмены, долго жившие на Западе, окружают себя западными специалистами. Правда, это большей частью касается других видов спорта - хоккея, например. Почти у всех топовых теннисистов из России агенты тоже русские. Света Кузнецова, например, большую часть своей профессиональной жизни провела вне России, но команда у нее "своя".

Би-би-си: Каким образом агент повышает доходы спортсмена, через спонсоров и рекламодателей? На призовые же он не влияет.

Р.С.: Финансовый уровень теннисиста определяется по тому, может ли он своими доходами на корте покрыть свои расходы. Теннис - это не футбол, не баскетбол и не хоккей, о спортсменах никто не заботится, все финансовые обязанности лежат только на них. Своих докторов, тренеров, перелеты, гостиницы для себя и своей команды они оплачивают сами (за исключением турниров Большого шлема - прим. Би-би-си).

Позволить себе это могут только игроки топ-150. Остальным нужны спонсоры и рекламодатели, но дело в том, что им-то как раз интересны только топовые игроки. Есть, конечно, исключения, как, например, красивые девочки, которые особых результатов не показывают, но какие-то контракты у них все-таки есть. Привести спонсора к игроку не первого эшелона - это особое мастерство агента.

Правообладатель иллюстрации Roman Semenov
Image caption Агент Анны Чакветадзе активно занимается продвижением ее теннисной школы. На фото: в гости к ученикам Анны приехала Виктория Азаренка

Би-би-си: Мне обслуживающий персонал на Уимблдоне жаловался, что некоторые члены команд топовых теннисистов, в том числе агенты, ведут себя довольно нагло и развязно. Это из-за ощущения близости к звезде, что для некоторых равно вседозволенности?

Р.С.: Отчасти, наверное, да. Очень многое зависит от человека. Например, агент Серены Уильямс Джилл Смоллер - женщина в возрасте, милая и скромная. Но другие члены ее команды вполне могут позволить себе грубость, особенно один из ее спарринг-парнеров.

Агент Маши Шараповой, Макс Айзенбад, тоже может быть очень резким. И все же каждый знает свои границы, потому что самое главное для спортсмена - его репутация, и можно вылететь из окружения, если эти границы перейти.

Би-би-си: А что делать, если спортсмен сам вредит своей репутации?

Р.С.: О, это просто ужасная головная боль. Они могут ляпнуть что-то не то, загулять в баре, проститутки, наркотики - всякое бывает. И тогда надо очень быстро соображать, надо действовать мгновенно, чтобы хоть как-то спасти ситуацию. Агент - не мама и не папа, нравоучения и уроки морали не входят в его обязанности. Ему надо быстро сориентироваться и предпринять некие шаги.

Например, команда Ришара Гаске в 2009 году сработала просто замечательно. Ни для кого не секрет, что его поймали с кокаином, но пиарщики так все представили, что он отделался двумя с половиной месяцами дисквалификации.

О находчивости команды Шараповой вообще надо писать в учебниках по спортивному менеджменту. В истории с мельдонием они убедили ее, что лучше самой признаться, и тут же собрали пресс-конференцию. Другое дело, что этот шаг вышел Маше боком, потому что, не придай она эту историю огласке, ее бы по-тихому простили, как простили многих, попавшихся тогда на мельдонии. Но раз уж она сама объявила, спортивные структуры должны были реагировать. Хотя повторюсь - шаг, предпринятый ее пиарщиками, был смелым, дерзким и очень правильным.

Би-би-си: Агенты известных спортсменов - состоятельные люди?

Р.С.: Агенты работают на проценты, у каждого своя договоренность с клиентом. Также в ряде видов спорта есть ограничения, если мы говорим про лицензированных агентов. Но, скажем так, они люди не бедные.

Новости по теме