"Главные люди просили передать - штаба Навального здесь не будет"

Navalny campaign office Правообладатель иллюстрации Navalny campaign office

Знание того, как уходить от слежки и где подпольно распечатать агитационные материалы - это, по словам сторонников политика Алексея Навального, необходимые для работы сотрудников региональных штабов навыки.

В минувшие выходные было задержано более 130 участников "агитационного субботника" за политика Алексея Навального, на прошлой неделе прошли обыски в московском штабе политика. Русская служба Би-би-си поговорила с координаторами и волонтерами штабов, которые рассказали, с чем они сталкиваются ежедневно.

Александр Пахомов, Братск: "Предложили подумать о здоровье детей и внуков"

Нам выбивали окна в штабе. [Когда] мы сняли помещение, особенно не светили его, но все равно об этом как-то узнали. Вроде как и на собственников выходили "авторитетные люди" и просили расторгнуть договор. А потом сказали "создадим условия" - и вот этой же ночью [9 июня] нам разбили окна. Приезжали криминалисты, работали. На 12 июня в ночь разбили еще раз.

После этого в штабе успокоилось, но зато побили [окна] у меня и моего брата. Причем, камни были немаленькие, а брат у меня на четвертом этаже живет. Молодой человек подходил к моей маме на улице.

Сказал: "главные люди просили передать, что никакого штаба Навального здесь не будет", предложили подумать о здоровье детей и внуков. Мама заявление не стала писать, но все равно пришел участковый - на основании мониторинга соцсетей, ему пришло из ОВД задание ее опросить.

Эльнур Байрамов, Саратов: "Видишь, что за тобой следят - листовки в сумочку"

Агитационный субботник мы запланировали в местном гайд-парке. Но с 7 часов утра там дежурила полиция, там было очень много полицейских с ручными металлоискателями, были сотрудники центра "Э". Полиция сказала, что там проходят пикеты с 7 утра до 10 вечера, причем никаких пикетирующих там не было.

А за два дня до этого наш груз [агитматериалов, присланных из центрального штаба] - 700 кг - изъяли, как и по всей стране. Но листовки мы печатали сами на цветных принтерах, подпольно - ни одна типография нам не печатает. В воскресенье мы раздали 4630 листовок - ночь печатали.

Правообладатель иллюстрации Elnur Bairamov
Image caption В Саратове, как и во многих других регионах, изъяли огромную партию агитматериалов, прибывших из Москвы

У нас умные волонтеры. Мы проводим тренинги - как выявлять слежку и уходить от нее. Видишь, что за тобой следят, фотографируют, - листовки в сумочку, передислоцировался, уехал на троллейбусе на две остановки и там раздавай.

Ильдар Неваев, Саранск: "Нашего организатора обвинили в избиении девушки"

У нас возникли две проблемы. Во-первых, фирма, которая занимается перевозками, не выдала нам посылку с листовками, которую прислали из центрального штаба. Также нам посылали агитационные шары с надписью "Навальный", чтобы волонтеры под ними ходили, - их тоже поздно доставили.

Правообладатель иллюстрации Navalny campaign office
Image caption Активисты в Саранске жалуются, что городские власти отказывают им в проведении агитационных акций

Наш человек занимался организацией 26 марта, создал группу "ВКонтакте".

Ему администрация постоянно отказывала, однажды позвонили и сказали: "Придите, заберите новый отказ".

И они разыграли сцену на улице: к организатору подошла девушка, спросила, где находится аптека, он показал ей точное место, в этот момент девушка начала кричать, подбежал мужчина, схватил нашего организатора, и его стали обвинять, что он избил эту девушку. Организатора оштрафовали и посадили на 15 суток.

Егор Чернюк, Калининград: "Кирпич прилетел в рабочую машину отца"

Штаб открылся 6 июля. В тот же день нам исписали ставни: "Навальный фашист", руны СС. Мы все смыли. Ночью я спал дома (я живу на первом этаже) - мне начали интенсивно стучать в окно. Было страшно, конечно: я лег на пол. Увидел на окне кляксы - это была очередь из пейнтбольного ружья. Утром дверь в подъезд также была вся исписана.

Правообладатель иллюстрации Egor Cherniuk
Image caption Дверь в подъезд Чернюка расписали спустя несколько часов после открытия штаба

Днем в штаб приехали полицейские: без официальных бумаг, сказали, что поступила анонимная жалоба, начали осматривать все агитматериалы. В субботу нас начал караулить какой-то автомобиль у штаба. В воскресенье снова приезжает полиция, которая досматривала вещи волонтеров.

Я решил не ночевать по месту прописки, а решил уехать в область - заказал такси. Позвонил отца предупредить - и гудки какие-то механические были в трубке, как будто в сервис звонишь. Приехал в дом к отцу уже ночью. Это частная территория, все огорожено. Утром мы обнаружили очереди от пейнтбольного ружья, через забор кинули кирпич - попали по рабочей машине отца, разбили фару.

Семен Кочкин, Чебоксары: "Нам всюду отказывали, как слышали фамилию Навального"

Штаб открылся в конце мая: с тех пор нас уже выгнали из одного офиса. К нам пришел хозяин бизнес-центра, сказал, что нам придется уехать, потому что ему позвонили из администрации, пригрозили, что если он нас не выселит, центр закроется. Этот офис мы искали два месяца: нам всюду отказывали, как только слышали фамилию Навального.

Правообладатель иллюстрации Anastasia Vasilieva
Image caption 7 июля полицейские забрали агитматериалы из штаба Алексея Навального в Чебоксарах

Перед агитационным субботником у нас изъяли 20 тысяч листовок под тем предлогом, что мы их украли. С заявителями кубов проводят беседы в университетах и колледжах. Иногда люди из администрации подходят на акциях и говорят: "Как у вас дела с военкоматом? А к вам еще полиция не приходила по 26 марта?"

Георгий Смирнов, Великий Новгород: "Все всё понимают - просто нужно забрать газету Навального"

Штаб открылся 29 мая. Поначалу особо ничего такого не было. Иногда заходили неадекватные, слегка подвыпившие индивиды, грозились нетрадиционными формами секса, забросать гранатами… но кроме угроз ничего не было. Мы им улыбались, желали хорошего дня. Они расстраивались и уходили.

В середине июня к нам пришел собственник [помещения офиса] с квадратными глазами, положил бумагу на стол, сказал: "Извините, ребята. Я все, что мог, сделал". Бумага была о расторжении договора в одностороннем порядке и у нас есть месяц на то, чтобы подыскать новое помещение.

Мы изначально подавали [заявку на проведение митинга 12 июня] на центральную площадь, но нам сказали, что весь день она будет занята под празднование дня России и вы в повестку этого празднования никак не вписываетесь. Мы свое мероприятие провели, а потом я предложил пойти и посмотреть, а что же там. Полиция и администрация посчитали, что это несанкционированное шествие. [По дороге] меня останавливали сотрудники полиции и пытались внушить, что я чем-то незаконным занимаюсь. Я спрашивал: вы меня задерживаете? Они отвечали: нет, мы не задерживаем, мы приглашаем.

Как только мы пришли в штаб, подъехало пять или шесть автомобилей полиции. Они блокировали входы и выходы в помещение, начали у всех проверять документы. Начались стихийные задержания в нашем штабе. На 13 человек составили протоколы по 20.2.

Правообладатель иллюстрации Fedor Shafranov

Мы получили партию газет [к субботнику], но уже поняли, что творится какая-то абсурдная ситуация и что их везде забирают. И вместо того, чтобы вести их в штаб, мы развезли их по квартирам, в штабе оставили маленькую часть.

На следующий же день приходят к нам [сотрудники полиции]: "Здравствуйте, по заявлению гражданина, у вас тут содержатся какие-то экстремистские материалы". Показываем - вот у нас есть 200 газет.

- Мы изымаем на проверку.

- Ну хорошо, вот у нас лежит газета "Волхов", "Московский комсомолец", книжки по психологии и истории стоят, берите и их тоже.

Смеемся - все всё понимают - просто нужно забрать газету Навального.

Илья Дьяконов, Астрахань: "Образование дороже, чем агитация"

Меня назвали жуликом, который пользуется лазейками в законе, - это было на суде по поводу отказа администрации согласовать пикет с кубом. Мы не входим в рамки выборного законодательства, поэтому наша деятельность не регламентирована законами, и мы ничего не нарушаем. Но суд усматривает в этом неуважение к другим участникам избирательного процесса.

6-го числа у нас изъяли агитационный материал - якобы по звонку в 02 поступила жалоба. В офис приехали участковый и люди в гражданском. Фактически происходил обыск, хотя они называли это "осмотром". Никаких разрешительных бумаг они не предоставили.

Правообладатель иллюстрации Navalny campaign office
Image caption Главу астраханского штаба в суде обвинили в использовании "лазеек в законе"

Волонтеры говорят, что в местных институтах проводились беседы: деканы приглашали тех, кого нафотографировали на мирных прогулках и кубах, с ними разговаривали. Это накладывает негативный отпечаток: если человек отказывается нас посещать, мы относимся к этому с пониманием, потому что образование дороже для человека, чем агитационная деятельность. Поэтому ищем тех, кто способен противостоять давлению.

Евгений Доможиров, Вологда: "Фамилия Навальный вызывает общественные беспорядки?"

Они [полицейские] появились 6 июля, где-то в 12 часов. Сразу предъявили рапорт некоего оперуполномоченнного Дурягина, по которому они вроде как должны искать литературу, содержащую клевету и оскорбления представителей власти и призывающую к беспорядкам.

Изначально они искали газету, которая только что вышла. Дальше начался полный бред: они начали изымать все с надписью "Навальный 2018": таблички с восклицательным знаком [речь идет о логотипе "Навальный 20!8"] с его автографом, наклейки - они их начали осматривать и пересчитывать. Потом перешли даже к футболкам, хотя, еще раз говорю, они искали литературу, содержащую клевету, оскорбления власти и призывы к массовым беспорядкам.

Правообладатель иллюстрации Navalny campaign office

Получается, что фамилия Навальный вызывает общественные беспорядки? Вот они изъяли футболки, а потом перешли к прессволлу - огромному баннеру, на котором написано Навальный 2018 - его тоже изъяли. Хотя каким образом это может быть литературой, тем более оскорбляющей власть, непонятно.

Вадим Останин, Бийск: "Были нодовцы, были казаки, приходили участковые"

Алексея Навального облили зеленкой в Барнауле, к нам на открытие штаба в Бийск он приехал уже облитый [в тот же день 20 марта] . Были нодовцы, были казаки. Нодовцы попытались поспорить, но не смогли сделать это аргументировано: Алексей к ним вышел, но они не осилили разговор. Один казак начал выступать, "я тут нагоню 120 человек, вам будет тут всем плохо", но он поговорил маленько и ушел в сторону.

Два раза [в штаб] приходили участковые. Последний раз - перед субботником, 7 июля. Пришел, поулыбался, пообщался, "если что, будут проблемы - звоните", никаких угроз не было. И когда мы раздавали листовки, дама полицейская подошла к одному из волонтеров, отняла у него листовки. Я был вынужден вызвать полицию и написать на нее же заявление, [после этого] нам вернули листовки, извинились.

Правообладатель иллюстрации Navalny campaign office

Нам прислали посылку с агитпродукцией - футболки, наклейки… [я узнал, что на базе службы доставки] полицейские вскрыли посылку с понятыми, ничего не нашли и запечатали обратно. Мы вместо того, чтобы получить ее заранее к субботнику, получили ее только в понедельник.

Мне звонил полицейский почему-то из уголовного розыска, просил подъехать и дать показания по поводу этой посылки. Я ему сказал - шлите мне повестку, в ней укажите, в рамках чего вы меня вызываете и в качестве кого. Так ничего не пояснил по телефону.