Лица Февраля 17-го: революционеры поневоле - Николай Рузский

  • 3 марта 2017
Правообладатель иллюстрации РИА Новости
Image caption 28 февраля 1917 года власть перешла в руки Временного комитета Государственной думы. Сидят, слева направо: Владимир Львов, Владимир Ржевский, Сергей Шидловский, Михаил Родзянко; стоят, слева направо: Василий Шульгин, Иван Дмитрюков, комендант гарнизона Петрограда полковник Борис Энгельгардт, Александр Керенский

Среди деятелей Февраля нет ни одного большевика, и вообще левого. Революция началась неожиданно для профессиональных революционеров и свершилась без их участия.

Кто были эти люди, которые во время великого переворота в жизни России, порой не по своей воле, оказались на гребне событий.


Николай Рузский, 63 года, главнокомандующий Северным фронтом (возраст и положение персонажей даны на момент Февральской революции):

Правообладатель иллюстрации РИА Новости
Image caption Отречение императора России в ночь на 3 марта 1917 года. В царском вагоне (на первом плане слева направо): Николай II, депутат Госдумы Александр Гучков, депутат Госдумы Василий Шульгин, генерал Николай Рузский, министр двора Владимир Фредерикс

Начал военную карьеру в 9 лет, поступив в 1-ю Санкт-Петербургскую военную гимназию. Участник русско-турецкой и русско-японской войн, выпускник Академии Генштаба, генерал от инфантерии.

Из-за географического расположения его фронта Рузскому выпало вести от имени военной верхушки переговоры с императором, чей поезд прибыл в Псков в 19:05 1 марта. Рузский не устроил положенной по протоколу торжественной встречи и появился на перроне спустя несколько минут.

По мнению спутников Николая II генерала Дубенского и полковника Мордвинова, до приезда в штаб Северного фронта царь продолжал надеяться, и был шокирован тем, что Рузский сразу повел речь не о технике подавления революции, а о политических уступках.

"Когда поезд пришел в Псков, свита, да и сам император, считали, что они добрались до верного убежища, где распоряжается человек, располагающий почти неограниченной военной властью, который, по крайней мере, сделает для злополучных путешественников все срочно необходимое и поможет императорскому поезду как можно скорее доехать до Царского Села", - утверждал историк Георгий Катков.

Рузский настаивал на формировании "министерства доверия", ответственного перед Думой. Николай твердил, что предпочитает отречение урезанной власти, поздно ночью, наконец, согласился и лег спать.

Генерал позвонил в Петроград Родзянко, который заявил, что "министерство доверия" следовало даровать три дня назад, а сегодня положение может спасти только отречение императора.

Царский флигель-адъютант герцог Лейхтенбергский, и следом за ним многие участники событий и современные историки считают роковой ошибкой Николая II отъезд из Могилева, где в его распоряжении была миллионная армия, и называют Псков "ловушкой".

Другие исследователи полагают, что проблема заключалась не в физическом местоположении, а в отсутствии у последнего царя авторитета и воли. Если генералы вышли из повиновения ему в Пскове, то могли так же поступить и в Ставке.

Многочасовые разговоры между Николаем II и Рузским происходили с глазу на глаз. Есть мнение, что генерал был более резок и настойчив, чем положено в беседе с монаршей особой, и что Николай якобы однажды сказал в Тобольске, что по-христиански простил всех своих врагов и мучителей, вот только Рузского простить не в силах.

Заслуживающих полного доверия доказательств этому нет. Прощаясь с Рузским в присутствии свидетелей, отрекшийся накануне император поблагодарил его "за доблестную и верную службу", хотя сложно судить, насколько искренне.

25 марта (7 апреля) 1917 года Николай Рузский подал в отставку из-за разногласий с Временным правительством по вопросам дисциплины в армии и уехал лечиться на Кавказские Минеральные Воды.

Он не примкнул к белым добровольцам и отклонил предложение вступить в Красную армию, как его коллега Алексей Брусилов, сказав, что не приемлет войны русских с русскими.

1 ноября 1918 года Николай Рузский был убит в Пятигорске в ходе кампании красного террора. Генерала не расстреляли вместе с другими заложниками - его собственноручно зарезал кинжалом начальник местной ЧК Атарбеков.

"Николай Владимирович Рузский мало знал государя, и, случалось, порицал его. Еще меньше он знал государыню. Но он был справедлив, глубоко любил Россию, был убежденный монархист, проникнутый чувством долга, прямолинеен и честен. Он не скрывал своих мнений, но умел слушать и был, хотя и либеральных взглядов, но беззаветно преданный престолу человек и солдат.

В трагические дни стоянки императорского поезда в Пскове генерал Рузский считал, что далеко не все потеряно, но был глубоко убежден в пользе ответственного министерства и считал свои долгом настаивать на нем перед государем. Это ему удалось. Однако Родзянко, скрывая свое бессилие справиться с анархией в Петрограде, решил пожертвовать государем.

Уже через два дня Рузский потерял веру в новое правительство. Присутствие во главе Северного фронта стало для него невозможным".

(Сергей Вильчковский, свитский генерал)

"О том, что левые силы способны самоорганизоваться и противостоять партии порядка, генералы не могли и помыслить. Альтернатива виделась им совсем иначе - либо уступки монарха, либо затягивание бунта. Рузский и Алексеев решили добиваться отречения Николая II. Но фактический государственный переворот стал результатом не возникшего заранее заговора, а начавшейся в стране революции, которую генералы уже не могли подавить без широкомасштабной гражданской войны".

(Виктор Брачев, российский историк)

"Оказавшись по воле судьбы физически близко к месту событий, генерал Рузский сыграл ключевую роль в убеждении царя отречься. Насчет того, состоял ли он в некоем заговоре, исследователи разделены".

(Джеффри Хоскинг, британский историк)

Похожие темы