Блог Владимира Козловского: подшефный ефрейтор

  • 7 августа 2012

Владимир Козловский - журналист, политолог, много лет сотрудничающий с Русской службой Би--би-си, живет и работает в Нью-Йорке. Его блог - о малоизвестных сторонах жизни Большого яблока и Америки в целом.

Как я помогал комвзвода

В пятницу я сел в метро на Спринг-стрит, едва протиснулся в вагон, потому что дверь загораживал здоровенный ефрейтор в маскировочной салатной форме, сидевший на двух больших темно-зеленых тюках с ручками.

Когда мне впоследствии пришлось их тащить, я узнал, что в них едет его каска, бронежилет и прочее снаряжение, но, слава Богу, не табельное оружие с боезапасом, а то бы я совсем надорвал живот.

Ефрейтор возвращался к себе во Флориду с курсов повышения квалификации комвзводов в Нью-Джерси и мог бы отправить багаж по почте, но понадеялся на свои силы. И напрасно, поскольку тюки были даже ему не в подъем.

Из его разговоров с двумя пожилыми пассажирами я узнал, что он решил заехать в Ронконкому к однополчанину, который там подрабатывает в отпуске строителем, и направляется сейчас на манхэттенский вокзал Пенн-Стейшен, находящийся на моей улице.

Ронконкома (ударение на втором слоге) – это город с индейским названием, расположенный на Лонг-Айленде в полутора часах от Нью-Йорка и интересный лишь тем, что я тоже направлялся туда.

Ефрейтор впервые в жизни попал в Нью-Йорк, впервые ехал в метро, впервые слышал о Ронконкоме, и я вызвался взять над ним шефство. А также над одним из его тюков, что сделало дальнейший путь довольно утомительным. Даже сам ефрейтор периодически выбивался из сил и останавливался у стены передохнуть. Я ждал этих мгновений с нетерпением.

В моей части Америки отсутствуют эмпирические доказательства наличия у нее вооруженных сил. Человека в форме на улице увидеть практически невозможно, не говоря уже о танке. Исключение составляют национальные гвардейцы, бродящие парами по обоим нью-йоркским вокзалам после 11 сентября, да морячки в белоснежных кителях, заполняющие в июне Манхэттен во время ежегодной "Недели флота".

Я застал конец Вьетнамской войны, когда солдат было модно называть в лицо "детоубийцами". Но последующие американские войны были гораздо популярнее, и рейтинг военных резко поднялся. Я остро ощутил это в пятницу, когда вел ефрейтора через толпу. Идти рядом с ним было как рядом с длинноногой русской блондинкой или синоптиком местного телеканала. Нас встречали приветливыми взглядами и улыбками.

"У меня дома 22 ствола", - поделился ефрейтор, когда мы заплатили по $ 10.75, сели в поезд, отдышались и, наконец, разговорились. В ответ я похвастался, что у меня зато есть "Максим", правда, без щитка и неисправный, поскольку Нью-Йорк – это так называемый "непулеметный" штат, в котором полностью автоматическое оружие нельзя иметь даже со специальной федеральной лицензией, как, можно, например, в пулеметной Пенсильвании.

Ефрейтор знал "Максима", потому что его изобрел американец Хайрам Максим.

"И у меня есть китайский Калашников", - добавил я.

"Мы захватили в Ираке золотой Калышников", - сказал ефрейтор, произнеся это святое имя на американский манер. "И чего с ним сделали?" – "Потом офицер увидел и отобрал". – "Впрямь золотой?" – "Ну, позолоченный". – "И что: он стрелял лучше обычного?" – "Нет, такой же неприцельный. Но безотказный".

По его словам, найдя в Ираке Калашникова, они бросали его в кузов своего джипа "Хамви" и возили с собой заряженным на тот случай, если откажет отечественный автомат.

Иракские солдаты-призывники, по его словам, в массе своей сдавались без боя. Потом американцы стали встречаться с "федаинами" и республиканскими гвардейцами, которые честно воевали за идею, но неумело, поэтому США скинули Саддама за какие-то три недели.

Борьба с партизанами заняла несколько лет, хотя ефрейтор все равно отзывался о них пренебрежительно, говорят, что они не умеют стрелять прямо, и что выстрелы их гранатометов часто не взрываются, а просто впиваются в борт "Хамви".

Мой спутник записался в армию 12 лет назад и рядовым получал 1100 в месяц на всем готовом. Сейчас он зарабатывает где-то 4 тысячи. Поскольку он семейный, он живет не в казарме, а в городе, и армия платит ему квартирные.

Офицером он будет получать больше, но ефрейтор сказал, что не хочет в офицеры, потому что обожает солдатскую службу. Я заметил, что с возрастом он начнет смотреть на вещи иначе.

"Вы зачем уехали из России?" - полюбопытствовал он. "Коммунисты мне не нравились", - сказал я. "А тут они вас нагнали!" - улыбнулся ефрейтор, который не выносит Обаму и считает, что при нем Америка катится к коммунизму. Он обсуждал эту перспективу с легким отчаянием в голосе.

От Ромни он не в большом восторге. "Мне нравился Рик Санторум, - сказал ефрейтор. – И Герман Кейн. Но кто угодно, лишь бы не Обама!".

"И многие у вас так считают?" - спросил я. "Процентов 75 против 25, - сказал он, но подумал и поправился, - нет, 60 на 40. Это зависит от того, чему тебя в школе научили".

"У себя во взводе я дискуссии о политике и религии не поощряю", - оговорился ефрейтор, звуча, как мамы из хороших американских семей, которые сызмальства учат дочерей пресекать за обеденным столом диспуты на спорные темы. Оттого американские беседы часто кажутся иноземцам скучноватыми.

В поезде объявили, что впереди ремонтируют пути, и поэтому на полдороге, в Хиксвилле, нас пересадят в автобусы, которые доставят нас до Ронконкомы. Тюки пришлось тащить со станции до автобуса. Увидев нашу пару, седоусый чернокожий водитель расцвел, выскочил из автобуса, помог погрузить тюки в багажное отделение под полом салона и крепко пожал ефрейтору руку.

ВАШИ КОММЕНТАРИИ

Крепко жму руку Владимиру Козловскому. Good luck! <strong>Aleksandr Kuks, Latvia</strong><br/>

Спасибо. Подобные заметки помогают верить, что мир, на самом деле, даже если и катится в тартарары, то всё-таки имеет шанс на срабатывание предохранителей здравого смысла :) <strong>Долматов А.В., Томск, Россия</strong><br/>

Новости по теме