На "Сандэнсе" показали фильм об украинских детях-мулатах

  • 24 января 2011
Семья Ольги Неньи
Image caption Ольга Ненья, помимо своих детей, воспитывает 16 приемных

На самом престижном американском фестивале независимого кино "Сандэнс" состоялась премьера документального фильма режиссера Юлии Ивановой "Черно-белый портрет семьи". Это история 16 украинских детей-мулатов, от которых при рождении отказались матери-украинки и которых теперь воспитывает приемная мать Ольга Ненья.

Никто точно не знает, сколько на территории бывшего СССР мулатов-сирот, такой статистики не ведется. Но, как говорят люди, знающие ситуацию изнутри, счет идет на тысячи, а может, и на десятки тысяч.

В июле 1957 года в Москве открылся Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Более 30 тысяч человек из 131 страны приняли участие в этом памятном для многих фестивале. Он пришелся на середину хрущевской оттепели и запомнился многим своей открытостью.

Приехавшие иностранцы, среди которых было много африканцев, могли свободно общаться с москвичами, и это не преследовалось. А спустя 9 месяцев в Москве и других городах СССР на свет стали массово появляться "дети фестиваля" - плоды мимолетных связей между советскими комсомолками и иностранными мужчинами. И хотя расизма, как и секса, в СССР официально не было, общественное мнение было настроено негативно: негритенок в коляске считался признаком легкого поведения его мамаши.

Многие из этих детей и из тех, кто родился гораздо позже - уже от африканцев, приехавших в СССР на учебу, - были отданы в детские дома.

Image caption Юлия Иванова снимала свой фильм три года, но не сможет показать его на Украине

В 1995 году Юлия Иванова эмигрировала из России в Канаду, где она живет и работает по сей день. Я поговорила с режиссером о том, что она узнала о судьбе украинских детей-мулатов за время съемок фильма и какие у них перспективы на будущее в стране, где их считают чужаками.

Би-би-си: Детям, о которых вы рассказываете, - от 9 до 18 лет, то есть они родились сравнительно недавно, на уже независимой Украине. Кто они? И знают ли они что-нибудь о своих биологических родителях?

Юлия Иванова: После развала СССР многое рухнуло в его бывших республиках, но уровень образования по-прежнему оставался на высоте. Это привлекало и продолжает привлекать иностранных студентов на Украину, в основном, из африканских стран.

На Украине у них начинаются романы, появляются дети. Но в большинстве случаев отцы уезжают обратно в Африку, а ребенок остается с мамой на Украине. Герои моей истории практически ничего не знают о своих биологических родителях. Все, что у них есть, - это бумага, на которой написан отказ.

Ежеминутный расизм

Би-би-си: Это уже не Советский Союз, к общественному мнению прислушиваться никто не заставляет. Чего же боятся их биологические матери, почему детей-мулатов отдают в детдома?

Ю.И.: Ольга Ненья - женщина, которая из разных детдомов взяла к себе на воспитание детей-мулатов, говорит, что она этих матерей не осуждает. Потому что до сих пор на Украине, как и в России, если белая женщина ведет за руку темнокожего ребенка, на нее смотрят как на... не будем говорить это слово вслух, но все догадались.

Это не агрессивный расизм, но - ежеминутный. На Украине больше темнокожих ненавидят только евреев. Эта страна с давней историей антисемитизма. И несмотря на то, что все больше на Украине появляется интернациональных семей, отношение к иностранцам с другим цветом кожи не меняется.

Я своими глазами видела, как темнокожую девушку прохожие на улице назвали "черной обезьяной". Мне рассказывали, как рафинированный студент-африканец пришел на Украине в магазин и кто-то из покупателей плюнул ему в лицо. И никто не заступился, все промолчали.

Конечно, это происходит не каждый день, но это происходит. Надо быть очень сильной женщиной, чтобы не побояться этого ежеминутного бытового расизма и воспитывать ребенка-мулата в таком обществе.

Image caption Один из героев фильма Максим: школа, 1 сентября, цветы. Неприятности начнутся потом

Би-би-си: Как вы узнали об этих детях и почему решили снимать этот фильм? Что вам в этой истории интереснее было высветить?

Ю.И.: Это был 2004 год, я в Москве снимала другой свой документальный фильм. В какой-то газете я увидела статью про Ольгу Ненью - женщину, которая, помимо своих родных детей, воспитывает этих детей-мулатов в маленьком городке Сумы. И я сразу поняла: я буду это снимать.

Я знала о существовании детей-мулатов по всему СССР, хотя эта тема в открытую нигде не обсуждается. Эти дети выросли либо в русской, либо в украинской культуре, они никакой другой культуры не знают. По воспитанию и менталитету это абсолютно русские или украинские дети. Но к ним относятся как к чужакам. И это несправедливо.

Я познакомилась с Ольгой, она разрешила мне приехать в Сумы. Это потрясающая семья, сказочные дети, я ездила к ним три года, чтобы снять свой фильм. Я с этой семьей буду связана по гроб жизни, я их очень люблю.

Сложные семейные отношения

Би-би-си: Несмотря на сильную личную связь, вы сумели показать неоднозначность и сложность отношений внутри этой большой семьи. Один из героев вашего фильма - 18-летний Кирилл по прозвищу Обама. Умный, от природы аристократичный, при этом очень своенравный. У него были сложные отношения с приемной матерью, и в результате вы показываете в фильме, как он уходит из семьи.

Image caption Юлия Иванова: трагедия в том, что другой родины, кроме Украины, у этих детей нет

Ю.И.: Наблюдая за этой семьей, я поняла, какую огромную роль в жизни человека играет генетика. Все дети растут в одной среде, воспитываются одной женщиной, но все они очень разные.

Когда я приехала снимать в первый раз, Кириллу было 16 лет. Этот мальчик сразу поразил меня своей органичной аристократичностью, умением выражать и отстаивать свои мысли, любовью к интеллектуальной работе и отлыниваем от физической, поразил еще своим дичайшим упрямством.

У него были сложные отношения с приемной матерью Ольгой Неньей именно потому, что оба они - сильные и упрямые люди. Кирилл поступил в университет и уехал учиться в Киев, и с тех пор он не поддерживает отношения с семьей. Ольга даже подписала бумагу, что она отказывается от него, как опекун.

Би-би-си: Что за женщина Ольга Ненья, что за характер?

Ю.И. : Ольга - потрясающая, сильная и яркая женщина. Очень харизматичный, при этом в чем-то деспотичный человек. Соседи, конечно, ее подозревают во всех смертных грехах, думают, что таким образом она пытается обогатиться. Я ездила туда три года - врагу не пожелаю такого способа обогащения. Она это делает совсем по другим причинам. Она - мать с большой буквы.

Би-би-си: А дети, несмотря на поддразнивания в школе, некорректные замечания взрослых, - они все равно ощущают себя украинцами?

Ю.И.: Конечно, это их родина, это не обсуждается. Они считают себя украинцами просто потому, что они украинцы. Но когда тебя все время спрашивают: где ты родился, откуда ты приехал да что ты врешь, конечно, им обидно. Это трагедия - быть чужим среди своих.

Чужаки

Би-би-си: Местные власти помогают Ольге Ненье как многодетной матери? Видно,что у нее большой дом, но явно он требует ремонта.

Ю.И.: Этот дом ей подарила британская благотворительная организация Homes and Hope for Children. Да, нужен ремонт, но местные власти отказываются помогать, мотивируя свой отказ тем, что дом записан на ее имя, и они не могут вкладывать государственные деньги в ремонт частного дома. А то что государство отдало ей на воспитание 16 детей, которые живут в этом доме, - это, видимо, мало кого интересует.

Ей платят пособие - в среднем по 100 долларов на ребенка. А мясо в городе Сумы стоит столько же, сколько в Ванкувере, где живу я.

Би-би-си: Часть фильма вы сняли во Франции и в Италии, куда дети, которых воспитывает Ольга Ненья, каждый год ездят на летние каникулы. В результате дети, помимо украинского и русского, хорошо говорят по-французски и по-итальянски. И многих из них готовы были усыновить эти семьи.

Image caption Ольга Ненья против того, чтобы выросших в ее доме детей усыновили иностранцы

Ю.И.:После Чернобыля украинских детей стали приглашать на летние каникулы разные семьи из-за границы. Так и некоторые из Ольгиных детей ездят туда отдыхать. Эти семьи обожают ее детей и хотят их усыновить, но Ольга против международного усыновления. Она никогда не подпишет никаких бумаг.

И это мой главный упрек в ее адрес. На Украине у ее детей-мулатов будет очень сложная взрослая жизнь, где им ежеминутно будут напоминать, что они - чужаки. В Италии или во Франции у этих детей были бы совсем другие перспективы.

Би-би-си: Но ведь она этих детей уже усыновила, она считает их своими детьми.

Ю.И.: В том-то и дело. Это то же самое, если бы ко мне или к вам кто-то пришел и сказал: давай я удочерю твою дочку, у меня больше денег, хороший дом и так далее. Ольга это именно так и воспринимает. Для нее отдать ребенка в другую семью - это предательство. При том что многие из ее детей хотят уехать за границу. Они уже начинают понимать, что на Украине, где они, во-первых, сироты, а во-вторых, мулаты, у них очень мало перспектив.

"Здесь только кирпичи дадут класть"

Би-би-си: Меня поразила история мальчика Андрея, которого из-за неуспеваемости в обычной школе отправили в интернат, а потом в психбольницу. Что там с ним произошло?

Ю.И.:Очень трагичная история. Мальчик смышленый, рассудительный, но он плохо читал и писал, я думаю, что у него дислексия. На Украине таких детей считают умственно отсталыми и отправляют в специнтернаты. Помимо этого, у него еще были нервные срывы, когда он начинал плохо себя вести. И по этой причине из интерната его отправили в детскую психбольницу. Мы его там навещали.

Image caption В Италии или во Франции у этих детей были бы совсем другие перспективы

А потом я увидела его, когда Андрей ненадолго приехал к Ольге погостить. Это был совсем другой человек, смотреть на него без боли было невозможно. Ребенок с потухшими глазами. Он рассказал нам, как их там "лечили", как наказывали тех, кто балуется.

Детей, как рассказал Андрей, заворачивали в несколько слоев мокрых простыней, клали на лавочку, а под спину подкладывали каблук. И так ребенок должен был лежать, пока все простыни не высохнут. А если он за это время описался, то лежать нужно еще дольше.

Ольга мне рассказывала, что когда Андрей только вернулся из этой больницы, у него на голове были кровавые рубцы. Но про это он уже не хотел рассказывать. Просто заплакал и махнул рукой.

Би-би-си: Ваш фильм участвует в конкурсной программе "Сандэнса", вы наверняка будете показывать его и на других, в том числе европейских фестивалях. На Украине и в России его можно будет посмотреть?

Ю.И.: Я бы очень хотела, чтобы его посмотрели и на Украине, и в России. Но перед тем как дать согласие на съемку этого фильма, Ольга Ненья поставила мне одно условие: чтобы этот фильм не показывался ни на Украине, ни в России. Она не объяснила мне мотивацию этого решения, но, видимо, на то у нее есть свои причины.

Я помню, когда я только начала снимать эту семью, один из детей, Сашка - тоже очень колоритный мальчишка с характерным украинским говором, все время повторял, что он украинец, это его страна, и он никогда оттуда не уедет. А когда я приехала через три года, Сашка подрос, стал ходить в "качалку", потому что его постоянно стали задирать. И тогда он сказал фразу, которую я до сих пор не могу забыть: "Уеду я отсюда. Таким, как мы, здесь только кирпичи дадут класть, а за стол-то к себе не посадят".

Ольга старается оберечь своих детей. Так что если она не поменяет своего решения, то фильм будет показываться только за границей.

Новости по теме