Бомбардировка Дрездена: два взгляда на одну трагедию

  • 25 февраля 2011
Марш ультраправых Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Ультраправые прошли по Дрездену маршем с крестами

Спустя 66 лет после бомбардировки Дрездена - одной из самых спорных военных операций союзников во Второй мировой войне, жертвами которой стало около 25 тысяч мирных горожан, - в Германии не утихают дебаты по поводу того, кто виновен в произошедшем.

Я так и не набрался храбрости, чтобы обратиться к толпе вырядивших в черные рубашки последователей Гитлера и спросить, отдают ли они себе отчет, что льющиеся из их динамиков плавные скрипичные мелодии - это на самом деле Элгар, квинтессенция английской музыки.

Неонацисты, устроившие марш в Дрездене, почему-то сочли самым подходящим музыкальным сопровождением для своего мероприятия именно элгаровские "Энигма-вариации".

Возможно, Вагнер подошел бы лучше. Но нет, им нравится Элгар.

Считайте меня снобом, но я подозреваю, что они этого даже не поняли.

Черные одежды, бритые черепа, рычащие рты, пирсингованные лица - они не слишком похожи на рафинированных поклонников классической музыки.

Я спросил их, что они делают здесь и чего хотят.

В ответ - какое-то невнятное хрюканье. Смущается даже здоровяк в футболке с надписью "Kraft für Deutschland" ("Власть - Германии").

"Наш марш"

Разумеется, непросто создать идеологию, хотя, наверное, "идеология" - порой слишком громкое слово. Вот, к примеру: идеология толпы футбольных фанатов.

Правообладатель иллюстрации flame
Image caption Эти люди считают Уинстона Черчилля преступником

Чтобы разобраться в этом, я встречаюсь с доктором Олафом Розе, который консультирует по историческим вопросам ультраправую Национал-демократическую партию Германии.

Он само очарование.

Мы что-то напутали, и я пришел на встречу не в тот день. Он буквально из кожи вон вылез, чтобы устроить ее снова, даже несмотря на то, что у него сломалась машина - и ему пришлось просить приятеля подбросить его, причем издалека.

Он принадлежит к респектабельному крылу неонацистского движения, который сам он называет не иначе как "наш марш". Общительный, с козлиной бородкой и приличным английским.

По словам Олафа Розе, у него нет никаких претензий к британским летчикам, бомбившим Дрезден, и он не против строительства в Лондоне памятника этим летчикам. Мало того, Национал-демократическая партия Германии собирает средства на этот мемориал.

Он испытывает уважение ко всем солдатам, говорит Розе.

Нет, виноваты не они, а люди, которых он считает преступниками: Черчилль и Мясник Харрис - Артур Харрис, руководивший бомбардировочным командованием Королевских ВВС Великобритании, которое бомбило Дрезден.

Затронув эту тему, он начинает распаляться.

"Гитлер хотел мира, - заявляет он. - Можно посмотреть в документах. Он девять раз просил о перемирии".

А разве не он начал войну, уточняю я.

"Если ты сделал первый выстрел, это еще не значит, что ты начал войну", - отвечает он.

Преступники или жертвы?

Споры об истории авианалетов на Дрезден важны и сегодня.

Правообладатель иллюстрации AP
Image caption Бомбардировка Дрездена привела к гибели тысяч мирных горожан

Если вы верите в то, что на преступление немцев был дан ответ в виде аналогичного преступления британцев, то будет, возможно, проще принять мотивы, вдохновившие Германию: чувство вины притупляется.

На одной стороне спора о прошлом находятся ультралевые, одетые очень похоже на ультраправых - все в черном, - но в руках у них английский флаг, красный крест Святого Георгия на белом фоне: он демонстрирует их единение с Британией.

Другая крайность - неонацистский марш под музыку Элгара.

И та, и другая демонстрации микроскопически малы по сравнению с тысячами людей, выстроившимися в память о бомбардировке в живую цепь - по мостам через Эльбу, к старой рыночной площади Альтмаркт, на которой в 1945 году на открытом воздухе было кремировано 6865 человеческих тел.

В этой живой цепи я вижу министра внутренних дел Германии Томаса де Мезьера, одного из ближайших соратников канцлера Ангелы Меркель.

А он как видит историю?

"Немцы начали войну, - отвечает министр. - Но затем немцы же стали жертвами войны".

Немцы, безусловно, были преступниками, но были ли они жертвами? С этим утверждением смирится не каждый: немцы - они и жертвы тоже.

Призраки прошлого

В Дрездене прошлое и настоящее смешаны друг с другом.

Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Эта демонстрация была не шумной, но массовой

В основном город новый. От места, которое когда-то называли Флоренцией на Эльбе, осталось лишь несколько золотых куполов.

Но на первый взгляд этого не определить.

Великолепный дом оперы, к примеру, - это послевоенная копия первоначального здания, но там и сейчас можно встретить призрака, особенно если сидеть в позолоченном кресле, как у меня, и высовываться за перила балкона на опере Рихарда Штрауса "Саломея", премьера которой состоялась в 1905-м.

Призрак Штрауса здесь, клянусь! Он писал красивейшую, возвышенную музыку - и при этом дружески беседовал с Гитлером и Геббельсом, которому, кстати, посвятил песню.

И как понять это сочетание прекрасного и чудовищного?

На фасаде дома оперы - еще одно напоминание о прошлом: плакат со словами "Es ist noch wichtiger, sich anständig zu benehmen, als gute Musik zu machen".

Человеком, произнесшим эти слова, был дирижер Фриц Буш, которого в 1933 году нацисты выдворили из Дрездена.

В изгнании он сделал немало для создания одного из замечательных британских институтов, оперного дома Глиндеборн на юге Англии. Здание окружено известковыми холмами - именно такой ландшафт служил источником вдохновения для Элгара.

А слова на фасаде, кстати, переводятся следующим образом: "Важнее вести себя правильно, чем создавать хорошую музыку".

Новости по теме