Минск: семья соперника Лукашенко ждет приговора

  • 14 мая 2011
Андрей Санников Правообладатель иллюстрации Reuters
Image caption Обвинение потребовало для Санникова семь лет колонии строгого режима

В субботу в Минске огласят приговор политику Андрею Санникову, в понедельник - журналистке Ирине Халип. Мужу и жене, экс-кандидату в президенты Белоруссии и репортеру, в прямом эфире радио "Эхо Москвы" говорившей о событиях в Минске в день президентских выборов 19 декабря.

Андрея Санникова обвиняют в организации массовых беспорядков. Прокурор потребовал для соперника Лукашенко на президентских выборах семь лет колонии строгого режима.

Ирина Халип, по утверждению гособвинителя, принимала участие в организации действий, нарушающих общественный порядок, а именно призывала граждан в день выборов прийти на Октябрьскую площадь и "препятствовала работе правоохранительных органов". Прокурор требует для Халип двух лет лишения свободы с отсрочкой на два года.

Иринин так называемый "условный" срок имеет только одно преимущество: четырехлетний Данька, которого после ареста родителей власти попытались забрать у бабушки и оформить в детдом, будет расти с мамой. Отца встретит уже подростком - если все случится так, как решили власти.

А еще из Ириной квартиры в понедельник уйдут охранники-чекисты - после полутора месяцев в СИЗО КГБ Халип поместили под домашний арест, и круглые сутки рядом с Ирой и Данькой дежурят два сотрудника могущественного ведомства, строго следя, чтобы журналистка не подходила к окну, не пользовалась телефоном и интернетом, не читала неположенных газет.

Когда в понедельник Ира выйдет в сеть или развернет независимое издание, ее ожидает страшное свидание с мужем.

"Ко мне применялись пытки"

Андрей Санников сделал это заявление в девятый день судебного процесса в зале, заполненном журналистами, дипломатами, правозащитниками. Фонограмма и текст заявления растиражированы независимой прессой, отклики на интернет-форумах, как говорится, не для слабонервных.

"Меня поместили сильно избитого - продержали 5 часов, не давая выйти в туалет, - поместили в камеру без места, фактически на пол, то есть на доски, которые лежали под нарами. Между нарами и полом было узкое место. С больной ногой было очень сложно там находиться. В камере было холодно. Очень холодно. Самочувствие мое было плохое", - начал Санников свой рассказ.

Политик рассказал об унизительной процедуре личных обысков, когда в СИЗО КГБ арестантов гонят в холодное помещение с бетонным полом, нагих ставят на растяжку, заставляют приседать. Ранее о подобном заявлял сбежавший из Минска и получивший политическое убежище в Чехии экс-кандидат в президенты Алесь Михалевич. КГБ назвал заявления Михалевича не соответствующими действительности, а Генеральная прокуратура сообщила, что проведенная проверка не выявила подобных фактов жестокого обращения с подследственными.

Андрей Санников в зале суда, однако, свидетельствовал: "Вся процедура проходит в присутствии не менее трех человек в масках, которые колотят по стенам, которые кричат нечеловеческим голосом. Потом, одевшись, ты собираешь свои вещи. Особенная "удача", если с этими личными вещами попадается передача, которую ты только что получил от матери. Во-первых, она тяжелая, то есть с ней спускаться и подниматься (по крутым лестницам СИЗО КГБ) тяжело. Во-вторых, там апельсины и яблоки, которые хорошо раскатываются по полу. Наверное, особое удовольствие доставляло им наблюдать, как заключенные их собирают".

Как и Михалевич, Санников сообщил о принуждении спать лицом к свету, невозможности общения с адвокатом, психологическом давлении.

Судья Наталья Четвертакова перебила этот достаточно продолжительный рассказ только одним вопросом: писал ли подследственный жалобы после такого обхождения?

"Заявление о том, что ко мне применялись пытки, я написал уже через неделю после помещения меня в следственный изолятор КГБ", - ответил экс-кандидат в президенты. И добавил: "Я знал, что мне грозит, что будет еще хуже. Так и случилось".

Новогоднее предупреждение

О том, что жена где-то в камере рядом, Санников, по его словам, узнал на третий день ареста. Вскоре ему рассказали, какую судьбу готовят сыну, и потребовали "нужных" показаний.

Еще через неделю арестованный политик получил "последнее предупреждение".

"31 декабря, накануне Нового года, поздно вечером, у меня состоялась принудительная беседа с председателем КГБ Зайцевым, который угрожал жизни и здоровью моей жены и ребенка. Когда я отказывался подтверждать ложь, которая мне предлагалась, когда я отказывался писать какие-либо прошения, Зайцев мне заявил буквально следующее: тогда к вашей жене и ребенку будут применены более жесткие меры", - заявил Андрей Санников в зале суда.

"Я понял, что, действительно, от меня зависит, наверное, жизнь и жены, и ребенка, поскольку жена была в этой же тюрьме, где я знал, как относятся к заключенным. Тем более специфика изолятора КГБ состоит в том, что есть женские камеры, но женских надзирателей нет", - добавил подсудимый.

Экс-кандидат в президенты назвал фамилии оперуполномоченных и следователей, добивавшихся от него "нужных" показаний и заявил суду, что в обвинительных материалах дела есть документы, добытые пытками и шантажом.

"Показания, которые я давал на допросах, не полностью соответствуют действительности. Я делал это заявление и ранее. Оно есть в деле в кратком виде", - сказал подсудимый.

Правозащитник Олег Волчек полагает, что в субботу при оглашении приговора Андрею Санникову, судья Четвертакова будет вынуждена публично засвидетельствовать степень непредвзятости белорусского правосудия.

"Если в ходе судебного заседания обнародуются факты нарушения уголовно-процессуального законодательства, нарушения прав человека, по закону, судья должна вынести частное определение. В данном случае - в отношении следователей и администрации СИЗО КГБ", - объясняет Волчек.

Тут же признается, впрочем, что в подобный поворот сюжета не верит… И желает Санникову мужества - ведь во время апелляций на судебное решение первой инстанции политик будет находиться в СИЗО.

"Счастлива, что на этом свете он выбрал меня"

"В отношении моей семьи власть выбрала тактику выжженной земли - чтобы не осталось на земле крови семей Халип и Санниковых. В эту войну был втянут даже мой сын", - заметила в положенном подсудимым последнем слове Ирина Халип.

О рассказанном накануне мужем Ира если и знает, то в щадящем мамином пересказе - условия домашнего ареста исключают иные источники информации.

На судебном процессе над мужем Ирине Халип не позволили присутствовать даже в качестве свидетеля, хотя адвокаты Санникова ходатайствовали об этом: и как жена, и как доверенное лицо кандидата в президенты Халип могла бы рассказать суду о сути и деталях связанных с президентскими выборами событий.

"Я задумывалась: в качестве кого я была на Площади? Как гражданка, как жена кандидата в президенты, как журналист? Я была там на 100% во всех этих качествах. Даже если бы я не была журналистом, я пошла бы на Площадь вместе с Андреем. Я считаю счастьем, что из многих женщин на этом свете он выбрал меня", - совсем не для протокола прозвучало в судебном зале.

Новости по теме