Большая восьмерка обсудит арабский мир и интернет

  • 26 мая 2011

Большая восьмерка ищет новые задачи

Подготовка к саммиту Большой восьмерки во Франции Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Саммит во Франции будет проходить при повышенных мерах безопасности

В четверг во французском курортном городке Довиль открывается двухдневный саммит лидеров восьми крупнейших государств мира, во время которого, как ожидается, будут обсуждаться перемены в странах арабского мира, а также необходимость урегулирования сети интернет.

В ходе французского саммита также состоятся несколько двухсторонних встреч; в том числе президент России Дмитрий Медведев намерен провести переговоры с президентом США Бараком Обамой и премьер-министром Великобритании Дэвидом Кэмероном.

Как передает агентство Интерфакс, помощник Медведева Сергей Приходько сообщил, что российский и британский лидеры обсудят двухсторонние отношения "прежде всего, в контексте предстоящего во второй половине года визита Дэвида Кэмерона в Россию - первого визита главы британского правительства в Россию с 2005 года".

По словам Приходько, этот визит планируется на осень 2011 года.

"Несмотря на сохраняющиеся серьезные разногласия между Москвой и Лондоном, в российско-британских отношениях наметилось движение вперед в различных областях", - сказал помощник Медведева.

Как передает дипломатический корреспондент Би-би-си Бриджет Кендалл, согласно первоначальным ожиданиям, встреча в Довиле обещала стать относительно спокойным событием.

В последнее время фокус внимания на международной арене все чаще смещается в сторону развивающихся стран, поэтому роль главного мирового форума приобретают саммиты "Большой двадцатки".

Однако, как в среду заявил Барак Обама в британском парламенте, клуб восьми крупнейших государств мира нашел новые задачи, отмечает наш корреспондент.

Прежние приоритеты мировых лидеров по борьбе с бедностью и глобальным потеплением отходят на второй план. Основное внимание теперь уделяется новым или внезапно возникшим вызовам, в числе которых наш корреспондент называет такие:

  • Стоит ли мировым лидерам подумать об изменении стратегии в области ядерной безопасности – в свете недавней катастрофы на японской атомной электростанции "Фукусима-1"?
  • Поддерживать ли свободу интернета или подвергнуть всемирную сеть большему контролю властей?
  • И, самое главное, - как найти выход из потенциально тупиковой ситуации в Ливии и как отвечать на "арабскую весну" в Египте и Тунисе (уже существуют планы направить этим двум государствам многомиллиардную помощь для облегчения их перехода к демократии).

Кроме того, темой дискуссий на саммите в Довиле может стать ситуация в Сирии, где правительственные войска продолжают жестко подавлять антиправительственные выступления.

По данным сирийских оппозиционеров и правозащитников, в стране уже погибли более тысячи мирных граждан, однако официальный Дамаск утверждает, что борется с вооруженными экстремистами.

Как сообщает агентство Ассошиэйтед пресс со ссылкой на информированные источники, Британия, Франция, Германия и Португалия разработали проект резолюции Совета Безопасности ООН, осуждающей Сирию за подавление акций протеста.

В свою очередь глава Государственного департамента США Хиллари Клинтон и министр иностранных дел Франции Алан Жюппе после переговоров в Париже призвали международное сообщество отреагировать на происходящее в Сирии.

Обладающая правом вето в Совбезе ООН Россия последовательно выступает против иностранного вмешательства в дела Сирии.

Однако, согласно сообщению Франс пресс, во время саммита в Довиле Москва может подвергнуться давлению со стороны других членов "Большой восьмерки", которые будут добиваться ужесточении ее позиции по отношению к Дамаску.

Саммит в Довиле - "не место для дискуссий"

Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption "Обещания G8 о помощи. Кто блефует?" - написали активисты из благотворительной организации

Саммит "Большой восьмерки", начинающийся в четверг во французском курортном городе Довиль, обещает пройти так же, как предыдущие: пышно, шумно во всех отношениях и без каких-либо судьбоносных для мира решений.

Саммиты глав ведущих государств мира - "Шестерки", затем "Семерки", а затем "Восьмерки" - с самого начала, с 1975 года, не были собраниями, где принимаются главные решения. Тогдашний президент Франции Валери Жискар д’Эстен пригласил к себе коллег из ФРГ, Великобритании, Италии, США и Японии, чтобы в неформальной обстановке обсудить пути выхода из "нефтяного" кризиса.

Политолог-международник, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Федор Лукьянов напоминает, что у "Восьмерки" нет ни института обязательных для исполнения решений, ни механизма их исполнения.

Правда, вначале лидеры ведущих стран западного мира на этих саммитах достаточно нелицеприятно выговаривали друг другу за ошибки в экономике. "Но это было давно", - напоминает Лукьянов. А примерно с девяностых годов "Семерка", а потом "Восьмерка" (Россию приняли в "группу" в 1997 году) все больше стала обсуждать вопросы, которые должны были продемонстрировать, что эта "мировая элита" заботится о других.

К концу же 2000-х мир изменился настолько, что для борьбы с очередным кризисом была созвана уже "Большая двадцатка" - и саммиты "Восьмерки" стали окончательно приобретать вид ежегодного "званого вечера", лишний повод для глав государств и правительств встретиться, переброситься парой фраз о том-о сём и пообещать утроить усилия в борьбе с изменениями климата и бедностью Африки.

"Вообще возникает подозрение, что "Восьмерку" теперь надо воспринимать не как раньше: что это такая мировая элита, которая решает проблемы. Скорей, это те люди, которые проблемы всем создают", - считает Лукьянов. По его мнению, за исключением только что избранного канадского премьера Стивена Харпера, все остальные участники довильского саммита представляют страны, "утонувшие в проблемах", притом проблемы США и стран еврозоны больно бьют по всему миру.

Сайт слета в Довиле теперь называется www.g20-g8.com, а хозяйка обоих саммитов, Франция, призывает "Восьмерку" не подменять собой "Двадцатку" и поменьше говорить о главном - об экономике.

В качестве традиционной "изюминки", присутствующей на каждом саммите особой темы, Франция предлагает обсудить "эволюцию интернета и его влияние на экономический рост, перемены в наших обществах, а также его роль в продвижении прав человека и демократических свобод, особенно в свете "арабской весны".

Одним из действительно главных в Довиле будет именно вопрос "арабской весны", то есть политика в отношении победивших революций в Тунисе и Египте, а также продолжающихся конфликтов в Ливии, Сирии и некоторых других странах.

На встрече с премьер-министрами Туниса и Египта лидеры "Восьмерки", как ожидается, объявят о старте программы крупномасштабной помощи этим двум странам.

Египетский политолог Мохаммед Фараг говорит, что в Египте очень ждут этой помощи и вполне обоснованно, на его взгляд, надеются и в самом деле ее получить.

"Египет - крупная страна, его стабильность имеет очень большое значение для стабильности и мира в целом на Ближнем Востоке и в Африке, а опыт Египта в плане мирного перехода к демократии очень важен для всего арабского мира, - сказал Фараг bbcrussian.com. - Я думаю, все должны быть заинтересованы в успехе этого опыта".

Помощь Египту и Тунису уже обещали и ЕС, и США, но объемы даже обещанного пока не покрывают запросы этих стран: по подсчетам агентства Рейтер, Египет просит 12 млрд долларов, а Тунис - 25 миллиардов.

"Деньги Египту и Тунису на "Восьмерке", конечно, пообещают, и более того, наверное, дадут - но вряд ли это будут суммы, которые кардинально изменят ситуацию в этих странах", - предполагает Федор Лукьянов.

К тому же у "Восьмерки" не очень хороший послужной список в части выполнения финансовых обещаний. Бедным странам Африки, например, еще шесть лет назад обещали 25 млрд долларов. Благотворительные организации утверждают, что на деле пока не дали и половины.

Египет и Тунис, успешно свергнувшие правивших десятки лет авторитарных президентов - не самые проблемные страны в арабском мире сейчас. "А вот что делать с остальными элементами "арабской весны" - Сирией, Ливией? Позиции столь разнообразны, что, я думаю, ни к чему не придут, кроме общих призывов к сдержанности и уважению общих прав", - говорит Лукьянов.

Пять стран "Восьмерки" участвует в операции в Ливии, большинство в "группе восьми" выступают за жесткие санкции против Сирии, где в ходе подавления властями протестов погибли уже сотни человек. Россия же критикует участников операции в Ливии за то, что они, по мнению Москвы, расширительно толкуют резолюцию Совбеза ООН, а также выступает против ужесточения санкций против своей союзницы Сирии.

Российский президент Дмитрий Медведев "на полях" саммита в Довиле собирается провести пять двусторонних встреч с коллегами, и ни от одной из них эксперты не советуют ждать прорывов.

На встрече с президентом США Бараком Обамой Медведев собирается обсудить вопросы противоракетной обороны, присоединения России к ВТО, а также взаимное облегчение визового режима.

Директор Фонда изучения США имени Франклина Д. Рузвельта МГУ Юрий Рогулёв многого от этой встречи не ждет.

"Как правило, такие встречи более важны для выработки каких-то принципов, подходов, которые потом еще нужно реализовать. Вряд ли у лидеров будет возможность найти какие-то конкретные договоренности - как показывает опыт, для этого слишком мало времени", - напоминает Рогулёв о "формате" подобных двусторонних встреч.

"Формат" же общих заседаний "Восьмерки" и вовсе таков, что делает саммит "не местом для дискуссий". Три десятка мировых проблем лидеры "группы восьми" обсудят за обедом, ужином и за завтраком на следующий день. На каждую из тем, как всегда в последние годы, в среднем придется едва ли больше времени, чем понадобилось терпеливому читателю bbcrussian.com, чтобы добраться до конца этого текста.

Просто всерьез эти проблемы эксперты и чиновники обсуждают в другое время и в других местах.

Россия-США: доверие или раздражение?

Правообладатель иллюстрации BBC World Service
Image caption На саммите в Довиле Медведев и Обама, вероятно, встретятся менее радушно, чем раньше

"Перезагрузка" российско-американских отношений, которую Барак Обама сервировал как свое фирменное блюдо, в целом, удалась – насколько могло удасться нечто, исходно ограниченное по целям.

Подписание договора СНВ-3, не очень важного в практическом смысле, удачно вернуло в российско-американский дипломатический диалог престижную для России тему разоружения.

Сыграл свою роль и не раз критиковавшийся республиканцами и странами Центральной Европы подход Обамы к постсоветскому пространству – отстраненный и признающий де-факто привилегированные интересы России на этом пространстве.

Не стоит забывать и поддержку администрацией США все еще официально декларируемого российского желания вступить в ВТО.

Москва ответила Вашингтону согласием на ужесточение санкций ООН против Ирана, предоставлением контрактов двум американским мегакоропорациям – Boeing и Exxon Mobil, а также, как казалось в прошлом году, большей гибкостью в обсуждении проблем противоракетной обороны в Европе и склонностью усилить сотрудничество с НАТО.

Апофеозом стало решение Кремля воздержаться при голосовании по резолюции ООН, открывшей дорогу военной акции против Ливии, которую Соединенные Штаты активно поддерживали.

Однако в последние недели эта положительная атмосфера стала разряжаться. Медеведев и другие представители российской власти стали намного резче высказываться о ПРО, подвергают все более жесткой критике ливийскую операцию.

На своей пресс-конференции в Сколково президент Медведев даже позволил себе иронический впад в адрес Обамы, фактически подвергнув сомнению ликвидацию Усамы бин Ладена. В общем, период относительных мира и согласия в отношениях России и Америки, и, в целом, России и Запада, кажется, проходит.

У американского руководства нет времени и желания уделять России столько времени, сколько ее предшественники уделяли СССР. В Вашингтоне на Россию смотрят как на среднего уровня региональную державу с большими социально-экономическими проблемами, которая никак не хочет признавать новые реалии. То есть важность российской проблематки никто не отрицает, но сравните ее с темой Афганистана или американо-китайских отношений – и сразу почувствуете разницу.

Россия, в свою очередь, не хочет согласиться с повесткой дня, выдвигаемой США, однако при этом не может предложить ей внятной альтернативы. Кроме того, антиамериканизм – ходовой товар на российском внутриполитическом рынке, и он будет вновь востребован в период выборов.

Отсюда и медведевские колкости по поводу уничтожения бин Ладена. Поскольку внешняя политика России практически полностью подчинена внутренней и формируется весьма ограниченным кругом лиц, штормов в российско-американских отношениях в ближайшее время не избежать.

Если не считать таких "вечных" тем, как Иран или КНДР, повестка дня двусторонних отношений России и Соединенных Штатов намного короче, чем даже, скажем, список главных тем в отношениях России и ФРГ, не говоря уж о ЕС.

Несмотря на некоторые позитивные сдвиги и титанические усилия Американо-российского совета по предпринимательству в Вашингтоне, положение дел не меняется: бизнес Америки смотрит на просторы Российской Федерации со значительно большим скепсисом, чем бизнес Европы.

Про безвизовый режим с США разговор толком и не начинался. Культурные и студенческие обмены России с ЕС и США не сравнимы по объемам. Даже животрепещущая тема гей-парада в Москве не находит в Америке такого отклика, как в европейских институтах.

Нет сомнений, что Обама встретится в Довиле со значительно более неуступчивым и скептически настроенным Медведевым. Российский президент раздражен тем, что ситуация в Ливии не меняется, что поправка Джексона-Вэника не отменяется и что по противоракетной обороне ни США, ни НАТО не готовы уступить и дать России либо контроль над принятием решений, либо отдельную зону ответственности, включающую часть постсоветского пространства.

Обама тоже, вероятно, недоволен тем, что российские специалисты запустили бушерский реактор; тем, что Москва, фактически, встала на сторону сирийского режима, и возобновившимся давлением на Грузию. Каждая из этих тем не спровоцирует кризис в отношениях, но вкупе они создают неприятный политический фон.

"Перезагрузка" была построена на нехитрой схеме: "Давайте попробуем решить относительно мелкие проблемы – это создаст доверие для решени крупных".

Проблема в том, что доверие, если и появилось, то пока явно недостаточное.

Лондон-Москва: будет ли перезагрузка?

Правообладатель иллюстрации PA
Image caption В Англии не ожидают никаких прорывов от встречи Дэвида Кэмерона с российским президентом

На саммите Большой восьмерки во французском Довиле президент Дмитрий Медведев проведет пять двусторонних встреч со своими коллегами, среди которых - премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон. Главная тема обсуждения с британским премьером - его предстоящий визит в Россию в сентябре этого года.

По словам помощника российского президента Сергея Приходько, помимо предстоящей поездки, речь на саммите Большой восьмерки будет идти и о развитии торгово-экономических и инвестиционных отношений между двумя странами.

"Несмотря на сохраняющиеся серьезные раздражители, есть движение по двустороннему сотрудничеству", - отметил Приходько.

Однако ни в России, ни в Великобритании никакой "перезагрузки" в отношениях не ожидают.

По объему накопленных инвестиций в экономику России по итогам 2010 года Великобритания заняла пятое место, а двусторонний товарооборот в прошлом году вырос на 25%.

Сентябрьский визит премьер-министра Великобритании станет первым визитом главы британского кабинета в Россию за последние шесть лет.

Страны могут сделать "значительный шаг вперед" в политических вопросах, но вряд ли им удастся окончательно разрешить существующие противоречия, предположил в среду временный поверенный в делах России в Великобритании Александр Стерник.

Британские журналисты, пришедшие на пресс-брифинг в резиденцию российского посла в Лондоне, вспомнили все "существующие противоречия" - от дела Литвиненко и закрытия отделений Британского Совета в нескольких российских городах - до отказа "Роснефти" продолжать переговоры с британской нефтяной компанией BP.

В ходе встречи Стерник признал, что и у России действительно есть неразрешенные вопросы с британской стороной, например, касающиеся облегчения визового режима. Однако, по его словам, это не помешает развитию экономического и политического сотрудничества между двумя странами.

"Даже дело Литвиненко, хоть оно и остается щекотливым моментом в наших отношениях, уже не является решающим фактором, способным повлиять на двустороннее сотрудничество", - заявил дипломат.

В самой Великобритании встреча Кэмерона и Медведева в Довиле и предстоящий визит главы британского кабинета в Россию практически не обсуждаются.

"Россия находится на периферии английских интересов", - считает референт британской Палаты лордов Хелен Самуэли.

"Это не русофобия - к русским очень хорошо здесь относятся, но просто мало кто в Англии считает, что у нас с Россией есть серьезные общие интересы", - подчеркнула она в интервью bbcrussian.com.

Дело еще и в том, считает Самуэли, что образ России, складывающийся у британцев из новостей, получается довольно негативным. Именно так, по словам референта Палаты лордов, формируется репутация страны, с которой надо поддерживать отношения - исключительно потому, что надо, а не потому, что хочется.

"Англичане до сих пор не забыли дело Литвиненко, - продолжает Самуэли. - Смерть юриста британской компании Hermitage Capital Management Сергея Магнитского тоже у всех на слуху, и мы так и не знаем, что именно там произошло. Поэтому общее настроение англичан сводится к вопросу: зачем нам теплые отношения, а тем более облегчение визового режима со страной, где происходят подобные вещи?"

При этом, как отмечает референт Палаты лордов, даже в бизнесе с Россией, который обычно считался сильной стороной британо-российских отношений, существует немало проблем.

"Прошли те времена, когда британским бизнесменам казалось, что Россия - страна, где надо начинать бизнес, который обязательно будет процветать, - считает Самуэли. - Да, там есть нефть и газ, но есть и другие страны с нефтью и газом. Многие бизнесмены обожглись на попытке начать бизнес в России и вернулись обратно".

Исполнительный директор Российско-британской торговой палаты Стивен Диэл, наоборот, считает, что интерес британских бизнесменов к ведению бизнеса в России с годами только увеличивается. В настоящее время, по словам Диэла, в России работает около 600 английских компаний.

"Самое главное для успешного ведения бизнеса в России - найти надежного российского партнера, - сказал в интервью bbcrussian.com исполнительный директор РБТП. - Иностранцы, которые считают, что можно приехать в Россию и быстро там заработать, обычно уезжают ни с чем".

"Конечно, можно фокусироваться на негативных делах, на срыве сделки между BP и "Роснефтью", но в среднем и малом бизнесе есть подвижки. Для иностранцев сейчас в России создан лучший бизнес климат, чем для российских компаний", - уверен Диэл.

Тем не менее, отмечает исполнительный директор РБТП, основными проблемами ведения бизнеса в России остаются бюрократия и коррупция.

Однако, добавляет он, без опоры на торгово-экономические отношения будет сложно развивать политическое сотрудничество.

"Британское правительство ориентируется на бизнес как на один из методов проведения успешной внешней политики, и мне кажется, что это верный подход", - сказал bbcrussian.com Стивен Диэл.

Дэвид Кэмерон уже не раз говорил, что экономическое партнерство со странами БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай) станет для британской внешней политики приоритетным.

Встреча Медведева и Кэмерона в Довиле будет уже третьей по счету. Первая прошла 25 июня 2010 года в Канаде во время саммита Большой восьмерки, вторая — 11 ноября 2010 года в ходе саммита Большой двадцатки в Сеуле.

Новости по теме

Ссылки

Би-би-си не несет ответственности за содержание других сайтов.