Блог Владимира Козловского: Брайтон-Бич после бури

  • 5 ноября 2012

"Живем, как на вулкане!" - пожаловалась мне эмигрантка, похоже, потерявшая во время урагана зубной протез. Дело было в пятницу в русском продовольственнном магазине на Брайтон-Бич, который приходил в себя после "Сэнди".

Я позвонил с утра к себе на Лонг-Айленд и наткнулся на автоответчик. Это значило, что там включили электричество, и я с радостью бежал из обесточенной холодной зоны Манхэттена, благо с острова выпускали без ограничений. Впускали по новым правилам, требуя, чтобы в машине было минимум три человека.

Эта аракчеевская мера принесла немедленные плоды - Манхэттен замечательно разгрузился, так что я покинул его с ветерком. По пустым дорогам от меня до Брайтона где-то полчаса.

Согласно эмигрантской легенде, "русские" когда-то спасли Брайтон-Бич, выдавив из него "чернокожую чернь". Видную роль в этом якобы сыграла русская мафия. На самом деле советские эмигранты никого не выдавливали. Брайтон-Бич был населен пожилыми евреями и приходил в упадок, от которого его спасли благотворительные еврейские организации, взявшиеся расселять там единоплеменников из Советского Союза.

Я еще помню времена, когда русского Брайтона не было, и мы покупали поллитровые банки бледноватой красной икры в еврейских бакалейных лавках Манхэттена. Лавки эти исчезли одновременно с букинистическими магазинами, а Брайтон расцвел, и когда я был там в последний раз за неделю до урагана, сверкал витринами и дорогими иномарками, которые потом утонули.

Затопленные рестораны

За неделю до урагана я отмечал день рождения одного авторитетного приятеля в роскошном ресторане "Татьяна", принадлежащего моей доброй знакомой Татьяне Варзар и стоящего на знаменитом брайтонском бордвоке. Это широченная досчатая набережная, уходящая куда-то на Кони-Айленд с его гигантскими колесами аттрационов. Мне говорили, что эти колеса повалились, но издалека я ничего подобного не заметил. Стоят себе, но не крутятся.

Image caption Большинство магазинов на Брайтон-Бич закрыты

В хорошую погоду на набережной сидят пикейные жилеты, осуждающие Обаму. Рядом играют в шахматы или разъезжают на хайтековских инвалидных креслах, выданных собесом. На сей раз погода была хорошая, но на бордвоке никто не судачил и не разъезжал, хотя - вопреки слухам - ураган не отломал от него ни единой доски.

Опять же вопреки слухам, "Татьяну" и другие рестораны не унесло с набережной в Атлантический океан, но затопило, и сейчас я видел, как рабочие выносят из них на набережную черные мешки с испорченным имуществом.

Океанская волна проникла в город на расстояние нескольких кварталов. Снести каменные дома Брайтон-Бич ей было не по силам, но она выбросила на берег горы песка и затопила машины, подвальные помещения и часть первых этажей. Когда я подъехал туда в пятницу, песок уже почти весь увезли, а из подвалов откачали воду и начали выносить черные пластиковые мешки с пропавшим товаром.

Ни крошки хлеба

Большинство магазинов были закрыты, но часть работала, в том числе обувной и ювелирный, выглядевшие на фоне происходящего несколько несуразно. "Ну кому сейчас нужны наши побрякушки?" - сокрушенно спросила у меня хозяйка ювелирной лавки, стоявшая на тротуаре в фартуке и с метлой.

"Вы не беспокойтесь, тухлятину не продадим! - успокаивала при мне покупательниц продавщица одного из немногих открытых продуктовых магазинов. - Мы тут же рефрижератор подогнали и храним товар в нем".

Изголодавшись на Манхэттенщине, я взял у нее полфунта безбожно дорогого венгерского салями Pik и два треугольничка с маком. Оказалось, что на Брайтоне в тот момент не было ни крошки хлеба. Это как бензоколонка без бензина.

"Минут через 25 подвезут", - заверили меня в другом русском магазине, но я не стал дожидаться и поехал дальше на Эммонс-авеню, тоже уставленную русскими ресторанами с такими именами, как "Баку", New Cats Café или "У Швейка".

Эммонс находится на берегу живописного канала, что его и погубило: два последних ресторана находятся в подвальном этаже, и сейчас в них плескалась вода с плавающим мусором. Попыток ее откачать я на тот момент не обнаружил. Напротив New Cats стоял старый "Лексус", который явно вступил в соприкосновение с девятым валом и его не пережил.

Image caption "Сэнди" выбросила на берег горы песка, затопила машины, подвальные помещения и часть первых этажей

Огромный "Баку" тоже пострадал, но его вовсю приводят в порядок и зазывают во вторник вечером наблюдать за накрытым столом результаты американских выборов.

Дальше сиротливо стоял на берегу большой русский ресторан "ОПМ", возле которого я увидел уже высохшие, но безнадежные машины. У его запертых дверей томились два парня славянского вида. Я спросил у них, не собирается ли подъехать его владелец, известный в русском Нью-Йорке как диск-жокей Джанни Версаче. Я знаком с ним с начала 80-х, когда его батюшка Альберт Юнатанов держал на 31-й улице один из первых на Манхэттене русских ресторанов под названием "Фируз".

"Подъедет, - неуверенно сказали они. - Если бензин найдет".

Очереди за бензином

Так я впервые услышал, что с бензином проблема. Ее масштабы сделались ясны в конце пути, когда я съехал с шоссе в поля и увидел у бензоколонки очередь длиной километра в полтора.

"Вчера чуть до драки не дошло", - поведала мне пожилая фермерша с голливудской прической, торговавшая цветной капустой и поздними помидорами на обочине напротив другой заправки. Эта была сейчас вообще закрыта и обтянута желтыми пластиковыми лентами. Так и стоит до сих пор.

Поскольку машина является в США главным видом общественного транспорта, бензин здесь важнее хлеба. Например, ближайший магазин находится в 12 километрах от нашей прибрежной деревни. Метро и автобусы к нам не ходят. На такси за хлебушком не поедешь.

Уже третий день мы с соседями ездим в магазин по очереди.

Когда я приехал, на моем доме лежало дерево. Я топлю дровами и в обычной ситуации был бы ему даже рад, но врачи запретили мне в ближайшее время орудовать тяжелой бензиновой пилой. Дерево распилил в воскресенье дружелюбный сосед итальянских кровей.

Увидев, наконец, открытую дверь, кошка сиганула вон и партизанит теперь в лесу, из которого я принес ее в середине 90-х.

Ваши комментарии

Новости по теме