Мигранты на хорватской границе: "Мы просто фотографии в газетах"

  • 21 сентября 2015
На границе
Image caption Люди всеми способами пытаются спрятаться от солнца

Томительное, тягучее ожидание. Им пропитано в хорватском Товарнике все. Здесь - перевалочный пункт для беженцев и мигрантов, которые стремятся попасть в Европу.

Нескончаемым потоком они идут сюда из Сербии, граница с которой выглядит очень условно: люди без проблем обходят закрытые пункты пропуска и протоптанной вдоль полей тропинкой попадают в Хорватию.

В Товарнике они обустраиваются прямо на обочинах дороги: где-то поставлены палатки, где-то обходятся тенью деревьев. Вдоль дороги – бесконечная "очередь" из сумок и рюкзаков, новоприбывшие ставят свои пожитки в самом конце. Удивительно, как жизнь целой семьи может уместиться в один-два рюкзака.

У всех тут похожая история: вначале были годы обычной жизни, например, в Сирии, со своими радостями и невзгодами, потом – перелом и полная препятствий и проблем дорога ради того, чтобы вновь жить самой обычной жизнью с радостями и невзгодами.

"Мы – просто статьи или, может быть, фотографии в газетах", - с горечью говорит нам молодой человек с длинными волосами.

Media playback is unsupported on your device

Билли Маркинг родом из Палестины, долгое время он жил в сирийском городе Дара, изучал литературу и рисовал граффити.

Но несколько лет назад сбежал оттуда, чтобы не идти в армию президента Сирии Башара Асада, которого он не поддерживает.

Потом была Турция и вот теперь – попытка попасть в Швецию или Норвегию. Билли показывает нам фотографии своих сирийских граффити.

Говорит, что в Сирию вернуться не может: его разыскивают там и за уклонение от службы в армии, и за граффити.

Билли жалуется, что хорватские власти делают недостаточно для того, чтобы помочь людям: да, беженцев кормят, но они сутками ожидают в Товарнике, пока политики просто приезжают сюда, чтобы пообщаться с журналистами.

"Здесь ничего не происходит… До нас никому нет дела. Ничего не делается, чтобы открыть границы", - говорит Билли. Он ждет своего места в автобусе уже несколько дней, но желающих уехать все еще больше, чем мест в автобусах.

Image caption Вот-вот должен приехать автобус: люди уже выстроились в очередь

У добравшихся до Товарника беженцев впереди – часы, а иногда и сутки ожидания поезда или автобуса, чтобы продолжить путь дальше. Ведь Хорватия – это только маленький кусочек пути, который может состоять из десятка разных стран.

Куда? Чаще всего называют Германию или Швецию, но создается впечатление, что эти люди сами точно не знают, где им предстоит начать новую жизнь.

"Я готов жить в любой стране, которая будет уважительно к нам относиться", - рассказывает еще один сириец, Махмуд.

Он просит не фотографировать его, но готов рассказывать о себе. Махмуд сам из Дамаска, учился в университете, но уехал, не получив диплома. Говорит, что не хотел идти в сирийскую правительственную армию. Спрашиваю, кого он поддерживает в сирийской войне.

"Я никого не поддерживаю, потому что сейчас все воюют ради денег. Люди не имеют значения", - отвечает он.

Время от времени людей вывозят из Товарника на автобусах, изредка – на поездах. Хорватская полиция, которая организует посадку беженцев и мигрантов в автобусы, отказывается говорить, куда их везут.

"Я не знаю", - отрезала женщина-полицейский на мой вопрос. Впрочем, это не такой уж и секрет: людей отвозят к границе с Венгрией или Словенией, откуда они пытаются ехать дальше.

В Товарнике – огромное количество полиции, но она исключительно наблюдает за ситуацией и организует посадку в автобусы.

Утомленные жарой и ожиданием люди иногда пытаются прорываться в автобусы силой и открыто выражают недовольство, когда полицейские без очереди проводят очередную семью с малышами. После многих часов под палящим солнцем хочется просто уехать, и как можно скорее.

На место уехавших беженцев тут же прибывают новые люди, и иногда кажется, что так теперь будет всегда.

Хорошо одетая, ухоженная сирийка Манаш рассказывает, что уже пару дней курсирует со своей семьей от вокзала до автобусной остановки: но уехать не удается.

Image caption Манаш и ее семья ни с чем возвращаются с вокзала: поездов нет

Манаш выделяется из общего потока беженцев и мигрантов. Женщина говорит, что ее семья готова платить, лишь бы только не ждать транспорта на обочине дороги с маленькими детьми.

Они уехали из Дамаска всего несколько дней назад, после того как обстрелы вплотную подобрались к их дому.

Ее семья, как и Махмуд, готова остаться в любой стране ЕС, где им разрешат жить.

"Знаем, что это такое"

Хорваты, живущие на "иммигрантской" улице в Товарнике, кажется, забаррикадировались в своих домах.

Те, кто изредка появляется на улице, наотрез отказываются говорить с журналистами. Одна пожилая пара попыталась выехать из дома, но не смогла из-за полицейского оцепления.

Мужчина и женщина доброжелательно улыбались нам, но наотрез отказались говорить, услышав вопрос о беженцах. "Плохо", - недовольно сказал мужчина, закрывая ворота.

"Они нам не мешают. То, что мы можем, то, что у нас есть, мы даем им. Но это все плохо для них. Сегодня еще ничего, но завтра будет дождь. Что тогда? Куда тогда?" – риторически спрашивает Марко Блашкович, он сам живет в Товарнике и пришел понаблюдать за ситуацией.

Там же мы встретили хорватку, раздающую вещи беженцам и мигрантам. Пенсионерка из Винковаца, Милка Колакович сама была беженкой в 90-е, тогда она уезжала к сестре в Австралию. Теперь со знакомыми приехала в Товарник: "Мы принесли гуманитарную помощь, еду, игрушки".

Почему? Ответ у нее прост: "Мы были в такой же ситуации, и мы знаем, что это такое - ожидание, обещанная жизнь, надежда, помощь на их пути... Хотим, чтобы дорога к желаемой цели была для них легче".

Новости по теме