Адвокат Бута вновь требует повторного процесса

  • 7 июня 2016
Тарасов
Image caption Адвокат Тарасов не теряет надежды

Адвокат Виктора Бута 30-летний Алексей Тарасов обратился в апелляционный суд Второго округа с прошением длиной в 39 страниц, в котором он снова призывает провести повторный процесс россиянина или хотя бы судебное слушание.

На титульном листе прошения указаны разные имена, которыми пользовался в прошлом Бут. Тут и Виктор Булакин, и Виктор Батт, и Вадим Маркович Аминов, и Виктор Бадд, и Виктор Бат, и Борис. Не исключено, что обилие псевдонимов произведет невыгодное впечатление на адресатов, которые могут посчитать, что у честных людей имен, как правило, гораздо меньше.

Уроженец Екатеринбурга (а не Архангельска, как сообщалось раньше) начинает за здравие, а кончает за упокой. В начале своего прошения Тарасов призывает в союзники бывшую федеральную судью Ширу Шендлин, которая председательствовала на трехнедельном процессе Бута и потом приговорила его к 25 годам тюрьмы. Весной она заявила в интервью, что вынесла такой суровый приговор лишь потому, что этого требовал закон.

"Откровение"

Тарасов называет ее слова "откровением", тогда как уполномоченный МИД России по вопросам прав человека Константин Долгов говорил в мае о запоздалом "прозрении" судьи.

Шендлин, однако, никогда не оспаривала виновность Бута, хотя явно была недовольна тем, что ей приходится дать ему такой большой срок.

Правообладатель иллюстрации US Attorneys Office
Image caption Виктор Бут и Эндрю Смулян в Москве. Январь 2008 г.

Ничего необычного здесь нет. Либеральные судьи, к которым относится Шендлин, часто хотят дать осужденным меньше, а консервативные – больше. Но и те, и другие обычно следуют закону, иначе приговор завернет апелляционная инстанция.

Остальную часть прошения Тарасов посвящает оспариванию решения той же Шендлин, которая в прошлом году отказалась назначить новый суд по делу Бута.

Поскольку на данный момент даже у неистощимого на выдумки Тарасова почти не осталось новых аргументов, он продолжает оттачивать старые.

Бут был арестован 8 марта 2008 года таиландской полицией в бангкокском отеле Sofitel в конце встречи с мнимыми эмиссарами левацкой колумбийской группировки ФАРК, с которыми он договорился о поставке крупной партии оружия. Товар включал ПЗРК "Игла", за которые россиянин, собственно, и получил впоследствии 25 лет.

Вместе с Бутом были задержаны его московский знакомый Михаил Белозерский, которого он характеризует как своего охранника, и британский гражданин Эндрю Смулян. К Белозерскому ни у кого претензий не оказалось, и ему позволили беспрепятственно покинуть Таиланд.

Арест, самолет, Нью-Йорк

К Смуляну, который раньше вел от имени Бута переговоры с покупателями оружия, претензии были. Пожилой авиатор, не отходя от кассы, согласился дать показания, и уже через 11 часов после задержания в конференц-зале отеля следователи DEA, американского управления по борьбе с наркотиками, посадили его в самолет, отправлявшийся в Нью-Йорк.

Правообладатель иллюстрации US Attorneys Office
Image caption Михаил Белозерский, задержанный вместе с Бутом

Адвокат Тарасов давно доказывает, что на самом деле Смулян с самого начала был тайным агентом DEA, подосланным к Буту американцами. Если так, то дело рассыплется на глазах, поскольку Бута осудили за преступный сговор, в который, согласно закону, нельзя вступить с тайным осведомителем.

Тарасов многозначительно отмечает, что в Бангкоке Смуляна посадили в салон пассажирского самолета без наручников, а сопровождавшие его в Нью-Йорк сотрудники сидели отдельно.

Кроме того, замечает молодой адвокат, подготовка соглашения о сотрудничестве со следствием обычно занимает много времени, даже когда речь идет о пустячном преступлении. Смулян же согласился сотрудничать незамедлительно, хотя ему грозило 25 лет лишения свободы.

По словам Тарасова, все это однозначно доказывает, что Смулян изначально работал на американцев и поэтому не мог быть партнером Бута по сговору. А других у Бута не было, поскольку "колумбийцы", с которыми он имел дело, все до одного были американскими агентами.

Прокуратура может возразить, что видавший виды седовласый Смулян просто сразу сообразил, что отпираться бесполезно, и, недолго думая, решил облегчить себе участь. Поскольку бежать из летящего самолета некуда, следователи усадили его одного согласно купленному билету, которым Смулян обзавелся загодя, поскольку и так планировал лететь из Таиланда в Нью-Йорк, хотя и в несколько других обстоятельствах.

В прошлом прокуратура также напоминала, что Смулян все же отсидел по этому делу пять лет, поэтому он не мог быть осведомителем. Сейчас Тарасов использует то же обстоятельство, но поворачивает его в другую сторону: по его словам, тот факт, что Бут получил 25 лет, а Смулян – всего пять, лишь подтверждает то, что последний с самого начала работал на DEA и поэтому не мог быть в сговоре с Бутом.

"Швейные принадлежности"

Тарасов снова ссылается на заявление, которое дал под присягой старый партнер Бута болгарин Петр Мирчев. Как показал Смулян, именно Мирчев должен был поставить Буту злополучные "Иглы" болгарского производства. Мирчев же показал после суда над россиянином, что это неправда.

В частности, он отрицал, что Бут звонил ему по поводу ПЗРК в начале 2008 года. Смулян, который навещал тогда Бута в Москве, показал, что такой звонок имел место.

Правообладатель иллюстрации US Attorneys Office
Image caption Конференц-зал бангкокского отеля, в котором был арестован Бут

По словам Тарасова, тот факт, что болгарин этот звонок отрицает, демонстрирует лживость Смуляна и означает, что все его показания не заслуживают доверия.

Прокуратура уже ответила в мае на этот довод, напомнив, что после процесса Бута Мирчев дал интервью Николасу Шмидлу из журнала New Yorker, в котором подтвердил, что россиянин звонил ему в 2008 году и справлялся о наличии ПЗРК.

Мирчев также поведал Шмидлу, что в этом разговоре они с Бутом пользовались кодом: россиянин, например, спросил, нет ли у него "швейных принадлежностей", то есть "Игл".

Сейчас Мирчев называет интервью фабрикацией.

Находчивый Тарасов замечает в своем нынешнем прошении, что он просил Шмидла предоставить ему его аудиозапись, но, по его словам, тот сказал, что не собирается помогать защите Бута. Тарасов надеется получить запись с помощью судебной повестки.

Адвокат ходатайствовал о том, чтобы апелляционный суд провел устные прения между защитой и прокуратурой, и говорит, что надеется на положительный ответ. В любом случае они могут состояться лишь через полгода.

Опытные юристы говорят, что повторные суды в США крайне редки, и не сулят Тарасову успеха. Но неутомимый адвокат не теряет надежды.

Новости по теме