"Танцующие мальчики" Афганистана

  • 8 сентября 2010
Мальчик-плясун
Image caption Мальчики-плясуны часто попадают в сексуальное рабство, но власти Афганистана закрывают на это глаза

На ночном свадебном пиршестве в маленьком афганском кишлаке недалеко от туркменской границы меня ожидало много сюрпризов.

Не было видно ни жениха, ни невесты. Кругом - одни мужчины, пьяные от контрабандной узбекской водки, одуревшие от местного опиума, они развлекали себя как могли.

Неожиданно на середину вышел мальчик лет 15. Одетый в сверкающее женское платье, с фальшивой грудью, он начал танцевать традиционный женский танец. С каждым его движением звенели колокольчики на его щиколотках. Кто-то показал доллар, и танцор взял его в зубы.

Это - мальчик-плясун, или, как его тут называют, бача. Порой после пиршеств полевые командиры, влиятельные и богатые люди уводят детей в укромные места. Для чего? На этот счет ни у кого нет сомнений.

Традиция "бачабазе", или использования мальчиков-плясунов для развлечения мужчин в обществе, где женщинам запрещено танцевать на публике, имеет многовековые корни.

Плясуны - это, как правило, сироты или дети из очень бедных семей. Танцуя на свадьбах и других праздниках, они зарабатывают на хлеб.

Многие влиятельные люди в Афганистане гордятся тем, что у них есть малолетние секс-рабы. На севере Афганистана это даже считается признаком достатка и силы.

Традиция "бачабазе" существовала и в Центральной Азии до установления Советской власти. Она была так распространена, что положила основу особому музыкальному жанру.

Давно забытая на постсоветском пространстве, эта традиция все еще жива в Афганистане. Более того, там они приобретает все более уродливые формы.

История Умида

На ячменном поле в одном из населенных узбеками районов северного Афганистана я встретил такого мальчика-плясуна. Ему 15 лет. Чтобы не раскрывать его настоящего имени, назовем его Умидом.

Пять лет тому назад его отец подорвался на мине, когда работал в поле.

Image caption Умид стал мальчиком-плясуном, чтобы прокормить семью

"Мне было 10 лет, когда умер отец. Мама попрошайничала, но это не помогало, мы все время были голодны, - вспоминает он. - Тогда я начал танцевать на свадьбах. Обычно мне дают плов или 2-3 доллара за танцы".

Иногда дело не ограничивается одними танцами. Когда я спросил его, что же происходит на самом деле, Умид долго не решался открыть мне правду.

"Они спят со мной, иногда их бывает несколько", - шепотом признался он в итоге. Умид никогда не жаловался на своих обидчиков.

"Это очень богатые и сильные люди. У них много друзей, и полиция не в силах наказать их", - объясняет мальчик.

Он вместе с матерью и двумя маленькими братьями живет в однокомнатном глинобитном домике в далеком кишлаке. Все, что у них есть - это старый коврик и несколько ободранных матрасов. На ужин - немного риса и лук, даже растительного масла в доме не осталось.

Мать Умида знает, что её сын ходит на свадьбы танцевать, но говорит, что у них нет другого выбора. Её больше пугает то, что вся семья может остаться голодной.

Позорная традиция

Местные власти отрицают, что традиция "бачабазе" процветает в Афганистане, но шила в мешке не утаишь.

"Наши чиновники стесняются говорит об этом, хотя эта практика распространена по всей стране", - говорит депутат афганского парламента Абдулхабир Учкун.

По его мнению, остановить эту практику могли бы влиятельные религиозные деятели.

Однако мулла мавзолея Али в Мазари-Шарифе перекладывает вину на власти и во всем винит беззаконие.

"Все это происходит потому, что ответственные организации не могут защитить детей", - считает мулла Мухаммад Касим.

Потенциальных мальчиков-плясунов отбирают прямо на улицах. Многие дети готовы взяться за любую работу ради куска хлеба.

Как утверждает глава независимой комиссии по правам человека в Кабуле Муса Махмуди, никто не изучал, сколько детей сейчас используется в качестве секс-рабов.

"Уличные дети, за которыми некому присмотреть, очень уязвимы в этом отношении", - объясняет он.

Все, с кем я встречался во время моего расследования в Афганистане, знали о старой традиции "бачабазе". Ни для кого в стране это не тайна.

Ничего зазорного?

В последнюю ночь перед моим отъездом мы пошли на свадьбу в старом Кабуле. Она ничем не отличалась от пиршеств в отдаленных селах Афганистана: кругом сидело несколько десятков хмельных от опиума мужчин, которых развлекал юноша-плясун.

40-летний Заби (имя, разумеется, не настоящее) похвастался мне, что имеет трех мальчиков-плясунов, которые в любое время готовы танцевать для него и его друзей.

Заби не видит в этой традиции ничего плохого. Когда я прямо спросил его, доходит ли дело до секса, Заби долго думал и сказал: " Я их иногда обнимаю или целую – это все".

Когда мы покидали вечеринку, было уже 2 часа утра, а юноша все еще танцевал для мужчин и раздавал им опиум.

Заби - не самый богатый или влиятельный человек, но если даже у него есть три мальчика-плясуна, то что же говорить о более состоятельных и могущественных людях, а их в Афганистане немало.

Афганское правительство не в силах остановить их, Запад не оказывает на власти достаточного давления. А без этого на почве нынешнего беззакония, войны и нищеты традиция "бачабазе" может только все больше распространяться по Афганистану.

Новости по теме