“Трепать можно кота, но великую державу трепать нельзя”

Никита Хрущев в Париже 17 мая 1960 года Правообладатель иллюстрации Getty Images/Hulton Archive
Image caption Никита Хрущев в Париже 17 мая 1960 года

В эти дни, когда в центре внимания мировых СМИ находится встреча Дональда Трампа и Владимира Путина на саммите "Большой двадцатки" в Гамбурге, любопытно вспомнить другой саммит на высоком уровне, который должен был состояться 17 мая 1960 года. Президент США Дуайт Эйзенхауэр и Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев собирались тогда встретиться в надежде улучшить отношения между Востоком и Западом.

Саммит провалился в самый последний момент, когда Эйзенхауэр отказался извиниться перед СССР за то, что американский самолет пролетел со шпионской миссией над территорией Советского Союза.

1 мая над Свердловском советская ракета сбила самолет U-2, а его пилот Гэри Пауэрс был задержан. Советские власти во всеуслышание объявили об этом инциденте, однако сначала американцы не признавались в том, что Пауэрс занимался шпионажем, и утверждали, что самолет был гражданский и просто заблудился.

В конце концов, Эйзенхауэру пришлось признаться, что полет был осуществлен с его разрешения: американцы опасались повторения Перл-Харбора. О деле Пауэрса рассказывает фильм Стивена Спилберга "Шпионский мост" 2015 года.

Обозреватель Русской службы Би-би-си Анатолий Гольдберг присутствовал на пресс-конференции Хрущева в Париже, на которой тот заявил, что ответственность за срыв саммита лежит на США.

Советский руководитель обвинил американцев в попытке уклониться от признания в шпионаже. В репортаже , который сохранился в архивах Русской службы Би-би-си, звучат реплики Никиты Сергеевича в ответ на сильный гул неодобрения из зала, где собралось более тысячи журналистов.