Сделай сам!

  • 7 января 2010

Это еще князь Мышкин у Достоевского заметил, что за границей на улице зимой теплей, чем в России, а вот в домах русскому человеку с непривычки – смерть.

И не только русскому человеку. Еще лет десять назад, в первые дни нового года британцы, склонные к историям о рождественских ужасах, узнавали из газет, сколько стариков и старушек умерли от паталогического переохлаждения организма в морозные дни Рождества (если это были морозные дни).

Никто не мог объяснить, почему эти жертвы морозов не желали потратить последнюю копейку на дрова или газ вместо того, чтобы замерзать, как папанинцы, на льдине. Но кампания по спасению замерзающих людей пожилого возраста увенчалась успехом: в наши дни каждый пенсионер получает ежегодно несколько сот фунтов премиальных – на дополнительный согрев. Куда идут эти деньги, никто не спрашивает: тут каждый согревается по-своему.

Отсутствие центрального отопления поражает не только российских туристов, с привычкой к палящим батареям в многоквартирных километровых жилых блоках; разнообразию обогревательных аппаратов на британских островах удивляются даже европейцы. В некоторых домах еще остались счетчики для газовых каминов – туда надо было бросать десятипенсовые монеты, что спасало многих от попыток самоубийства путем отравления газом: в критический момент кончались монеты и газ отключался.

Как не перестают удвиляться иностранцы и загадочным штепселям, где вместо вилки – трезубец штырей, столь же удивительный для визитеров, что и отдельные, без смесителя, краны для горячей и холодной воды. (Англичане вам объяснят, что тройная вилка – для дополнительного заземления электроприбора, а двойные краны – для гигиены: горячая вода не такая кошерная, в смысле очищенности, как из труб с холодной водой.) Так или иначе, иностранец в Англии, как и англичанин за границей, возит с собой специальные переходники для штепселей.

Я всего этого не знал, когда прибыл впервые в Лондон из Парижа в середине семидесятых годов в морозные предрождественские дни. В те годы еще и розетки в каждом доме были разные, и поэтому электрообгерватели продавались без штепселей: ты должен был выбирать штепсель, подходящий для своей розетки, со своими амперами, и чтобы все это соединить, надо было все это учитывать и быть мастером английской игры под названием "сделай сам" с отверткой в руках – без отвертки, в суровые рождествесткие морозы (когда все магазины были закрыты) можно было умереть в сердце самой передовой цивилизации в мире.

Дело в том, что цивилизация эта – страшно древняя (самое старое метро в мире – лондонское – было построенно в шестидесятые годы девятнадцатого столетия), а поскольку здесь ничто не разрушается, а скорее перестраивается, то это и приводит к удивительной эклектике: дверь в дверь с офисом из стекла и электроники соседствует какое-нибудь заведение, где жарят-парят бекон с яичницей на керогазе, а провода к высочайшего класса компьютеру спокойно перегрызает полевая мышь из подвала.

В этой эклектике (не только в технике, но и в моде) есть уникальное обаяние. Недаром любимый и детьми, и взрослыми, герой научно-фантастических историй Doctor Who ("Доктор Кто"), Властелин Времен в возрасте девятисот с лишним лет - это молодой человек, всегда одетый по моде предыдущих поколений. Он постоянно спасает человечество от космических злодеев - антиподов его самого, - и роботов.

С каждый циклом (телесерией) он перерождается и меняет облик. В семидесятые годы он ходил с длинным шарфом и в вязаной кофте эксцентрика-профессора поколения шестидесятых, недавно – в кожаной куртке пятдесятых, а вот последний Доктор одевался в стиле отщепенцев mods семидесятых годов – пальто до пола и пародийные полосатые пиджаки с галстуком. Под Новый год закончился еще один цикл перевоплощения Доктора – как он будет одет на этот раз, мы пока не знаем, но он никогда не расстанется со своей магической палочкой-выручалочкой: на самом деле, это заурядная автоматическая отвертка ("сделай сам!"), открывающая все двери Вселенной.

А путешествует он в космической кабине под названием Tardis (что подразумевает замедленность движения), но в действительности это – старая полицейская будка (такие еще можно увидеть в музейных частях Лондона), похожая на старую телефонную кабинку, однако внутри – это сверхчудесный космический корабль.

Эта непредсказуемое сочетание стилей превращает жизнь в сплошное приключение – не всегда безопасное, но зато предохраняет от тоталитарных тенденций: при таком анархизме трудно объединять людей в один коллектив. Отсутствие централизации и единой логики в конфронтации со стихиями проявляется и в борьбе со снежными завалами, в халатности местных властей: чего, мол, стараться и тратить деньги на снегоочистители, когда снег в конечном счете все равно через пару дней растает? Так что приходится самому посыпать свой угол улицы солью с песком.

Тем временем, центральное отопление за последние годы все-таки утвердилось – более ли менее в каждом доме.То есть, в каждом доме (квартире) появились батареи в каждой комнате. Но у каждого дома (квартиры) при этом свой бойлер – газовая колонка. Она тоже ломается. Сгорает. Протекает. Взрывается. Особенно под Рождество или Новый год. А космический Доктор не всегда на Земле по праздничным дням, чтобы починить этот аппарат своей магической отверткой. Сделай сам!