Россия и НАТО: ветер перемен или сквозняк прошлого?

  • 22 ноября 2010
В Лиссабоне готовятся к саммиту НАТО
Image caption Оправдает ли надежды поездка президента России в Лиссабон на саммит НАТО?

Началось ли реальное сближение между Россией и НАТО или же речь идет об очередном форуме в стиле "поговорили и разошлись"?

Вспоминаются предыдущие поездки российских лидеров на встречи в верхах с руководством стран-членов НАТО: в 1997, 2002 и 2008 годах.

Но, пожалуй, никогда эти встречи не вызывали столь больших ожиданий и, одновременно, столько скепсиса.

Поездка Медведева в Лиссабон вызывает столько интереса, потому что многими воспринимается в более широком контексте ситуации в России и вокруг нее.

Смена стиля?

Все больше наблюдателей сходится во мнении: российское руководство начинает менять стиль и содержание отношений с Западом в сторону смягчения противоречий и подчеркивания общих интересов и подходов.

Эту тенденцию связывают с несколькими факторами и, прежде всего, с воздействием экономического кризиса, зримо показавшего серьезную зависимость страны от мировых, прежде всего западных, рынков.

Image caption Генсек НАТО добивался в Москве поставок оружия для афганской армии

К другим факторам относят состояние вооруженных сил России, проходящих болезненную фазу преобразований с неясным исходом; положение ВПК, продающего оружия на восемь миллиардов долларов в год, но неспособного пока обеспечить собственную армию; и, наконец, неофициальную переоценку отношений с Китаем.

Рост амбиций Пекина в военно-политической сфере, включая укрепление самой большой по численности армии в мире, и вытесенение России из Центральной Азии, где у нее всегда были серьезные интересы тоже беспокоит Москву.

Наконец, перспектива возможного ухода НАТО из Афганистана вызывает в Кремле крайне серьезные опасения.

Возвращение к власти талибов и распространение волны мусульманского экстремизма на ослабленную коррупцией и авторитаризмом Центральную Азию – малоприятный сценарий даже для далеких географически Европы и США.

Для России же, с ее интересами в сфере нефти и газа, прозрачными границами и тесными связями с Таджикистаном, Узбекистаном и Киргизией такое развитие событий будет означать крайне непростой геополитический вызов.

Споры вокруг ПРО

Совет Россия-НАТО (или НАТО-Россия, как его называют в Брюсселе) в португальской столице должен послужить зримым доказательством намерений российского руководства найти точки не только соприкосновения, но и сотрудничества с альянсом.

Главной элементом встречи должна стать некая декларация намерений Москвы и Брюсселя строить совместную систему противоракетной обороны.

Как рассказал мне высокопоставленный западный дипломат, постоянный представитель России при НАТО Дмитрий Рогозин работает над согласованием позиций с послами стран НАТО в Брюсселе, особенно с американским представителем Айво Даалдером.

"Мы пока расходимся в оценке угроз, которые должна предотвращать новая система ПРО, - сказал мне чиновник. - Мы надеемся, что удастся создать именно совместный документ".

Российский представитель, имеющий отношение к переговорам, подтвердил в конфиденциальной беседе: "Как минимум, генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен сделает заявление о намерении создавать общую систему ПРО. Но, возможно, получится и совместная декларация, которую подпишет Медведев".

По словам дипломатов, вопросы у Кремля и Смоленской площади вызывают параметры системы ПРО. "Кто будет принимать окончательное решение и нажимать на кнопку пуска противоракет? – рассуждал один из моих собеседников. – Кроме того, мы, в отличие от Вашингтона и его союзников, не считаем Иран настолько серьезной угрозой, чтобы создавать ради нее сеть ПРО".

По словам тех, с кем мне удалось пообщаться, идея совместной противоракетной обороны в глазах российских участников процесса, связана, скорее, с желанием членов НАТО собрать воедино технологические возможности для развития собственных ВПК.

В этом же, по словам моих контактов, может заключаться преимущество для России. "Невозможно серьезно представить себе нашу военную промышленность развивающейся отдельно от мировых технологических лидеров, – заметил один дипломат. - Если это будет действительно общий проект, то наш военно-технологический сектор может ощутимо выиграть от него".

Имитация интереса?

Впрочем, некоторые эксперты считают, что Россия лишь имитирует интерес к проекту системы ПРО.

Павел Баев из норвежского Института исследования проблем мира утверждает: "Создание умозрительной ПРО НАТО - способ восстановить единство альянса, расколотого по многим другим вопросам. России не с руки выступать против этого, но ее готовность участвовать в проекте основывается на его оценке как сугубо нереализуемого – по причине элементарного отсутствия денег. Зато неизбежные проволочки с конструированием общей ПРО затормозят работы по развертыванию стратегической ПРО США. А этот проект имеет самостоятельную логику развития и остается для России источником острого беспокойства".

Сотрудничество в Афганистане станет другой важной темой саммита в Лиссабоне. Во время недавнего визита в Москву, Андерс Фог Расмуcсен добивался согласия России поставить вооружения для афганской армии, причем безвозмездно, полагает российский политолог Андрей Загорский.

”Без этого реальные партнерские отношения выстроить сложно, - говорит он. - Вы всегда партнеры ровно настолько, насколько велик ваш вклад в общее дело”. На прошлой неделе Москва отправила в Афганистан крупную партию стрелкового оружия и боеприпасов к нему. Но решение по вопросу о выделении вертолетов пока не приняла, утверждает Загорский.

Пока и НАТО, и Россия всячески стараются демонстрировать конструктивный подход и взаимопонимание. "Хотя бы и небольших сдвигов в афганском вопросе и при обсуждении ПРО достаточно для демонстрации пусть скромного, но все-таки продвижения вперед. Не с пустыми же руками разъезжаться по домам?”, - считает политолог.

"Союз с союзом"

Большинство экспертов в Москве и столицах стран альянса склонно демонстрировать схожий осторожный оптимизм и верят скорее в стратегию ”малых дел”, чем в драматические жесты.

Однако, в конечном счете, определенное количество небольших, но совместных достижений, может заставить посмотреть на ситуацию иначе. Тогда вопрос о более формальном ”союзе с союзом” – России с НАТО – вполне способен попасть в повестку дня очередного саммита.

Но тогда куда более существенные темы, скорее всего, окажутся в фокусе внимания. В том числе и та, о которой сегодня и в Москве, и в Брюсселе говорят неохотно – может ли устойчивый союз основываться только на интересах, без учета объединяющих ценностей?

В конце концов, НАТО сегодня не только провозглашает себя ”альянсом демократий”, но, в отличие от времен ”холодной войны”, таковым и является.

Российские политики в последние годы раздражались, когда им об этом напоминали. Многие из них видят в слишком активном развитии отношений с НАТО угрозу политической системе, сложившейся в стране.

Изменится ли ситуация в ближайшие годы? Это будет зависеть как от решений, которые примут - или не примут - в Лиссабоне, так и от событий в России, которая уже в который раз за последние четверть века стоит перед выбором политического курса.