Интердом: приют для детей коммунистов

  • 6 июня 2013
Media playback is unsupported on your device

Интернациональный детский дом в Иванове, или Интердом - уникальное место, куда коммунисты со всего мира отдавали своих детей, пока занимались политической борьбой. Были тут и дети политзаключенных, убитых, арестованных или как-то пострадавших от властей революционеров.

Как и Советский Союз, Интердом прожил 70 лет. Сейчас на его месте обычный интернат для детей-сирот, хотя по-прежнему уникальный – самый большой в России.

Несмотря на это, выпускники продолжают отсчет времени и в этом году отмечают 80-летний юбилей образования своего детского дома.

Они просят российские власти вернуть заведению статус международного и предлагают привозить в Иваново детей, пострадавших, к примеру, от войн на Ближнем Востоке или стихийных бедствий.

Русская дочь Востока

С одной из выпускниц Интердома мы встречаемся в кафе. Принимать журналистов дома она отказывается наотрез.

Image caption Даулия Саади, выпускница Интердома

"В детстве информацию о нас засекречивали, мы жили на своей собственной маленькой планете и так привыкли", - позже объяснят ее друзья по Интердому.

Подвижная, доброжелательная старушка 83 лет, зовут ее Даулия Саади. Родом она из Палестины, но ничто не выдает в ней женщину Востока. И по-русски Даулия говорит без акцента.

Это и неудивительно – в Интердом она попала 9-летним ребенком, да так и осталась в России навсегда.

Отец Даулии в 1930 году был назначен секретарем коммунистической партии Сирии, Ливана и Палестины. Партия на тот момент была запрещена – Палестина находилась под мандатом Великобритании, а коммунисты боролись за ее независимость.

Мать была активисткой Коминтерна и в 1931 году с годовалой дочкой на руках оказалась в тюрьме. Через пару лет девочку все же выпустили, она скиталась по родственникам, а когда матери удалось бежать в Советский Союз, прожила здесь вместе с ней еще несколько лет.

Image caption Интердом стал приютом для детей коммунистов со всего мира

Однако в 1939 партия позвала родителей обратно – продвигать коммунизм в Ливане, и им ничего не оставалось, как оставить дочь в интернате.

"Было обидно тогда, - на глаза Даулии наворачиваются слезы, она делает паузу. – Я потом, когда я встретилась с мамой, спрашивала ее: "Мама, как ты могла?". А она отвечала: "Даулия, а что я могла сделать? Я боялась".

"У них все существование было ненормальное, - продолжает моя собеседница. - Родителей арестовывали, дети оказывались на улице - ведь были случаи когда, например, наши китайские дети ходили просить подаяние".

Родители были так увлечены революционной борьбой, рассказывает Даулия, что были согласны оставить ребенка в другой стране. Часто им меняли имена, информация о них в детдомовских формулярах была засекречена.

Дети отвечали пониманием – они пели в детском доме коммунистические песни и искренне верили, что мамы и папы делают мир лучше.

"Порывы были благородные, а во что это вылилось, это уже не вина наших родителей...", - сокрушается Даулия.

Image caption У каждой национальнйо группы Интердома был свой учитель по родному языку, им преподавали историю и культуру своих стран

Швейцарский след

Официально историю Интернационального детского дома им.Стасовой в подмосковном Иванове отсчитывают с 1933 года. Но началась она гораздо раньше.

В 1926 году в Советский Союз приехала швейцарская революционерка Ментона Мозер – дочь владельца знаменитой часовой марки "Мозер". Ее так вдохновил Совесткий Союз, что она решила пожертвовать все свое милионное наследство на создание интерната для детей революционеров.

А помогал ей в этом другой швейцарец – Фриц Платтен. Известен он тем, что в 1917 году активно готовил возвращение русских эмигрантов из Швейцарии в Россию, был в их числе и Владимир Ленин. Платтен сопровождал его поезд , когда тот ехал делать революцию в Россию.

Поначау интернациональный детский дом организовали в селе Васькино под Подольском. Все оборудование для дома Мозер закупила в Швейцарии, первых трех работниц интерната нашла в Берлине.

Позже, в 1933 году, для интерната построили отдельное здание в Иваново. За это ратовала тогдашняя глава МОПР СССР (Международной организации помощи борцам революции) Елена Стасова, чье имя и носит сейчас детский дом. Уникальную стройку вели на свои средства ткачи города Иваново.

Интердети

Первыми воспитанниками Интердома стали дети антифашистов из Болгарии и Германии. Затем Греция, Австрия, Италия. Детей везли отовсюду: из Испании во время гражданской войны, из Китая и Ирана во время развития революционных движений, из Чили и Греции в период хунты или во время гражданских войн из стран Африки.

Image caption Воспитанники Интердома занимались спортом, в том числе, конным, учились шитью и токарному делу

Привозили детей и из блокадного Ленинграда и из Чернобыля. По воспитанникам Интердома можно составить карту исторических потрясений. За 80 лет через него прошло 5 тысяч детей из 85 стран мира.

Были среди них - и дети высокопоставленных коммунистов. К примеру, сын будущего китайского лидера Мао Цзэдуна - Мао Аньин, в детдоме его знали как Сергея Юн Фу.

Вернувшись на родину, он не нашел общего языка со своим отцом. По рассказам интердомовцев, сын обвинил Великого Мао в создании культа личности, тот отправил его батрачить у какого-то зажиточного китайца. Вместо этого сын ушел добровольцем на Корейскую войну и там погиб.

Для детей Интердома не существовало железного занавеса – они получали информацию из своих стран, им преподавали родной язык, историю и культуру. Даже для редких языков специально искали преподавателей. Этим детям разрешалось выезжать за границу – в гости к родителям.

Оказавшись на встрече выпускников Интердома, испытываешь культурный шок – когда вдруг рядом темнокожая африканка поминает Господа на чистейшем русском. А потом выясняется, что и фамилия у нее – Потапова.

Оказывается, это кенийка Беатрис Отиго, которую отправили в Интердом по совету Анастаса Микояна. Отец Беатрис был видным политическим деятелем Кении, шло время национально-освободительной борьбы внутри страны, и личный друг отца, Микоян, рассказал ему о школе, куда можно отправить детей, и "папа не пожалеет".

Рядом с Беатрис – ее школьная подруга Мархамат Бафаи-Поленова из Ирана. Ее родители привезли в Иваново изучать фарси – Интердом был единственным местом в Советском Союзе, где его преподавали.

Обе подруги вышли замуж за русских. Как и другие выпускники, они считают национальную толерантность главным достижением Интердома.

Image caption Выпускники Интердома на берегу реки Талка - своем излюбленном месте отдыха

"Мне Интердом дал космополитизм, - говорит Беатрис Отиго-Потапова. - Категорически не приемлю любую форму национализма, черные ли, белые ли, мне все равно. Плюс честность - нужно говорить все как есть, и любить людей за то, какие они есть".

"Мы оба африканцы, но между нашими странами была война, - вторят девушкам два друга: Таванэй Аялны из Эфиопии и Варсами Аиди из Сомали. – Но нам было все равно, мы – братья. Это главное, чему научил нас Интердом".

Здесь, в Иванове, сбылась мечта коммунистов. Десятки людей всех цветов кожи говорят на одном языке – в данном случае, русском – и называют друг друга братьями. Интернационал в действии.

Битва с генералами

В начале нулевых вокруг Интердома разгорелся скандал. Администрация Ивановской области при поддержке Минобороны решила перепрофилировать детский дом в суворовское училище.

За интернат вступилось Российское общество Красного Креста, под чьей юрисдикцией он находится, попечительский совет, который возглавляет экс-чемпион мира по шахматам Анатолий Карпов, к президенту обращались известные люди - такие как Жорес Алферов, Евгений Примаков, Василий Лановой, Аркадий Вольский.

Image caption Выпускники Интердома, встреча в Иванове, июнь 2013

Наконец, письма президенту писали дети, а позже, отчаявшись, прямо в интернате устроили голодовку. Отстояли. Детскому дому сохранили профиль, уже, правда, не международный. Теперь здесь воспитываются, в основном, дети из России и СНГ, из горячих точек межнациональных конфликтов и зон стихийных бедствий.

Теперь Ассоциация выпускников Интердома просит российские власти вернуть ему статус международного. Сюда, говорят они, можно было бы привозить детей из конфликтных зон, вроде Ливии или Сирии, после землетрясений, цунами или других стихийных бедствий.

"Образовалась бы еще одна конгломерация детей разных народов, которые говорят на русском языке, которые между собой общаются, - объясняет глава ассоциации выпускников Вангелис Ксиротирис. - Потому что какими бы они ни были критиками нынешнего положения в России, они остаются друзьями этой страны. В нас видят проводников русской культуры, русской истории за рубежом".

Идею эту уже поддержали в Россотрудничестве. Заместитель руководителя Россотрудничества Георгий Мурадов заявил, что международный детский дом в Иванове и его воспитанники могли бы стать той самой "мягкой силой" во внешней политике России, которой ей так не хватает. Официального решения правительства по этому поводу пока нет.

Новости по теме