Сталинский террор: полузабытое прошлое или злоба дня?

  • 30 октября 2014
  • kомментарии
Соловецкий камень на Лубянской площади в Москве Правообладатель иллюстрации AFP

30 октября в России отмечают День памяти жертва политических репрессий. По данным социологов, две трети россиян согласны с утверждением, что в СССР проводились необоснованные массовые репрессии, при этом 56% уверены, что жертвой мог оказаться кто угодно.

Таковы данные последнего опроса фонда "Общественное мнение".

16% придерживаются противоположного мнения (видимо, находят репрессии либо обоснованными, либо недостаточно массовыми).

40% винят Сталина, 42% его окружение, 23% НКВД, 9% весь народ, 15% трудное время (опрос допускал выбор больше одного варианта ответа).

И самый тревожный результат: 48% участников опроса считают повторение террора возможным, в том числе 14% весьма вероятным.

Media playback is unsupported on your device

Отношение общества

"Интерес к теме сталинских преступлений пережил пик в эпоху горбачевской перестройки и упал в 1990-х годах, когда многие стали воспринимать разговоры о прошлом как попытку отвлечь внимание от сегодняшних трудностей. Затем, по моим наблюдениям, он вновь вырос примерно в 2006-2007 годах, и сейчас остается на неизменном уровне", - заявил Русской службе Би-би-си историк Александр Даниэль.

"Эта тема находится на периферии массового сознания. Я бы сказал, что мы с ней не справились: люди узнали тысячи фактов, но глубокого понимания, откуда произошел террор, нет", - считает председатель правления общества "Мемориал" Арсений Рогинский.

Некоторые наблюдатели проводят параллель между отношением к Сталину сейчас и при Брежневе, когда основным посылом было - не будем о грустном! Разница лишь в том, указывают аналитики, что при наличии интернета и свободного книгопечатания закрыть дискуссию в обществе невозможно, но государство участвовать в ней не желает.

"Официальная идеология порождает раздвоенность сознания, - полагает Александр Даниэль. - Политика государства противоречива: с одной стороны, в 2013 году принимается федеральная целевая программа по увековечиванию памяти жертв репрессий, с другой стороны, в пособии для школьных учителей истории Сталина называют эффективным менеджером без упоминания того, что его методы были чудовищными".

"Выстроена концепция: мы всегда были великой страной, а будем еще более великой, при этом величие всецело отождествляется с мощью государства. В ее рамках террор выглядит досадным случайным искривлением. Власть готова время от времени символически возлагать цветы на могилы жертв, но глубоко анализировать причины и вообще концентрировать внимание на данной теме ей невыгодно. Иначе разговор неизбежно зайдет о том, что государство у нас сакрально по-прежнему", - утверждает Арсений Рогинский.

"Память без смысла не животворяща. Без понимания причин бесправия правового государства не построишь", - добавляет активист.

Вместе с тем Рогинский напоминает, что по сравнению с эпохой Брежнева многое все-таки изменилось в лучшую сторону: "Тогда за обсуждение и сбор материалов по этой теме люди сами становились жертвами".

Что думает Путин?

Удивительно, но об отношении Владимира Путина к Сталину и его эпохе обществу мало что известно.

На память приходят только посещение им в 2007 году Бутовского расстрельного полигона, да ремарка на недавней встрече с членами президентского Совета по правам человека, что в Москве до сих пор нет достойного монумента жертвам репрессий. Причем Путин заявил это в ответ на высказывания членов Совета и просто констатировал факт, а не обещал, что памятник появится.

"Мне кажется, он вообще об этом много не думает", - считает Александр Даниэль.

Большинство политологов давно считают Владимира Путина прагматиком, мало интересующимся абстрактными ценностями.

По их мнению, история для него - инструмент патриотического воспитания и укрепления единства, значит, от ее темных страниц и острых тем, разделяющих общество, желательно держаться подальше. Вероятно, в душе российский президент относится к подобным вещам в духе его замечания по поводу "дела Сноудена": "Визга много, а шерсти мало".

"Взгляд Путина на Сталина представляется мне двойственным, - говорит Арсений Рогинский. - С одной стороны, Сталин "принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой", с другой стороны, вопиющие жестокости и несправедливости - это, конечно, никуда не годится".

Проблемы "Мемориала"

В начале октября стало известно о проблемах в отношениях с властями, возникших у крупнейшей и старейшей российской общественной организации, занимающейся увековечиванием памяти жертв сталинского террора - "Мемориала".

Министерство юстиции добивается ее ликвидации, обвиняя в нарушениях законодательства об НКО. Суд по иску намечен на 13 ноября.

"Если бы мы не занимались актуальной правозащитной деятельностью, а ограничивались историческими изысканиями, трудности все равно бы возникли", - уверен Арсений Рогинский.

"Во-первых, мы независимы, а государство стремится все и вся взять под контроль большей или меньшей степени жесткости. Во-вторых, в вопросе о репрессиях между нами есть принципиальное расхождение. Мы видим главное зло не в Сталине, и даже не в коммунистическом режиме, а в идее сакрального государства, чьи интересы выше свободы, прав и даже жизни людей, которая шире, старше и долговечнее коммунизма".

"Думаю, что эти трудности мы все-таки преодолеем", - заявил он.

"Вспышка недоброжелательного интереса к организации, к которой на протяжении многих лет претензий не было, сама по себе показательна. Но не думаю, что это особое недовольство именно "Мемориалом". Проблемы возникают у всех независимых институтов гражданского общества", - указывает Александр Даниэль.

Историк также надеется на благополучный исход, называя претензии структурными и чисто формальными.

"Кроме того, они относятся исключительно к общероссийскому "Мемориалу", а на деятельность десятков региональных организаций никак не влияют", - говорит он.

Факты о терроре

По данным созданной в правление Никиты Хрущева "комиссии Поспелова", в 1921-1953 годах в СССР подверглись репрессиям 25-26 миллионов человек.

Примерно 17 миллионов прошли через ГУЛАГ (каждый десятый из них умер в заключении), семь миллионов были раскулачены и депортированы.

В 1989 году КГБ СССР обнародовал официальные данные о количестве казненных за тот же период по политическим мотивам: 799 455 человек, из них 681 692 человек в 1937-1938 годах.

Цифра не включает около 153 тысяч человек, расстрелянных во время Великой Отечественной войны по приговорам военных трибуналов. Еще 115 тысяч человек умерли, находясь под следствием, если называть вещи своими именами - под пытками.

Историки и юристы продолжают дискутировать о том, скольких из этих людей надо считать невинными жертвами.

Среди казненных и отправленных в ГУЛАГ были коллаборационисты и дезертиры, а также прибалтийские и западноукраинские повстанцы, которые боролись за идею, но прибегали при этом к вооруженному насилию.

По информации комиссии Поспелова, по "контрреволюционным" статьям отбывали наказание в общей сложности порядка 3,8 миллиона человек.

Согласно данным за 1940 год, "враги народа" и уголовники составляли менее половины населения ГУЛАГа, а 57% пришлись на осужденных за мелкие хищения, нарушения трудовой дисциплины, выпуск бракованной продукции и другие подобные "преступления".

По закону от 7 августа 1932 года, известному как "закон о трех колосках", только по декабрь 1933 года были репрессированы 125 тысяч человек, из них 5400 расстреляны.

Многие исследователи полагают, что эти люди не являлись жертвами политических репрессий в узком значении данного термина, но были жертвами системы, практиковавшей бесчеловечные методы управления государством и экономикой.

По данным "Мемориала", в России сегодня живут около 800 тысяч пострадавших от террора, в основном детей, оставшихся тогда без родителей.

История памятной даты

30 октября 1974 года находившийся в заключении диссидент Кронид Любарский организовал голодовку узников мордовских и пермских лагерей.

Друг и соратник Андрея Сахарова Сергей Ковалев рассказал об этом иностранным журналистам в Москве. Через несколько месяцев организация пресс-конференции стала одним из пунктов обвинения против самого Ковалева.

С тех пор 30 октября стало Днем советских политзаключенных, отмечавшимся голодовками, зажиганием свечей и другими акциями протеста, а с 1987 года - демонстрациями в Москве, Ленинграде, Львове, Тбилиси и других городах.

30 октября 1989 года около трех тысяч человек со свечами в руках встали в "живую цепь" вокруг здания КГБ на Лубянке, затем направились на Пушкинскую площадь, чтобы провести митинг, но были разогнаны ОМОНом.

18 октября 1991 года Верховный Совет РСФСР принял постановление № 1763/1-I "О Дне памяти жертв политических репрессий".

С 2007 года существует традиция отмечать его в Москве мероприятием "Возвращение имен": в течение нескольких часов активисты зачитывают у Соловецкого камня фамилии погибших.

Новости по теме