Кто теперь главный торговый партнер России?

  • 1 февраля 2016
Алексей Улюкаев Правообладатель иллюстрации RIA Novosti
Image caption По словам главы минэкономразвития Алексея Улюкаева, никакого "поворота на Восток" и не было, но проводилось "исправление дисбалансов" в торговле

Министр экономического развития России Алексей Улюкаев высказался против тезиса о том, что российская экономика переориентируется на Восток. По словам министра, это неверное утверждение, и речь идет лишь об "исправлении дисбалансов" в торговле.

"Исторический выбор в пользу развития экономических связей с Европой как первоочередного партнера очевиден", - заявил Улюкаев и напомнил, что экономика Евросоюза по-прежнему крупнейшая в мире.

Тем не менее, тезис о переориентировании экономики России на торговые отношения с Китаем и другими странами Азии стал крайне популярным с начала украинского кризиса, причем высказывались такие намерения на самом высоком уровне, включая российского лидера Владимира Путина.

В абсолютных цифрах крупнейшим торговым партнером России является Европейский союз. Хотя доля ЕС в страновой структуре внешней торговли России из года в год падает, она по-прежнему составляет лишь немногим меньше 50%. В свежей статистике федеральной таможенной службы за период с января по ноябрь 2015 года доля ЕС опустилась до 45,2%, в 2014 году она превышала 48%, в 2013 году составляла 49,4%.

Второе место сейчас уверенно занимает Китай с 12%. При этом доля отдельных членов Евросоюза меньше, чем у Китая - в прошлом году самым крупным европейским партнером России оказалась Германия с 8,7%, далее идет Голландия с 8,4%.

Министр Улюкаев выразил сдержанный оптимизм относительно возобновления межправительственных контактов со странами ЕС, отметив, что его очень печалит драматический спад в торговле между Россией и ЕС за последние два года.

"Это прискорбное обстоятельство, но при этом мы видим, что есть серьезный приток иностранных инвестиций", - заключил Алексей Улюкаев, выступая на встрече с представителями Ассоциации европейского бизнеса.

Почему российский министр критически высказался о "переориентации на Восток" и кого следует считать главным торговым партнером России? С этими вопросами Русская служба Би-би-си обратилась к экономическим экспертам.

Игорь Николаев, директор Института стратегического анализа компании ФБК

По-видимому, просто настало время признать очевидное: что ни коем образом так быстро перестроиться на Восток не получается и не получилось. К тому же по разным причинам Китай замедляется достаточно сильно.

Тут и по крупным-то проектам возникают проблемы - насколько они вообще могут быть реализованы. А что такое замедление Китая? Это значит, что тех китайских денег, на которые рассчитывали, их не будет.

Рынок Китая тоже, как оказалось, не настолько открыт для российских товаров.

В общем, поэтому это такое признание очевидного. Что касается поворота на Восток, о котором заявлялось, которого так хотелось, быстро не получится. Если вообще получится в перспективе.

И это желание на самом деле сохранить какие-то связи с Европой. Но что значит какие-то? Они самые объемные были и остаются на самом деле - несмотря на все повороты на Восток.

Так что это не только признание очевидного, но это и желание, чтобы у нас сохранялось сотрудничество с европейскими странами.

Алексей Портанский, профессор факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ

Я считаю, что это серьезная корректировка. Заявления о переориентации на Восток – торгово-экономической переориентации – они были довольно серьезными. Эксперты в то время говорили, что такие заявления не являются достаточно обоснованными. Не хочется говорить легкомысленные, но они не имеют должного основания под собой.

Европейский союз - наш давний торгово-экономический партнер. Первый партнер по объему. У нас очень развитые торговые связи. И переориентация на таком уровне сотрудничества сама по себе, с экономической точки зрения, бессмысленна.

То есть просто таким вот усилием воли взять и переориентировать целую страну в торговле на другое направление, на другого партнера - это с самого начала не представлялось серьезным. Тем более, если сравнивать структуру торговли между Китаем и Россией, с одной стороны, и Европейским союзом и Россией, с другой, по такому очень чувствительному для России параметру как машинно-технический экспорт.

Так вот на европейском направлении доля машинно-технического экспорта была даже больше, чем в Китай. Несмотря на то, что Европа, Европейский союз – игрок более высокого уровня индустриального развития, чем Китай. Но, тем не менее, у нас доля машинно-технического экспорта в Европу была выше, чем в Китай.

Можно приводить много других доводов. Я удовлетворен тем, что Улюкаев сделал такое заявление - это говорит о том, что мы все-таки в дальнейшем будем придерживаться развития сотрудничества со своим главным торговым партнером, коим остается Европейский союз.

Улюкаев выражал оптимизм и по поводу торговли с Китаем. Но известно, что предыдущие намеченные показатели торговли с Китаем не были выполнены. Хотели в прошлом году достичь 100 млрд - не достигли. 30% не хватило. Сейчас кризис, а в России - структурный кризис, поэтому здесь можно выражать только осторожный оптимизм.

И увеличение европейских инвестиций будет связано с преодолением структурного кризиса в экономике России.

Новости по теме