Почему в России родственников не пускают к больным в реанимацию

  • 17 марта 2016
Правообладатель иллюстрации Ria Novosti
Image caption Врачи объясняют запрет на посещение детей в реанимации опасностью инфекций

Минздраву России пришлось в очередной раз напоминать о том, что закон обязывает врачей пускать родственников к больным в лечебные учреждения, в том числе в реанимацию.

Пресс-секретарь ведомства Олег Салагай напомнил, что соответствующее письмо министерство разослало регионам в прошлом году.

"Если есть нарушения, нужно обращаться в страховую компанию, которой Вам выдан полис, органы управления здравоохранением региона, органы контроля", - написал пресс-секретарь в "Фейсбуке".

Так он отреагировал на петицию, которая требует от Минздрава опубликовать не "письмо с просьбой", а указ, не допускающий вольных трактовок. К настоящему времени петиция с требованием обязать больницы не препятствовать посещению близких в реанимации собрала более 200 тысяч подписей.

В петиции отмечается, что пациентам, особенно больным детям, важна психологическая поддержка, которой они лишаются из-за правил медучреждений. В самых популярных комментариях к петиции описываются случаи, в которых больные дети были лишены общения с родителями.

Статья 51 закона 323 гласит, что один из родителей или законный представитель имеет право находиться с ребенком "при оказании ему медицинской помощи в стационарных условиях в течение всего периода лечения".

Пациенты и сотрудники благотворительных организаций, помогающих детям, говорят, что в России действительно сложно попасть в реанимацию к ребенку, не говоря уж о взрослых. При этом в регионах ситуация гораздо хуже, чем в Москве.

Обычно врачи объясняют запрет тем, что родители могут занести инфекцию или заразиться сами, в некоторых случаях мешают лечению и отвлекают медицинский персонал.

Психологов, которые могли бы работать с родителями и детьми, не хватает. Пациенты же часто ссылаются на западный опыт, где родственникам не запрещают посещать пациентов - за исключением случаев, когда больному оказывают экстренную помощь.

Русская служба Би-би-си обратилась к экспертам и попросила их прокомментировать, как на местах реализуется закон, обязывающий пускать родителей к детям в реанимацию.

Нюта Федермессер, президент фонда помощи хосписам "Вера"

Везде, где не допускают родителей - происходит нарушение федерального законодательства. В законе о здоровье граждан прописано право ребенка находиться с родителями в больнице.

Все внутренние распорядки - фикция и воля главных врачей на местах. Санитарные нормы часто нарушаются сотрудниками больше, чем родителями, так как сотрудники, например, выходят на улицу курить в той же обуви, в которой работают, а родители послушно приносят сменку.

В отделениях больниц страшна именно внутрибольничная инфекция, которую переносят грязные тряпки для уборки, отсутствие культуры по правильному мытью рук, халаты, в которых медперсонал переходит из палаты в палату, и одноразовые перчатки, которые перестают быть одноразовыми после того, как медсестра перешла в тех же перчатках к следующему пациенту.

Многие медсестры говорят, что они надевают перчатки для того чтобы защитить себя от гепатита, а не для того, чтобы защитить пациента.

Родители - самые заинтересованные в качественном уходе люди. И они первая помощь персоналу в случае, когда дети плачут, когда настало время обеда, мытья или смены белья. Родители должны неукоснительно соблюдать лишь одно правило - покидать реанимационную палату по первому требованию персонала в случае проведения реанимационных мероприятий или серьезных манипуляций, требующих участия двух и более медиков.

Неадекватное поведение родителей, на которое часто ссылаются заведующие реанимационными отделениями, когда не пускают маму к ребенку, является результатом разлуки с детьми.

Александр Рабухин, врач-анестезиолог с опытом работы в США

В США нет такой профессии как реаниматолог. Тяжелых больных лечит профильный врач. Если это хирургический пациент - то в хирургии, если терапевтический - то в терапии, и так далее. То есть отдельной специальности "реаниматология" там нет, есть только блоки интенсивной терапии - ICU [Intensive Care Unit - ред.] так называемые.

В определенное время, пожалуйста, можно [посещать]. Заходят родственники, заказывают пиццу дружно, смотрят телевизор, съедают пиццу, машут ручкой аппаратному больному и уходят. Такой проблемы [запрета на посещения] нет, потому что там к этому вообще проще относятся, и доктора без белых халатов ходят. Больной человек, это тоже человек, и родственники люди, поэтому людское отношение.

В России больной человек - это человек, потерявший вообще все права. С того времени, как ты попал в больницу, нянечка решает все.

Что касается антисанитарии, честно говоря, я ни разу не видел, чтобы там бомжи какие-то приходили навещать.

И это касается не только реанимации, вы попробуйте просто в больницу пройти. На любой оборонный объект попасть гораздо проще. У нас же 50% работоспособного населения в охране работает, по-моему. Что-то же им надо охранять.

Вот если я, врач, по делам прихожу в какую-то другую больницу, если на меня не заказан пропуск, я не могу пройти. А для того, чтобы заказать пропуск, нужно попасть внутрь, ну и так далее, круг замкнулся. В гастроном хорошо хоть пускают без пропуска еще, а вы говорите реанимация.

Новости по теме