Хоккеист Буре: Тихонов мог работать в любой команде мира

  • 24 ноября 2014
Павел Буре и Виктор Тихонов Правообладатель иллюстрации RIA Novosti
Image caption В августе прошлого года Павел Буре посетил церемонию прощания с сыном Виктора Тихонова, тренером ЦСКА Василием Тихоновым

Один из лучших хоккеистов в российской истории Павел Буре заявил в интервью Русской службе Би-би-си, что смерть легендарного тренера Виктора Тихонова стала большой личной потерей для него.

Тихонов, которому в июне исполнилось 84 года, скончался в ночь на 24 ноября в Москве после продолжительной болезни.

В 1990 году Павел Буре стал чемпионом мира в составе сборной СССР, которой руководил Тихонов. Именно трехкратный олимпийский чемпион взял 16-летнего Буре в основной состав московского ЦСКА и, как рассказал Буре, передал ему 10-й номер в сборной СССР.

С экс-форвардом сборных СССР и России, серебряным призером Олимпиады-1998 в Нагано Павлом Буре беседовал корреспондент Русской службы Би-би-си Рафаэль Сааков.

Би-би-си: Вы начинали тренироваться в хоккейной школе ЦСКА, откуда Тихонов пригласил вас в основную команду. Помните, как познакомились?

Павел Буре: В школу ЦСКА я пришел в 6 лет. Мне повезло, потому что я мог иногда смотреть, как тренируется команда мастеров, которую возглавлял Виктор Васильевич. В один из дней, когда мне было лет 14, он пришел смотреть именно мою игру. Сейчас только вспомнил, что забил тогда четыре гола. Мне передали, что Тихонов остался очень доволен и сказал, что если так буду играть, скоро возьмут в основную команду. На той игре мы так и не пообщались, но буквально через два года, в 16 лет, он взял меня в команду мастеров.

Би-би-си: Многие бывшие подопечные Тихонова-тренера рассказывают о его жесткости. Каким было отношение Тихонова к вам, еще начинающему, юному хоккеисту?

П.Б.: Ко мне он всегда очень хорошо относился. Дал мне шанс в 16 лет, хотя ЦСКА тогда был практически сборной СССР. И в сборную взял, когда мне было всего 18. Конечно, когда я стал постарше, он уже намного больше спрашивал с меня, чем когда мне было 16-18. Да, он был достаточно строгим тренером, требовал следовать дисциплине от всех, но я считаю, что это правильно. Без дисциплины и строгости невозможно добиться успеха.

Би-би-си: В чем были основные сложности тренерских требований Виктора Тихонова?

П.Б.: У нас на предсезонных сборах было по пять тренировок в день, нагрузки были сумасшедшие. Он был и хорошим тактиком, и стратегом. У нас считалось: кто пережил "предсезонку" в ЦСКА, у того считался год за два. Многие приходили из других клубов и не выдерживали [нагрузок]. Порой приходилось очень сложно.

"ЦСКА Тихонова был одной семьей"

Би-би-си: Насколько часто Тихонов общался с хоккеистами индивидуально?

П.Б.: У нас перед каждой игрой были собрания, на которых он рассказывал, как нам действовать, против кого и по какой тактике. Если мы проигрывали, тоже были очень серьезные разговоры. Индивидуальные беседы были в основном у тех, кто нарушал режим. Я в то время еще не нарушал режим и не попадался, поэтому у меня таких бесед не было. Мы [в ЦСКА] тогда жили 11 месяцев в году на сборах, это была фактически одна семья. Мы проводили больше времени друг с другом, чем с семьей. Нас очень редко отпускали домой, мы жили вместе, играли, тренировались, всегда были вместе и много общались.

Би-би-си: Вячеслав Фетисов рассказывал, что Тихонов делал всё возможное, чтобы не отпустить его в НХЛ. Какой была реакция наставника, когда вы решили уехать за океан?

П.Б.: Никто не хочет отпускать хороших игроков, и Виктор Васильевич тоже был не очень доволен тому, что я собрался ехать в НХЛ. Это нормально, это естественно. Но у меня был свой план - я в то время отслужил в армии, отыграл в ЦСКА и хотел уехать в НХЛ, где играют лучшие хоккеисты мира. Он [Тихонов] - объективный человек. Все же понимают, что НХЛ - лучшая лига мира. Как спортсмен, ты хочешь выступать среди сильнейших.

Би-би-си: Если сравнивать Виктора Тихонова с североамериканскими специалистами, под руководством которых вы играли, в чем основная разница?

П.Б.: Каждый тренер по-своему работает. В ЦСКА и сборной СССР была одна ситуация, в НХЛ - другая, сложно сравнивать. Конечно, Виктор Васильевич смог бы работать в НХЛ, если он тренировал сборную СССР, в которой играли лучшие игроки Советского Союза и с которыми он добивался таких высоких результатов. Он смог бы тренировать любую команду мира, если говорить о тактике и стратегии.

Есть хорошие тренеры и не очень. Умный тренер знает сильные качества своих игроков и использует их. Моя задача была забивать голы, что я и делал. Команда - собирательный образ, каждый отвечает за свой участок. Виктор Васильевич знал, как подобрать именно команду.

Би-би-си: Как часто вы общались с Тихоновым после завершения карьеры и когда видели его в последний раз?

П.Б.: Может быть, не так часто, но он пришел ко мне на свадьбу. Для меня это было очень важно. Он также собирался поехать со мной в Ванкувер [в ноябре 2013 года] на церемонию в мою честь, когда клуб "Ванкувер Кэнакс" вывел из обращения номер 10, под которым я играл. Именно Тихонов присвоил мне этот номер в сборной СССР. Я его пригласил в Ванкувер, но в последний момент врачи сказали, что предстоит очень длинный перелет, и, к сожалению, он не смог. Мы виделись с ним, общались и о жизни, и о хоккее. В последний раз встретились как раз на хоккее.

Новости по теме