Пресса Британии: что делать с Грецией после референдума?

  • 6 июля 2015

В обзоре британских газет:

  • Изгнание Греции из еврозоны начнется в ближайшее время?
  • Россия: сила в балансе
  • Пол Маккартни: "Битлз" - это все мы, а не только Джон!

Изгнание Греции из еврозоны начнется в ближайшее время?

Все британские газеты уделяют огромное внимание результату прошедшего в воскресенье греческого референдума, победу в котором одержали противники принятия выставленных кредиторами Афин условий.

"Выход Греции из еврозоны становится теперь основополагающим сценарием в рассуждениях большей части экономистов", - пишет Daily Telegraph. По мнению цитируемых газетой аналитиков консультационной фирмы Teneo Intelligence, вероятность такого исхода составляет теперь 75%.

Результат референдума вызвал немалую озабоченность и в Британии. Премьер-министр Дэвид Кэмерон проводит экстренную встречу с министром финансов Джорджем Осборном и главой Банка Англии Марком Карни для анализа последствий произошедшего для британской экономики.

Канцлер Германии Ангела Меркель тем временем отправится в Париж для срочных переговоров с президентом Франции Франсуа Олландом.

Independent рассказывает о том, насколько иначе воспринимают голосование в самой Греции. Сторонники "нет" думают о бедных и не доверяют Европе. Сторонники "да" думают о Греции и тоже не доверяют Европе.

Многие из голосовавших против считают, что они отдали свой голос не за выход из еврозоны, а всего лишь за продолжение переговоров.

Не менее двусмысленной выглядела и позиция правящей партии "Сириза". Если бы победили "да", то "Сириза" утверждала бы, что победа за нею: люди хотят оставаться в Европе, и поэтому у правительства есть право требовать пересмотра соглашения. При победе сторонников "нет" "Сириза" тоже может говорить о своей победе: люди хотят оставаться в Европе, но требуют пересмотра соглашения.

Все это выглядит очень по-гречески, не без иронии пишет Independent. Очевидно одно: греки на самом деле не хотят выхода из еврозоны, и уж тем более из Евросоюза. В их глазах Брюссель и европейские банкиры выглядят не благородными джентльменами, которые щедро и долго помогали Греции, а жадными ростовщиками, жаждущими отомстить непослушному должнику.

Проблема, однако, состоит в том, что мнение самих греков сегодня уже имеет второстепенное значение. Главный вопрос - что делать кредиторам страны. Если верить раздававшимся накануне референдума заявлениям из европейских столиц, процесс изгнания Греции из еврозоны начнется уже в ближайшее время.

Министр финансов Греции Янис Варуфакис заявил, однако, что против ее желания никто Грецию из еврозоны изгнать не может. Это верно. Никто не может помешать Греции пользоваться евро, точно так же как США не могут помешать небольшим странам Карибского бассейна пользоваться долларом.

Но если греческие банки не смогут брать кредиты у находящегося во Франкфурте Европейского Центробанка, то запас евро в Греции довольно скоро иссякнет. И чтобы продолжать платить зарплату государственным служащим, правительству придется создать альтернативное средство оплаты. Называйте его "долговым обязательством", называйте его "драхмой" - суть от этого не изменится. Греция фактически выйдет из еврозоны.

Россия: в балансе - сила

Недавняя встреча высокопоставленных дипломатов США, Евросоюза и России в Вене вызвала у обозревателей Financial Times Кэтрин Хилл и Нила Бакли почти неизбежную ассоциацию с проходившим в этом же городе ровно 200 лет Венским конгрессом, зафиксировавшим новое состояние мира в Европе после окончания наполеоновских войн. Такую же аналогию провел недавно и близкий к Кремлю российский аналитик Сергей Караганов.

Москва стремится к фундаментальному пересмотру всей европейской "архитектуры" безопасности.

Западные дипломаты и аналитики признают, что Путин не жаждет – в отличие от высказывавшихся в прошлом году опасений – восстановить Российскую или Советскую империю в буквальном смысле.

Однако Москва явно хочет расширить свою зону влияния и установить эксклюзивный контроль по меньшей мере в пределах территории бывшего Советского Союза. Пока не ясно, распространяются ли эти намерения на балтийские республики, входящие теперь в Евросоюз и, что важнее, в НАТО.

Такой контроль даст Москве возможность не допустить формирование входящими в зону ее влияния странами партнерских отношений по своему собственному выбору. В первую очередь это означает вето на вступление в НАТО Украины и Грузии.

Утверждения Путина о необходимости защищать русских, оставшихся за пределами России, – как это было сделано в Крыму – может стать предлогом для давления или противостояния дальнейшему расширению западного влияния по всему периметру российских границ – от Балтики до Центральной Азии.

Тот же Караганов предлагает вместо узкоевропейского подхода создать "форум евразийского сотрудничества, развития и безопасности, который может попытаться выработать новые правила для всего Евразийского континента".

Ему вторит и высокопоставленный представитель российского МИДа: "Если мы хотим обновить европейскую систему безопасности, мы должные ее расширить. Главное, в нее нужно привлечь Китай".

И это не только слова. На этой неделе Путин примет председателя КНР Си Цзиньпина и других лидеров на саммите Шанхайской организации сотрудничества в Уфе. Для Москвы ШОС стала излюбленным механизмом выработки общей с Пекином позиции и расширения своей сферы влияния за пределы своих непосредственных соседей в странах Центральной Азии. Москва стремится включить в ШОС Индию, Пакистан, а в случае отмены санкций ООН, еще и Иран.

И хотя Пекин всячески избегает любых шагов, которые могут вызвать впечатление формирования российского-китайского альянса, аналитики считают, что Китай может оказаться готов к участию в более широких консультациях по безопасности.

Западные лидеры и дипломаты предупреждают, что авантюризм Москвы не заставит их пересматривать систему, в которой, по их мнению, все было в порядке. Они также не готовы вести переговоры через головы небольших стран – такой подход в современном мире совершенно недопустим.

В то же время даже в самих странах бывшего СССР убеждены, что ни о какой европейской безопасности невозможно говорить, пока статус соседей России не закреплен. Бывший замминистра иностранных дел Украины Александр Чалый говорит, что его страна была ключевым элементом европейской безопасности, когда в 1994 добровольно отказалась от оставшегося на ее территории ядерного арсенала СССР. Теперь же она стала "ключевым элементом угрозы этой самой безопасности, потому что Вашингтон, Москва и Брюссель не смогли достичь согласия о ее статусе безопасности".

Чалый признает, что военный нейтралитет, подобный тому, которого по окончании Второй мировой войны придерживалась Австрия, может оказаться лучшим выходом для Украины. Но такой нейтралитет должен гарантироваться системой коллективной безопасности и должен позволять Киеву самому выбирать направление своего политического и экономического развития. Австрия, напоминает он, осталась за пределами НАТО, но вступила в Евросоюз.

Поиск пути из нынешней конфронтации к такому исходу, считает FT, потребует дипломатического мужества, сопоставимого с тем, которое проявили государственные деятели Европы в 1815 году. Чем дольше тлеет украинский конфликт, тем больше опасность распространения его на другие регионы Европы. И тогда более широкомасштабная война окажется не такой уж немыслимой.

Пол Маккартни: "Битлз" - это все мы, а не только Джон!

Британские газеты цитируют самые яркие места из достаточно сенсационного интервью, которое дал Пол Маккартни журналу Esquire.

Оказывается, один из "битлов" по-прежнему даже слишком близко к сердцу принимает различные события, происходившие и во время существования "Битлз", и после его распада. Его раздражает, что вдова Джона Леннона Йоко Оно утверждала, что его роль в группе сводилась к аренде студии. А в результате действий менеджера группы Брайана Эпстайна Джон Леннон оказался не просто соавтором песен, автором которых он не являлся, но в авторской паре указывается на первом месте. "Тогда меня это не волновало, но впоследствии это создало проблемы с такими песнями, как Yesterday".

Сложившийся после убийства Леннона его культ, по мнению Маккартни, также превзошел все разумные пределы. Его превратили в святого, как Джона Кеннеди или Джеймса Дина. "Люди тогда чуть ли не сразу стали считать, что "Битлз" – это только Джон. А мы, остальные, должны как бы исчезнуть. Но подождите, всего-то год назад мы вообще-то были равны!"

Маккартни сожалеет, что многие годы никак не реагировал на это, даже соглашался. И в результате история группы постепенно оказывается переписанной: Джон, только он, он был единственный.

Обзор подготовила Анна Белевская, bbcrussian.com