Психологические приемы, которые помогли победить во Второй мировой войне

  • 13 декабря 2016

Чему научилось британское правительство благодаря книге Гитлера "Моя борьба" (Mein Kampf) и как оно взяло на вооружение концепцию "внутреннего врага"?

Обозреватель BBC Culture делится впечатлениями о новой книге, посвященной британской пропаганде.

Шпионские секреты

Правообладатель иллюстрации British Library Board

Может показаться, будто слово "пропаганда" предполагает некое введение в заблуждение, однако для поддержания боевого духа населения во время Второй мировой войны правительству Великобритании приходилось балансировать между применением целого арсенала психологических приемов и созданием впечатления максимальной правдивости.

"Сразу после окончания Первой мировой войны министерство информации было упразднено, поскольку официальная пропаганда стала слишком тесно ассоциироваться с ложью и неискренностью, - сообщил BBC Culture историк Дэвид Уэлч, автор новой книги "Как убедить народ. Британская пропаганда в период Второй мировой войны (Persuading the People: British Propaganda in World War II). - Во время Второй мировой войны, когда министерство информации было восстановлено, его руководство очень хорошо понимало, что в народе к пропаганде относятся скептически. Было решено, что за исключением тех случаев, когда правда слишком невероятна или вредна, по возможности, следует быть честными".

Лозунги

Правообладатель иллюстрации British Library Board

В 1940 году министром информации был назначен бывший генеральный директор Британской вещательной корпорации (BBC) Джон Рейт. "Он вывел две основополагающих аксиомы для достижения перевеса в военных действиях: новости - это "ударные войска пропаганды", и в области пропаганды следует говорить "правду, ничего, кроме правды и, насколько это возможно, полную правду", - рассказывает Уэлч.

Это не помешало министерству информации взять на вооружение старые испытанные методы манипулирования общественным мнением. В докладе, подготовленном в 1939 году по заказу британского аналитического центра Chatham House, было изложено 86 основных правил применения этих методов, например: "пропаганда должна укладываться в рамки предвзятых впечатлений, например: китайцы считают каждого иностранца коварным человеком, который держит камень за пазухой на случай, если хитрость не сработает".

В своей книге "Как убедить народ", вышедшей в издательстве Британской библиотеки, Уэлч пишет: "интересно отметить, что, [судя по перечисленным правилам], составители этого секретного документа были знакомы с концепцией пропаганды, изложенной в книге Гитлера "Моя борьба". Более того, они, по-видимому, разделяли некоторые из принципов гитлеровской пропаганды. К примеру, в документе говорится, что взывать следует к инстинкту толпы, а не к разуму, и подчеркивается значимость лозунгов и их постоянного повторения".

Ярость против системы

Плакаты, буклеты и фильмы, описанные в книге "Как убедить народ", свидетельствуют о наличии широкого ассортимента подходов, которые использовались министерством информации в течение всей Второй мировой войны. Один из них вышел под названием "Кампания гнева".

"Изначально министерство информации решило, что главным орудием борьбы с врагом в общественном сознании должна стать "правда", - пишет Уэлч. - Однако после горьких и страшных событий, случившихся летом и осенью 1940 года (речь идет о бомбардировках Англии в ответ на ее отказ заключить перемирие с фашистской Германией), в министерстве началась реализация "Кампании гнева", и в британской пропаганде стала более активно подчеркиваться бесчеловечность фашистского режима".

На раннем этапе войны в министерстве наблюдались "нетерпеливость и скрытая неуверенность в общественности, основанная на убежденности в том, что, как писал министр информации лорд Макмиллан, народ "терпелив, многострадален, не спешит гневаться и уж тем более не спешит ненавидеть", и, в частности, рабочий класс плохо понимает, какими могут быть последствия победы фашистов, и, следовательно, нуждается в большой дозе ожесточения".

Цель "Кампании гнева" состояла в том, чтобы шокировать население и пробиться таким образом через отношение, которое в министерстве называли "опасной снисходительностью", с помощью таких, например, строк: "Гунны стоят у дверей. Они будут свирепствовать и сеять разруху. Они будут убивать женщин и детей".

В радиопередаче редакции общего зарубежного вещания Би-би-си английский писатель-драматург Джон Бойнтон Пристли описал "светлое лицо" Германии - музыку, изобразительное искусство, красивые пейзажи, - отметив, что "после прихода фашистов... этого светлого лица не стало, и вместо него мы видим лишь огромное темное лицо: неисполненные обещания и бесконечный обман, самодовольных штурмовиков и страшные кровавые застенки гестапо".

Слухами земля полнится

Правообладатель иллюстрации British Library Board

"Испытание тотальной войной - даже больше, чем великой войной, - предполагало массовое участие гражданского населения в боевых действиях (с возможными потерями), - рассказал Уэлч BBC Culture. - Боевой дух стал признаваться значимым фактором военной мощи, и пропаганда стала необходимым инструментом поддержания обороноспособности страны. Вторая мировая война стала первой в истории подлинно "народной войной" - ничуть не менее важной, чем бои на передовой линии фронта".

Отчасти эта деятельность состояла в том, чтобы предупреждать людей о том, что рядом с ними могут оказаться шпионы. По словам Уэлча, поражение Франции и эвакуация из Дюнкерка "дали повод полагать, что в авангарде германской армии идет "пятая колонна". Кампания министерства информации "Неосторожные слова могут стоить жизни" опиралась на концепцию "внутреннего врага" и призывала людей к сдержанности. "В качестве крайней меры население должно было информировать полицию о не в меру разговорчивых персонажах вроде "мистера Секретика", "мисс Болтушки" и "мистера Прорицателя", - пишет Уэлч.

Символ победы

Правообладатель иллюстрации Getty Images

Одна из самых успешных кампаний, "Символ победы", была организована Би-би-си в июле 1941 года.

"Ее идейным вдохновителем стал Виктор де Лавелэ, бывший министр юстиции Бельгии и руководитель бельгийской секции франкофонного вещания Би-би-си, который призвал своих соотечественников использовать букву V в качестве "объединяющего символа", поскольку с нее начинается французское слово victoire ("победа"), фламандское и нидерландское слово vrijheid ("свобода") и, конечно, английское слово victory, которое тоже означает "победа", в результате чего эта буква стала межнациональным символом солидарности", - поясняет Уэлч.

Радиослушателям, находившимся на территории оккупированной фашистами Европы, предлагалось "демонстрировать свою поддержку союзным войскам, изображая букву V везде, где можно".

Универсальный язык

Правообладатель иллюстрации British Library Board

Обозначение буквы V в азбуке Морзе (точка-точка-точка-тире) совпало с первыми четырьмя нотами Пятой симфонии Бетховена; директор редакции европейского вещания Би-би-си Дуглас Ритчи использовал их в качестве позывных своей программы.

"Радиослушатели начали повторять эти звуки всеми возможными способами в знак поддержки движения сопротивления, - пишет Уэлч. - По всей оккупированной территории Европы люди чертили букву V и выстукивали ее "морзянкой", демонстрируя свою солидарность". Как пишет Уэлч, при том, что эта кампания была адресована захваченным народам, "родилась она в Британии. 19 июля 1941 года Уинстон Черчилль одобрительно отозвался о ней в своей речи и с тех пор стал изображать знак V пальцами".

Смех - лучшее оружие

Правообладатель иллюстрации Getty Images

Во время Первой мировой войны правительство сосредоточилось на изобличении жестокости, "рассказывая о наиболее бесчеловечных поступках врага - особенно о многочисленных нападениях немцев на гражданское население", - поясняет Уэлч. Однако такая тактика возымела обратный эффект. "В период между войнами британцы пришли к выводу о том, что эти истории были выдуманными или преувеличенными".

Поэтому, описав зверства фашистов в рамках "Кампании гнева", британское правительство нашло способы бить врага сатирой: "британская пропаганда в период Второй мировой войны во многом характеризовалась использованием юмора для уничижения врага".

Уэлч приводит в пример комедийные радиопередачи, такие как программа английского актера-комика Томми Хэндли "Опять этот человек!", в который Хэндли выступал в роли министра по усугублению ситуации и напусканию тумана в Канцелярии всеобщего занудства. "Эта передача нашла отклик в сердцах людей, потому что в ней высмеивались помпезность... Ее персонажи надолго запомнились слушателям, которые стали цитировать излюбленные фразы героев в повседневной жизни".

Пасквиль на врага

Правообладатель иллюстрации British Library Board

Уэлч также описывает один прием, который сейчас хорошо прижился бы в социальных сетях: "В 1941 году кинорежиссер Чарльз Ридли выполнил для министерства информации остроумный монтаж документальной кинохроники марширующих нацистов в Нюрнберге (кадры были взяты из фильма Лени Рифеншталь о съезде Национал-социалистической рабочей партии Германии 1934 года "Триумф воли"), наложив на нее популярный танцевальный мотивчик из мюзикла "Я и моя девушка". Получившийся сюжет был показан в киножурнале под названием "Германия зовет".

"Ускоренная перемотка помогала ослабить ощущение угрозы, исходящей от рядов эсэсовцев под руководством нелепого вида Гитлера, и сделать из них комических персонажей в лучших традициях немого кино, - пишет Уэлч. - Низведение устрашающего врага до уровня доступности и смехотворности, как в этой карикатуре на Гитлера и его войска, с психологической точки зрения является средством обретения власти над ним".

Обращение к верующим

Правообладатель иллюстрации British Library Board

"Министерство информации, как и во время Первой мировой войны, часто сравнивало немцев с варварским народом гуннов, чтобы показать, что речь идет о "том же агрессоре", - рассказал Уэлч BBC Culture. - В ход шла и имеющаяся информация о том, как фашисты обращались с неарийцами и разрушали систему образования для достижения своих идеологических целей и в соответствии со своим отношением к религии".

Министерство информации обнародовало сведения о преследовании фашистами немецких священнослужителей, оспаривавших законность нацистского режима, таких как епископ Мюнстерский граф Клеменс Август фон Гален, обличавший в своих проповедях беззакония гестаповцев. Летчики Королевских военно-воздушных сил Великобритании разбрасывали с самолетов по всему рейху листовки с его проповедью, запрещенной в фашистской Германии; ее текст был также воспроизведен в публикации под названием "Гестапо против христианства" (Gestapo v. Christianity).

Этот образ вместе с фотографией из фашистской пропагандистской брошюры "Молодежь вокруг Гитлера" (Jugend Um Hitler) был использован в проспекте "Они хотят разрушить Храм Божий" (They Would Destroy the Church of God). Рядом с душераздирающими иллюстрациями был помещен текст, в котором фашисты обвинялись в язычестве, поклонении фюреру и в извращении методов воспитания детей.

"Акцент делался на то, что фашистская Германия проводит антихристианскую идеологическую обработку общества, - рассказывает Уэлч. - Понятие свободы вероисповедания в британской пропаганде было тесно связано со свободой мысли".

Обращение противника в союзника

Правообладатель иллюстрации British Library Board

В некоторых своих кампаниях министерство информации могло сыграть на существующих стереотипах, но в некоторых случаях требовался иной подход.

"В случае Советского Союза (противника, превратившегося в союзника) стереотипы работали против поставленной задачи, - полагает Уэлч. - Министерство информации решило проблему, стараясь поменьше говорить о советской идеологии и побольше - о "товарищеских узах" и борьбе с общим врагом ("Их борьба - наша борьба")".

После того, как в феврале 1943 года советские войска освободили Сталинград, министерство информации организовало в лондонском концертном зале "Альберт-холл" торжественный вечер с участием британских актеров Лоренса Оливье и Джона Гилгуда. Правительство провозгласило День Советской армии, который отмечался в английских городах праздничными действами и музыкальными выступлениями.

"Иосиф Сталин, который ранее изображался в британской пропаганде лживым и вероломным диктатором, внезапно преобразился в добродушного "дядюшку Джо", - пишет Уэлч. - Восхваляя мужество и боевой дух русского народа и изображая Сталина борцом за свободу своей родины, британские пропагандисты сумели замять все вопросы, связанные с резкой переменой отношения к Советскому Союзу по сравнению с довоенной эпохой".

Прочитатьоригинал этой статьина английском языке можно на сайтеBBC Culture.

Похожие темы

Новости по теме