Леонид Кравчук: в 1991 году начался отсчет новой эпохи

Леонид Кравчук Копірайт зображення UNIAN

26 декабря 1991 года Совет Республик Верховного Совета СССР принял декларацию о прекращении существования СССР в связи с образованием Содружества Независимых Государств. Это был последний день существования советской империи.

Этому решению предшествовало еще несколько исторически важных событий.

25 декабря 1991 года президент СССР Михаил Горбачёв объявил о прекращении своей деятельности на этом посту "по принципиальным соображениям".

8 декабря в резиденции Вискули в Беловежской пуще лидеры России, Украины и Белоруссии подписали соглашение, провозгласившее прекращение сущестования СССР.

Экс-президент Украины Леонид Кравчук, который был одним из авторов Беловежских соглашений, рассказал о том, как подписывали документ, ознаменовавший распад Советского Союза.

С Леонидом Кравчуком общалась корреспондент BBC Дина Ньюман.

ВВС: В тот момент, когда вы ставили свою подпись под документом о прекращении существования Советского Союза, что вы почувствовали?

Леонид Кравчук: Когда я ставил свою подпись, я знал, что огромная страна, обладающая ядерным оружием, первой по величине армией в мире, службами безопасности, с 19-ю миллионами коммунистов - прекращает существовать. Я думал, как сделать так, чтобы страна, которая прекращает существование, не завалила под обломками миллионы людей.

ВВС: Cтало ли подписание Беловежских соглашений неожиданностью для вас? Потому что приходилось слышать, что на встречу приглашали всех с другими целями, не для того, чтобы распустить СССР, а договориться с Борисом Ельциным о льготах на получение нефти и газа.

Л.К.: Я не знаю, откуда у вас такая информация. Я получил приглашение от белорусского лидера Станислава Шушкевича приехать в Белорусь с одной целью. Мы планировали собраться вместе с Борисом Ельциным, белорусскими и украинскими руководителями и обсудить вопрос, что делать с Советским Союзом. Потому что Новоогарёвский процесс, проходивший в Москве, зашел в тупик. И нам нужно было принимать какое-то решение, принять документ о превращении СССР в обновленную федерацию, конфедерацию, как предлагал Михаил Горбачев, или в нечто третье.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Москва, августовский путч 1991 года

ВВС: А почему это было необходимо?

Л.К.: Союз раздирали противоречия, кризисы, конфликты. Мы ехали туда, чтобы обсудить, куда пойдет страна. Были разные предложения: подписать обращение к народам, к примеру. Много было разных предложений. Да, мы не знали, какой именно документ будет принят, его не готовили заранее.

Станислав Шушкевич говорит, что должны были договариваться о нефти и газе. Я ничего не знал об этом.

Господин Бурбулис предложил первый пункт нашего документа: Советский Союз как геополитическая система, как субъект международного права прекращает существовать. После того, как мы проголосовали за это положение, стало понятно, какой документ будет.

ВВС: Вы не были удивлены, что только лидеры трех союзных республик были приглашены на эту встречу, хотя в СССР их было 15?

Л.К.: Мы не были удивлены, потому что эти три республики - фундаторы образованного в 1922 году Советского Союза. Поэтому у нас было достаточно оснований. К этому документу могли присоединиться и другие республики СССР.

ВВС: В Советской Украине вы отвечали за коммунистическую идеологию, потом внезапно стали сторонником независимости. Когда произошел такой поворот в ваших взглядах?

Л.К.: Не было поворота на 180 градусов, потому что я был украинцем, воспитывался в украинской семье, семье верующих. Учился в Москве, в Киеве. Когда я изучал темы Голодомора, репрессий, когда я увидел, что миллионы украинцев погибли от голода, я решил создать украинское государство. Поэтому в Беловежской пуще передо мной не стоял вопрос изменять своим убеждениям.

ВВС: А как вам удалось найти эти материалы о Голодоморе?

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Борис Ельцин и Леонид Кравчук

Л.К.: У меня были все полномочия в политбюро ЦК Компартии Украины изучить все партийные архивы. У меня было поручение изучить все вопросы, связанные с репрессиями, посмотреть фотографии, документы. Не все, но партийные источники я изучил досконально.

Но надо отдать должное Михаилу Горбачеву: перестройка, которую он провозгласил, гласность открыли возможность изучать подобные документы и архивы.

ВВС: Вы были хорошо знакомы с Борисом Ельциным?

Л.К.: Мы встречались, обсуждали многие вопросы. Когда произошло ГКЧП 19 августа 1991 года в Москве, был совершен государственный переворот, мы с Ельциным общались постоянно по телефону, он приезжал в Киев. В составе Советского Союза мы впервые подписали соглашение о сотрудничестве двух республик.

ВВС: А что представляла собой резиденция Вискули в Беловежской пуще, где вы собрались?

Л.К.: Это было место, где собирались руководители социалистических стран, первые секретари ЦК компартий союзных республик, Европы, Варшавского содружества. Это было довольно таки уютное место, где можно было обсудить многие вопросы. Для этого создали необходимую инфраструктуру, помещения, охрану, аэродром.

ВВС: Вы подготовили заранее документы, которые собирались принять?

Л.К.: Нет. Никаких предварительных разговоров, никакой подготовки не было. Когда утром встретились, тогда и начали обсуждение, какой документ нужен.

Ельцин был человеком очень деловым, всегда требовал конкретных решений. Мы обсуждали с ним, какой документ надо принять. Это был политический, деловой разговор, в том числе и о том, каковы могут быть последствия принятия такого документа. Ведь с него начался отсчет новой эпохи. Эпохи развала тоталитарной империи, образования нового содружества государств, демократических государств.

Я думаю, что это событие до сих пор не оценено мировым сообществом надлежащим образом.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Известный балет Чайковского как символ ГКЧП

ВВС: Но Горбачева на это мероприятие вы не пригласили?

Л.К.: Да, мы знали, что встреча пройдет без Горбачёва. На тот момент он формально оставался президентом СССР, но страной, к сожалению, уже не управлял. 19 августа 1991 года Горбачёва отстранили от власти, создав ГКЧП. Потом он вернулся к власти, но она не была такой, как раньше. Мы понимали, что решающую роль начинают играть республики, входящие в Союз.

ВВС: Вы считали, что республики должны переходить на рыночную экономику?

Л.К.: Борис Ельцин подчеркивал, что речь идет о рыночной экономике, о независимых отношениях государств.

ВВС: Сколько времени у вас заняло обсуждение такого важного документа?

Л.К.:Такие решения не принимаются быстро. Документ небольшой, рамочный, там всего две страницы текста. Каждое слово открывало возможности принятия целого ряда других документов, которые бы конкретизировали пункты рамочного соглашения.

ВВС: Когда вы сообщили о своих договоренностях журналистам, наверное, у всех был шок?

Л.К.: Мы закончили работу после трех часов ночи 8 декабря. Шок был не только у журналистов, а во всем мире.

ВВС: На протяжении встречи резиденция охранялась спецподразделениями?

Л.К.: Какие спецподразделения? Была охрана, с которой приехал Ельцин, два-три человека приехали со мной. Спецохраны не было. Все мы знали, что подписываем документ и возвращаемся домой.

ВВС: Говорят, что в ходе обсуждения было выпито немало алгоколя…

Л.К.: Не было алкоголя, когда подписывали документы. После того, как закончилась пресс-конференция, когда мы сообщили Джорджу Бушу и Михаилу Горбачеву о случившемся, мы пошли поужинать. Застолья не было.

ВВС: То есть, вы сразу по телефону позвонили Горбачеву?

Л.К.: Да, мы позвонили Горбачеву в Москву, он не ответил по спецтелефону. Тогда мы позвонили Бушу, с ним говорил Ельцин. Позже Горбачев позвонил сам и говорил с Шушкевичем.

Буш задал два вопроса. Первый: возьмет ли на себя новое государственное образование те обязательства, которое имел Советский Союз. И второе - что будет с ядерным оружием.

ВВС: А что вы решили насчет ядерного оружия?

Л.К.: Три часа разговоров, споров, подписания, пресс-конференция... У меня не было времени глубоко продумать этот вопрос, посоветоваться с Верховной Радой, с учеными, ядерщиками. Тема сложная, я не мог себе экспромтом позволить принимать такие решения.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption День Независимости Украины, 24 августа 2016

ВВС: А как Михаил Горбачев отреагировал на ваш звонок?

Л.К.: Острый был разговор. Горбачев говорил с Шушкевичем, упрекал, мол "что вы наделали", "мир с ног на голову поставили". Шушкевич сказал, что документ подписан, и будет опубликован. В нем черным по белому было написано, что Советский Союз как геополитическая система перестает существовать.

ВВС: А что было решено насчет вооруженных сил СССР?

Л.К.: Там был соответствующий пункт, что вопросы армии будут рассматриваться отдельно, потому что есть стратегические войска, ядерные войска, обычная армия. В деталях мы не обсуждали, это было решено позже.

ВВС: Что вы чувствовали в тот момент, когда подписывали это соглашение?

Л.К.: У меня было ощущение ответственности за все, что должно было происходить после подписания. Надо было проводить его через Верховную Раду, говорить с людьми, предлагать решения. Это не праздник. А большая ответственность за страну.

ВВС: А вы не опасались, что Россия будет доминировать в новом Союзе?

Л.К.: Уже когда в последствии мы обсуждали экономические, таможенные вопросы, мы начали понимать, что Россия хочет стать лидером СНГ.

Но мне удалось выполнить волю украинского народа. Не Кравчук развалил СССР, а украинский народ. На референдуме 1 декабря 1991 года почти 91 процент людей проголосовали за то, чтобы Украина стала независимым государством. Когда я ехал в Беловежье, я вез с собой волю украинского народа.

Я не мог поступить иначе. Другое дело, что моя точка зрения и воля народа совпали.

Новости по теме