Контр-адмирал Тарасов: "Мы были готовы применить оружие"

Коли в Україні відбувалась революція, "Гетьман Сагайдачний" був в Аденській затоці Копірайт зображення Фото ВМС України
Image caption Когда в Киеве был Евромайдан, "Гетман Сагайдачный" находился за тысячи миль от Украины

В феврале 2014 года, когда в Киеве был Майдан, фрегат "Гетман Сагайдачный" находился за тысячи миль от Украины, в Аденском заливе, где принимал участие в международной кампании против пиратов.

Возвращение домой флагмана украинского флота совпало с аннексией Крыма. Руководил походом контр-адмирал Андрей Тарасов, который привел корабль уже не в Севастополь, а в Одессу.

О прорыве "Сагайдачного" в Одессу и готовности противодействовать российскому флоту, об "обезглавленном" штабе ВМС и о вызовах, к которым не готов украинский флот, Андрей Тарасов рассказал в интервью ВВС Украина.

Копірайт зображення unian

ВВС Украина: Расскажите, как "Гетман Сагайдачный" возвращался домой.

Андрей Тарасов: В Аденском заливе фрегат был с сентября 2013 года. Интернет и телефоны позволяли связываться с родными, смотреть новости из Украины. Ход событий шокировал. Все, что происходило на Майдане, воспринималось очень болезненно. Тем более, что эти события совпали с самой сложной частью похода - возвращением домой. Люди были подавлены и устали.

ВВС Украина: Как моряки реагировали на те события, какие были разговоры на корабле?

Копірайт зображення unian
Image caption Контр-адмирал Андрей Тарасов

Андрей Тарасов: Нельзя сказать, что экипаж разделился. Дебаты были. Главная моя задача была, чтобы эти дискуссии не переросли в ссоры и раздор. Мы сохранили позицию, что мы военные, должны выполнять обязанности, которые возложила на нас страна.

ВВС Украина: Когда вы узнали, что фрегат не может возвращаться в Севастополь?

Андрей Тарасов: Мы вышли из Джибути 20 февраля. До последней минуты стояли на якоре, я оттягивал выход, чтобы быть в зоне покрытия и следить за происходящим. Затем вышли в море, где не было связи, и начали двигаться домой.

Каждое утро я докладывал о состоянии дел в Севастополь. Наступил такой момент, когда в штабе Севастополя вообще никого не осталось из руководителей.

Денис Березовский (командующий ВМС Украины. - Ред.) был в госпитале, его заместитель Сергей Елисеев тоже внезапно оказался в госпитале, начальник штаба Дмитрий Шакура также срочно ушел на лечение. Фактически, руководства на флоте не было.

Копірайт зображення unian
Image caption "Гетман Сагайдачный" в Севастополе, 2013 год

ВВС Украина: Руководства флота нет, вы возвращаете домой боевой корабль. Что вы в тот момент чувствовали?

Андрей Тарасов: Было предчувствие войны. Оно уже давно было в Крыму. Но мы этого не осознавали. А тогда я понял, что события необратимы.

Получал данные о блокировании частей. Полной картины не было. Наша главная задача была вернуться домой.

ВВС Украина: Когда и кто принял решение, что вы возвращаетесь в Одессу?

Копірайт зображення unian
Image caption Фрегат "Гетман Сагайдачный" в Одессе

Андрей Тарасов: 28 февраля мы прибыли на остров Крит для пополнения запасов. Связались с Крымом, прочитали в СМИ о блокировании частей, о психологическом давлении, акциях протеста с заезжими казачками и "туристами из России". Я понимал, что ситуация усложняется.

Я докладывал Березовскому. Сказал, что нет смысла идти в Севастополь, надо идти в Одессу. На следующий день принял окончательное решение. Об этом рассказал только командиру корабля.

1 марта отправил Березовскому шифровку для утверждения нашего возвращения в Одессу. Он не ответил. 2 марта, когда Березовский изменил, я полностью оборвал все связи с Севастополем.

Мы понимали, что шифровка могла попасть в руки противника. Переход осуществляли по другому плану. Меня вызвал министр обороны. Ему доложил без деталей об Одессе. Он это решение утвердил и дал мне полную свободу действий.

Копірайт зображення Фото ВМС України
Image caption Посадка вертолета на фрегат "Гетман Сагайдачный"

ВВС Украина: Когда вы сообщили об этом экипажу и как он отреагировал?

Андрей Тарасов: Как только мне стало известно, что россияне блокируют части в Крыму, у меня отпали сомнения, что начинается война. Я собрал экипаж на построении и сказал, что надо прорываться в Севастополь.

О том, что конечный пункт - Одесса, я объявил только тогда, когда мы вышли из зоны покрытия и ни один мобильный телефон не мог связаться с берегом.

Копірайт зображення Фото ВМС України

Сказал, что впереди в Черном и Эгейском морях нас ожидает российский флот, могут быть попытки перехвата, и нужно быть в полной боевой готовности. Сказал, что надо быть готовым к силовому прорыву в Одессу. Экипаж был готов применить оружие.

ВВС Украина: Сколько людей из этого экипажа дезертировали?

Андрей Тарасов: Четыре человека. Впоследствии в 2014 году 30 матросов уволились в запас. Там было влияние родителей, семей, которые оставались в Крыму.

ВВС Украина: Вас пытались убедить сдать "Сагайдачный"?

Андрей Тарасов: 2 марта со мной связался адмирал Юрий Ильин, он был начальником Генштаба ВСУ, его отстранили. Он находился в Севастополе. Говорил, что мы не должны применять оружие против русских, ведь мы братские народы.

Но привести "Сагайдачный" в Севастополь и перейти на сторону русских мне никто не предлагал.

Когда мы были у Крита в Эгейском море, нас встретил корвет ВМС Турции. Сначала, когда увидели, что он нестандартно маневрирует, объявили тревогу и начали готовиться к бою. Затем узнали, что это турецкий корабль. Он нас сопровождал до Босфора.

Впоследствии с нами связался представитель посольства и сказал, что в Босфоре нас ждут украинцы. Мы подняли самый большой флаг Украины, который нашли на борту. На берегу нас приветствовали люди с украинскими, крымско-татарскими флагами. На сердце стало легче, когда мы увидели наших людей. Я не забуду этот момент никогда.

ВВС Украина: Были еще моменты, когда вы ожидали провокации?

Копірайт зображення Фото ВМС Україна

Андрей Тарасов: Я сделал все, чтобы избежать контакта с российским флотом. Мы взяли курс на Одессу и шли с максимальной скоростью. В ночное время проскочили наиболее опасные районы. Нам помогала погода - был туман. С 5 часов утра мы находились на внешнем рейде Одессы.

На украинский берег сошли 6 марта. Нас встречали очень много людей. К сожалению, наших семей не было. Я считал, что очень опасно везти семьи из Крыма в одном автобусе.

Мы были уставшие, но счастливые, что этот сложный поход завершился.

ВВС Украина: Сколько людей из Крыма остались служить во флоте?

Андрей Тарасов: Из 9 тысяч военных ВМС, которые проходили службу в Крыму в начале 2014 года, из Крыма вышли 2,7 тыс человек. Часть уволились в запас и вернулись, а это около 200 человек. Подавляющее большинство - 2,5 тыс - остались служить и служат до сих пор.

ВВС Украина: В каком состоянии украинский флот сейчас?

Андрей Тарасов: Перспективы у нас хорошие. Сейчас мы не держимся на тех кораблях, которые получили во время раздела Черноморского флота СССР, как это было последние 20 лет. У нас есть возможность развивать флот.

ВМС Украины сейчас имеет 13 боевых кораблей. В прошлом году мы получили два новых малых бронированных катера. Надеемся, что в этом году их будет шесть. Еще два десантно-штурмовых катера. В Николаеве разрабатывают проект ракетного катера.

ВВС Украина: Украина в состоянии защитить свое побережья?

Андрей Тарасов: С тем, что мы имеем, мы способны защитить наше побережье. Но оборона наших берегов, нашего моря начинается от берегов противника. Влияние на противника, не обязательно огневое или силовое, должно начинаться с момента выхода с их баз. Сейчас такого влияния мы не имеем.

У нас сейчас есть силы только для того, чтобы отбить открытую агрессию России, высадку российского десанта. Осуществить оборону портов, если начнется полномасштабная война. Но сейчас идет гибридная война. Противодействовать этим вызовам мы не можем.

Надо последовательно восстанавливать флот. Обеспечить наше постоянное присутствие в море. Контролировать районы наших национальных интересов. Не допускать там противоправную деятельность других стран, в том числе России.

Представьте такую ​​цифру - более 60% пшеницы на экспорт идет через море, 80% кукурузы. В общем транзите составляющая морского пути составляет 25%. У нас весь народ связан с морем, мы просто этого не понимаем. И Житомир, и Ровно. Если нам перережут этот путь, мы все это почувствуем.

ВВС Украина: Сейчас украинский флот является фактором сдерживания на морских направлениях?

Андрей Тарасов: ВМС является фактором сдерживания против высадки десанта на наше побережье. Но не является фактором сдерживания в отношении незаконной деятельности в наших экономических зонах. Россияне сейчас свободно плавают в экономических зонах. Они захватили украинские вышки, обстреляли наш самолет и судно.

Копірайт зображення Фото ВМС Україна
Image caption Высадка морской пехоты

Фактор сдерживания на море - это ударное ракетное оружие. Для того, чтобы оно эффективно действовало, должна быть единая система освещения надводной и подводной обстановки. Такую систему сейчас создают на базе существующих - систем наблюдения Госпогранслужбы, ВМС, и Мининфраструктуры. Планируют объединить эти подсистемы, сделать автоматизированную передачу данных. Уже два года работаем над ее созданием.

ВВС Украина: Разве такой системы до сих пор не существовало?

Андрей Тарасов: Электроника у нас была еще с 80-х годов. В течение 20 лет ничего не делали, чтобы развивать флот и систему наблюдения как его составляющую. Поэтому мы ее восстанавливаем. Устанавливаются новые образцы, которые на порядок увеличивают возможности.

Мы планируем использовать новые разработки по радиолокационным станциям. Проводим автоматизацию, которой раньше не было - общались только по телефону. Когда мы автоматизируем передачу данных, оперативность принятия решений значительно возрастет.

Новости по теме