Из окопов в копы - как АТОшнику служится в патрульной полиции

Копірайт зображення Василь Коряк
Image caption Василий Коряк больше года отвоевал в зоне АТО. Сейчас - рядовой полиции

Василий Коряк (позывной "Танцор") был мобилизован в пятую волну, командовал ротой 41-го мотопехотного батальона, больше года воевал под Донецком и на мариупольском направлении.

Бойцы его подразделения шутливо называли себя "эльфийской ротой" (или "2-ой когортой 41-й отдельной конно-пехотной эльфийской центурии"). Так ребята нашли способ писать в Facebook о своих буднях, не выдавая информации о расположении позиций.

После демобилизации старший лейтенант Василий Коряк решил пополнить ряды патрульной полиции.

О разнице в уровне подготовки военных и патрульных, а также об отношениях АТОшников-нарушителей с полицией экс-командир "эльфийской роты" рассказал ВВС Украина.

На войне

Копірайт зображення Василь Коряк

ВВС Украина: Как оказались на войне?

Василий Коряк: Мобилизовали как офицера запаса и попал в львовскую "учебку". Там вроде как восстанавливали мои офицерские знания, но после военной кафедры они были очень условными.

Потом попал в 41-й отдельный мотопехотный батальон, который входил в состав 1-й танковой бригады, но воевал вместе с 72-й белоцерковской бригадой.

Воевал под Старогнатовкой, севернее Гранитного ... Там познакомился со своим подразделением, так как прибыл в качестве командира взвода. А через месяц стал командиром роты, потому что других офицеров не было.

ВВС Украина: В чем была наибольшая сложность?

В.К.: В первых обстрелах. Влияла специфика того участка фронта - мы стояли в 3,5 км от сепаратистов, то есть врага не видели, а лишь подвергались обстрелу его артиллерии. "Сепарская" артиллерия била по нам, наша артиллерия за нами била по ним, а мы стояли в качестве кордона.

ВВС Украина: Ваше подразделение довольно своеобразно описывало свои будни - называя себя "ротой эльфов".

В.К.: Нас направили на усиление под Новотроицкое, ближе к Донецку. Там контакты с противником были более близкими: классическая "серая зона", когда то наши группы туда заходят, то "сепарские". Бои с пехотным вооружением, гранатометы, пулеметы, снайперы ...

Изначально меня обижало, что открываешь интернет и читаешь: бедные солдаты, их уничтожают, а продажная власть запрещает стрелять.

Копірайт зображення Мартін Брест
Image caption Шеврон "эльфийской роты"

Когда попал "на передок", то увидел, что все совсем не так.

Вот читаем, что вчера нас обстреляли, и вспоминаем - был обстрел, но наши так ответили, что несколько дней было спокойно.

Мой друг Мартин Брест, он неофициально был моим заместителем, хорошо пишет тексты. И вот мы стали вести свою небольшую информационную войну в Facebook, чтобы бороться с тотальным "предательством".

Столкнулись с тем, что не можем говорить от первого лица, так как работаем в режиме секретности. Поэтому Мартин начал писать свои рассказы от имени эльфов, но все изложенные ситуации были реальными.

Копірайт зображення Мартін Брест
Image caption Мартин Брест и Василий Коряк

Замполит от нас требовал все убрать, но к тому моменту мы мало чего боялись - полгода на передовой, мы собаке своей дали кличку Выговор.

Но комбат сказал: "Ребята работу делают? Делают. Пускай развлекаются".

Тем более не было ни одного реального имени, позывного или привязки к местности...

Из армии в полицию

Копірайт зображення Василий Коряк
Image caption Василий Коряк с другим ветераном АТО Евгением, который также пошел служить в полицию

ВВС Украина: Почему не остались служить по контракту?

В.К.: "Дембелям" иногда говорят - война же не закончилась, почему вы не остались воевать?

Мы, "дембеля", находимся в оперативном резерве, если потребуется, нас дернут. Какой смысл постоянно держать людей в АТО, если, хоть и с треском, но сил хватает?

Резерв должен быть, так как люди выматываются. После 11 месяцев на передовой здоровье у моих ребят начало подводить - из-за перемерзания, недоедания и постоянного психологического напряжения.

Последние три месяца особенно активно участвовали в боях, заняли высоту, где было очень "жарко". Там на адреналине еще держались, но когда вышли на полигон, то поняли, что все ребята были на грани...

В конце концов, у меня определенные обязательства перед женой и детьми. За год я провел дома 16 дней ...

ВВС Украина: Почему пошли в полицию?

В.К.: Шучу, что уже не могу без формы и оружия.

Замкомбрига 72-й бригады с позывным "79", с которым общался на службе, мне говорил: подписывай контракт с ВСУ, у тебя получается людей беречь - за год не было ни одного погибшего. Эта фраза меня поразила.

Но как-то увидел статистику, что за год у нас на дорогах гибнет больше людей, чем погибло солдат за три года войны.

Так где людей беречь надо?

Я встретился с Евгением Жуковым, начальником патрульной полиции Украины, и сказал, что хочу к ним, потому что мне больно от того, что происходит на дорогах, что происходит с преступностью.

Он меня спросил, хорошо ли я подумал, "потому что это в АТО ты - герой, а тут в первый же день станешь "ментом продажным" и "псом Авакова".

Я ответил, что справлюсь. И на общих основаниях прошел отбор.

Общение с АТОшниками

ВВС Украина: "Учебка" в полиции похожа на армейскую?

В.К.: Нет. Та "учебка", которую американские и канадские консультанты создали сейчас в полиции, должна быть везде.

Летом 2015-го армейская "учебка" была более формальной: главное - построение, чтоб бойцы были выбриты...

Копірайт зображення Василий Коряк
Image caption Во время практических занятий

А в полицейской нас учили очень четко. Было масса теории, изучали законодательство, много смежных предметов - противодействие торговле людьми, медицину.

Было много тактических занятий. Армейская тактика - совершенно другая: в полиции же нельзя ликвидировать угрозу выстрелом из танка, нужно по-другому разбираться.

ВВС Украина: А как складываются отношения с другими ветеранами, которые, например, что-то нарушают?

В.К.: Нас обучали тактике поведения в конфликте с участниками боевых действий. Это не предательство, не означает, что готовят бить патриотов.

Но сейчас ситуация такова, что выдано 300 тыс. свидетельств УБД (участников боевых действий. - Ред.), плюс есть неоформленные. Многие люди понюхали пороха. После демобилизации бойцам трудно возвращаться к мирной жизни. Много оружия на руках.

Нас учили, как вести себя с этими людьми. Большинство из них не особо агрессивны...

Однако есть особая категория, которая размахивает "корочками", рассказывают, что грызли танки, пересказывают военные байки.

С такими не у всех патрульных - да и не у всех гражданских - получается выстроить диалог. Кто-то "ведётся" на их рассказы, но со мной это не проходит.

Были ситуации, когда они спрашивали: а ты был, где я был? Говорю: был. А видел, что я видел? Отвечаю: видел, 72-я бригада, 41-й батальон, сектор М. Тогда этот козырь уже не срабатывает.

Другая ситуация: возник конфликт и свидетель отказался задержаться и предоставить показания. Слово за слово, выяснилось, что он воевал в одном из черниговских батальонов. Тогда он говорит: "Друг, задержусь, все напишу".

Как-то поймали пьяного водителя и увидели, что у него машина с поддельными документами.

Оказалось, что он служил в 72-й бригаде, еще и во втором батальоне, с которым мы воевали. Масса общих знакомых - я с ним завел беседу, чтобы сбавить градус напряжения.

И удалось его убедить. Говорю: "Ты за что воевал, чтобы сейчас пьяным ездить по городу на "левой" машине?" Он согласился, что это неправильно.

ВВС Украина:Много ли АТОшников пошло работать в полицию, по вашим наблюдениям?

В.К.: Кто-то говорил, что около полутора тысяч. То есть если общая численность патрульных полицейских составляет на сегодняшний день 12-13 тысяч, то это где-то 10%.

Это - хорошая статистика. Если взять общество в целом, то процент УБД в нем гораздо меньше. А полиция - это одно из мест, где УБД может найти себя.

Вот у меня в группе в "учебке" был Женя - замечательный парень, схватывал все на лету. Мы с ним как-то разговорились, и оказалось, что он из 128-й бригады, выходил из Дебальцево, воевал в Станице Луганской.

Разочарования нет

Копірайт зображення УНІАН
Image caption Василий Коряк отмечает, что нынешним выпускам патрульной службы легче, чем первым - более опытные коллеги могут дать совет в сложных ситуациях

ВВС Украина: Какие вообще впечатления от полиции? Определенное количество патрульных из первых наборов уже уволилось, "разочаровавшись в системе".

В.К.: Я несколько месяцев поработал в департаменте патрульной полиции на гражданской должности, наблюдал, как все происходит.

Разочаровавшихся действительно хватает. Но когда, к примеру, начинают новый бизнес, то кадровики понимают, что в течение года 20% сотрудников "отсеется": кому-то не понравится работа, кому-то - зарплата.

В полиции та же ситуация, не думаю, что число разочаровавшихся превышает 20%.

Мне разочароваться сложно. Я пожил в землянке, и эти полицейские "микроизмены" вызывают лишь усмешку.

Есть объективные недостатки. Например, с моей точки зрения, неправильно обеспечивают формой. Новым патрульным выдают по одному комплекту.

А у меня подряд две ночные смены. Если я в первую смену где-то испачкаю форму - в подвале буду за кем-то гнаться - в чем мне выходить во вторую смену?

Но это еще старые советские нормы. В армии их уже меняют...

Хуже "ментов"

ВВС Украина: Опишите сложные моменты работы "в полях"?

В.К.: Трудно даются семейные конфликты. Это еще с войны - не терплю, когда оскорбляют детей или пожилых родителей.

ВВС Украина: С проявлениями сепаратизма сталкивались?

В.К.: Не так, чтобы явно. Вот мы кого-то штрафуем за проезд на красный свет, а нам говорят, что при Януковиче такого не было, зачем нужен был Майдан и т.д.

Был случай на вокзале, когда возникли подозрения в сепаратизме. Пьяный мужчина громко кричал, нецензурно выражался. Мы подошли сделать замечание, он показал паспорт. И у него за обложкой были чеки донецкого магазина.

Мы действуем по закону - чего-то запретного у него не было, предъявлять ему ничего.

Но посмотрели друг на друга, по нему было видно, что он не какой-то пекарь, а "тертый калач". Поняли, наверное, "рыбак рыбака видит...".

Копірайт зображення Укрінформ
Image caption К патрульным все еще нередко относятся как к старой милиции

ВВС Украина: Часто называют "ментами"?

В.К.: Да. У нас долго было модным не любить милицию.

Говорят, что мы хуже, чем старые "менты" - "те, хоть людьми были, а вы штрафуете".

Да, штрафуем. Но вот в минувшую смену мы оштрафовали и "Жигули", и Porsche Panamera. Для нас разницы нет.

В то же время, хорошо, когда за смену кто-то скажет спасибо. Если удалось человеку помочь - неважно, в какой ситуации - когда человек остается доволен и говорит "спасибо", то уже не зря на работу вышел.

ВВС Украина: И благодарят?

В.К.: Хорошим показателем считается, когда за смену дважды поблагодарят - это, как именины.

Бывает наоборот - только ругают. Но на занятиях по тактике нас научили правильно реагировать на это - ставишь себе барьер, это не тебя лично ругают, а форму, значок, систему. И тогда проще.

Новости по теме