Независимость: почему у балтийцев получилось раньше?

балтійське узбережжя Копірайт зображення Getty Images
Image caption Песчаные дюны и синева Балтики перекликаются с цветами украинской пшеницы и неба, но украинцы и прибалты выбрали разные пути к государственности

Августовский путч 1991 года, который положил начало официальному распаду Советского Союза, позволил Украине получить независимость. Тогда же балтийские государства восстановили ее после 50 лет оккупации Советским Союзом.

Свою независимость они получили после распада Российской империи. Первая мировая война, февральская революция и октябрьский переворот 1917 года в России открыли "окно возможностей" для народов, которые хотели получить собственное государство.

Но тогда ни украинцы, ни балтийцы не имели опыта государственности, а большие государства - участники Первой мировой - были не слишком озабочены их интересами.

Однако руководителям балтийских государств удалось не только получить независимость, но и удерживать ее в течение более 20 лет, пока в 1939 две новые силы - фашистская Германия и Советский Союз - не заключили Пакт Молотова-Риббентропа.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Тайный протокол к Пакту был датирован 23 августа. Около 2 млн прибалтов стали живой цепью между Вильнюсом, Ригой и Таллинном 23 августа 1989 - в память о том, как пакт Молотова-Риббентропа изменил судьбу их народов. Теперь это европейский день памяти жертв сталинизма и нацизма.

В августе 1940 года Эстония, Латвия и Литва были оккупированы СССР, и из независимых государств превратились в советские республики.

Однако 20-летний опыт государственности стал одним из тех факторов, которые определили судьбу балтийских стран в начале 1990-х, когда с распадом СССР появилось очередное "окно возможностей".

В свою очередь провозглашенное в январе 1918 года "самостоятельное, ни от кого не зависимое, свободное, суверенное государство" УНР прекратило существование в августе 1920-го.

Почему украинцы и прибалты по-разному воспользовались своими историческими шансами и как это повлияло на дальнейшую судьбу народов?

Заграница нам (не) поможет

Есть серьезные внутренние и внешние причины, почему Украине не удалось удержать независимость после революции 1917 года, - говорит заведующий отделом истории новых независимых государств Института всемирной истории НАНУ Андрей Бульвинский.

"Ни на одной другой нерусской территории бывшей империи не сосредоточивалось столько большевистских войск, - говорит историк. - Летом 1920-го численность Красной Армии, воевавшей на территории Украины, составила 1,2 млн человек. УНР всвои лучшие времена не могла выставить более 50 тыс воинов".

Кроме того, сказалось и полное отсутствие союзников.

"Если Польша могла рассчитывать на сформированные во Франции части, Эстония - на финских добровольцев, в Латвии мощно действовали поддерживаемые Германией военные формирования балтийских немцев, то у Украины такой опции не было", - объясняет украинский историк.

Действительно, в случае с балтийскими государствами существовала заинтересованность французов и англичан в создании определенной "буферной зоны" от распространения большевизма, - говорит профессор Тартуского университета, автор "Истории Балтийских государств" Андрес Казекамп.

Вместе с тем он подчеркивает: то, что эти государства получили независимость, не было результатом деятельности внешних сил.

"В первую очередь, это были сами эстонцы, латыши и литовцы, которые благодаря сильному лидерству и единству смогли достичь государственности для своих стран", - утверждает эстонский историк.

Долгая дорога в дюнах

Пример многолетнего эффективного стремления к независимости приводит профессор кафедры новейшей истории Вильнюсского университета Алгирдас Якубчонис.

"В июне 1864 года российские власти запретили печать издания латиницей. Для Литвы это означало запрет печати на литовском языке. Но к чему это привело? Литовцы стали печатать книги в восточной Пруссии, и нелегально доставлять в Литву. Таким образом в Литву попали около 5 млн экземпляров, - рассказывает литовский историк. - То есть, это подтолкнуло к сопротивлению русификации".

Запрет печатного слова стал одним из звеньев цепочки событий, которые привели к тому, что в конце XIX - начале ХХ века литовцы поняли, что "свое государство лучше всего защищает интересы своего народа, а чужое государство никогда не поставит тебя на первое место, потому что на первое место ставят интересы коренной нации", - говорит Алгирдас Якубчонис.

Копірайт зображення René & Peter van der Krogt
Image caption Теперь в Каунасе есть памятник knygnešiai - "книжным контрабандистам", - людям, которые отдавали жизнь, рисковали попасть в Сибирь, чтобы литовцы могли читать на родном языке. ФОТО: René & Peter van der Krogt http://statues.vanderkrogt.net

Обособленность автономией и войной

Дополнительными факторами стали опыт частичной автономии прибалтийских территорий еще во времена Российской империи и события Первой мировой.

"Территория, где сейчас расположены Эстония и Латвия, имела опыт специальной автономии даже внутри Российской империи, который подготовил людей к независимой жизни после распада самой империи", - говорит Андрес Казекамп.

Кроме того, в ходе Первой мировой, примерно с 1915 до 1918 года, все три государства были оккупированы немцами.

"Россия отступила, территорию Литвы заняли немцы, и литовцы увидели, что Россия не является таким уж и мощным государством, как казалось, - рассказывает Алгирдас Якубчонис. - К этому добавить распад России, - и вот вам геополитические условия, в которых возникло Литовское государство".

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Карта Брест-литовского мирного договора. Черным обозначены территории, от претензий на которые большевистская Россия отказывалась: Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Польша и Украина.

Два украинца - три гетмана

Украинцы же, наоборот, далеко не все были готовы с оружием в руках защищать государственность, считает Андрей Бульвинский. Среди других внутренних препятствий украинский историк называет нежелание объединяться вокруг формальных лидеров - "а следовательно - атаманщина и распыление сил".

В 1919 году совокупная численность организованных вооруженных отрядов украинцев достигала нескольких сотен тысяч. Этого было бы достаточно для серьезного противостояния большевикам и белым. Но "Махно действовал отдельно, атаманы отдельно, армия УНР - отдельно". Отсутствовало и понимание необходимости жесткого централизованного командования.

С другой стороны, украинские лидеры также оказались не готовы к построению независимого государства. Отсюда, говорит Бульвинский, "федералистические иллюзии, бесконечное выяснение отношений между различными политическими силами, пацифизм, увлечение болтовней и митинговостью".

"Полного единства не было и между политиками в балтийских странах. Было много прибалтов, особенно среди латышей, кто поддерживал большевиков. Но как только большевиков отбросили за границы государств, установилось определенное национальное единство, которое позволило удержать независимость до Второй мировой войны", - говорит эстонский историк Андрес Казекамп.

Алгирдас Якубчонис также отмечает, что по нынешним стандартам политическая ситуация тех лет была далека от стабильности, но в критические моменты - единства придерживались хотя бы ради самосохранения.

"Первые большие разногласия начались в 1919 году, когда за один год (в Литве. - Ред.) сменилось пять правительств. Не надо забывать, что частично Литва была оккупирована большевиками. Затем военные действия против Литвы начала Польша. То есть, в 1919 году - пять правительств и война. и политические разногласия могли привести к очень плохим последствиям. Но было принято решение о созыве Учредительного собрания, которое на время консолидировало общество", - говорит историк, и добавляет, что "если бы это было в наше время, то Литву бы хоронили уже где-то после третьей смены правительства".

Землю - борцам

Кроме того, говорит Андрей Бульвинский, украинские лидеры того времени не смогли вовремя принять принципиальные решения, которые могли бы кардинально изменить ситуацию, - в первую очередь, решение о предоставлении земли крестьянам.

"Тогда бы массам украинцев было, за что воевать, - считает историк, - но групповые интересы и отсутствие пассионарных лидеров помешали этому".

Копірайт зображення Getty Images
Image caption В то время как в исторической памяти украинцев - Голодомор 1930-х и колхозы, прибалты сохранили семейные воспоминания о "лучшей жизни в собственной стране"

Но то, что лидеры балтийских стран не медлили с решением земельного вопроса, сработало как дополнительный стимул защищать независимость, говорит Андрес Казекамп:

"Национальные правительства во всех трех странах пообещали тем, кто боролся за независимость, что они получат землю после завершения войны. То есть эстонцы, латыши и литовцы не только воевали за родную землю, но и за свой кусок земли".

После завершения войны национальные правительства балтийских государств сдержали свое обещание, и те, кто воевал за независимость, были первыми в очереди за лучшими участками земли. В случае с Эстонией этот вопрос был решен вообще очень быстро - в течение 1919 года, и распределение земли началось еще до завершения войны, даже до того, как была согласована Конституция, - рассказывает эстонский историк.

Потеря независимости

Почему же накануне Второй мировой войны балтийские государства не смогли защитить свою независимость, хотя после Первой мировой им это удалось?

"В России говорят: "против лома нет приема ", - говорит Алгирдас Якубчонис. - Посмотрите, что в это время происходило в Европе. Польши как государства нет. Чехословакии как государства нет. Активно действуют мощные силы, которые хотят присоединить другие государства".

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Содержание секретного протокола к Пакту Молотова-Риббентропа, который определил судьбу Балтийских государств, на территории СССР было обнародовано лишь в 1989-м

"Все балтийские государства сдались в 1940 году СССР без сопротивления из-за его бесперспективности и из-за желания избежать потерь населения. Это тот случай, когда размер имеет значение", - говорит Андрей Бульвинский.

Он считает, что "с геополитической точки зрения независимость стран Балтии держалась на относительной временной слабости СССР и Германии. Когда эти большие страны решили, что они достаточно сильны, чтобы перекраивать карту Европы, они это и сделали".

Похожее мнение имеет и Андрес Казекамп: "Когда две большие силы - нацистская Германия и Советский Союз - решили поделить Восточную Европу между собой, балтийские государства, фактически, мало что могли сделать".

Эстонский историк добавляет, что на этот раз внешние факторы были не на стороне прибалтов, которые, фактически, оказались в изоляции.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Весной 1940 года на ярмарке в Лейпциге Эстония была представлена как независимое государство

Андрес Казекамп также отмечает, что попытка придерживаться нейтралитета не имела положительных результатов, - так же, как и в Западной Европе с Нидерландами, Данией и другими странами.

"Все они оказались без друзей или союзников, один на один с необходимостью защищать себя, - говорит эстонский историк. - Это было одной из причин того, почему Балтийские государства настойчиво стремились к членству в ЕС и НАТО в наше время".

Уроки потерь

Все балтийские государства хорошо усвоили печальный опыт потери государственности перед Второй мировой, когда у них не было ни одного союзника, с которым можно было бы обратиться за помощью.

Те трагические события 1939-1940 годов прибалты еще раз вспомнили, наблюдая за событиями последних лет в Украине, - аннексией Крыма Россией и конфликтом на Донбассе, говорит Андрес Казекамп.

"Многим здесь это очень напомнило то, что происходило в Прибалтике во время аннексии Советским Союзом в 1940 г.", - добавляет он.

Копірайт зображення Getty Images
Image caption Печальный опыт потери независимости запечатлелся в исторической памяти балтийских народов. С 2004 года все три балтийских государства - члены ЕС и НАТО

В то же время эстонский историк напоминает и о том, что благодаря позиции США и других западных держав эту аннексию так и не признали де-юре. Он утверждает, что непризнание аннексии Балтийских государств на протяжении 50 лет, хотя и не имело очевидного практического смысла, сыграло важную роль в восстановлении независимости балтийских государств. И на это стоит обратить внимание, когда речь идет об аннексии Крыма:

"Наша история показала, что и через 50 лет можно апеллировать к этому принципу".

Когда 20 больше 50

50 лет пребывания в составе СССР, которые в балтийских государствах считают периодом оккупации, не смогли уничтожить историческую память о 20 годах опыта независимости. Этот опыт стал одним из факторов того, почему в начале 1990-х украинцы и прибалты снова по-разному воспользовались шансом построить собственное государство.

"Первые 20 лет независимости были определяющими для возвращения независимости в 1990-х, - говорит Андрес Казекамп. - Это была живая память членов семей о лучшей жизни в независимом государстве".

"Если 16 февраля 1918-го мы говорили, что имели Великое княжество литовское, то 11 марта 1990-го мы говорили, что имели независимость в течение 20 лет. Да, это прекратилось буквально в один день. Но воспоминания остались", - говорит Алгирдас Якубчонис.

Он также добавляет, что 50 лет временной потери независимости научили литовцев "работать как для себя, несмотря на то, что власть не твоя".

Копірайт зображення AFP
Image caption После массовых расстрелов на Майдане Незалежности в январе 2014 года, жители балтийских столиц вышли на улицы, чтобы выразить солидарность с участниками Революции достоинства

"Безусловно, фактор живой памяти о собственной успешной государственной жизни был существенным фактором для восстановления своей государственности. У украинцев в 1991 году такого опыта не было", - говорит Андрей Бульвинский.

В то время как прибалты помнили, что после обретения независимости крестьяне бесплатно получили землю и имели возможность с ней достойно жить, украинцы помнили Голодомор и колхозы.

"В следующем году мы будем праздновать 100 лет провозглашения нашей независимости. Конечно, за исключением 50 лет, в течение которых длилась оккупация", - говорит Андрес Казекамп.

"И люди очень хорошо понимают: мы не новые государства, образовавшиеся после распада Советского Союза, мы государства, которые были созданы почти 100 лет назад, и только на время потеряли государственность из-за оккупации. Это очень важно для нашей идентичности", - убежден историк.

Новости по теме