О взрыве в Волгограде

  • 23 октября 2013
  • kомментарии
цветы на дороге в Волгограде Правообладатель иллюстрации RIA Novosti

После взрыва в московском аэропорту "Домодедово" в январе 2011 года это первый крупный теракт в России за пределами Северного Кавказа.

Были еще покушения на духовного лидера мусульман Татарстана Илдуса Файзова и его заместителя Валиуллу Якупова в июле 2012 года, но они рассматривались как разборка внутри муфтията. Некоторые наблюдатели указывали и на бизнес-конфликт вокруг организации паломничества в Мекку.

В Дагестане нападения и убийства никогда не прекращались, но выглядело это, опять же, не как война с Россией, а как война дагестанцев с дагестанцами.

По мнению осведомленных экспертов, местные силовики и ваххабиты оспаривали друг у друга право "крышевать" бизнес. Последние, конечно, стремились еще переделать народный быт на основе шариата, но, в принципе, трудно было определить, где кончаются идеи и начинается рэкет.

Авторитетные знатоки Кавказа Юлия Латынина и Максим Шевченко, по многим вопросам придерживающиеся разных взглядов, едины во мнении, что никто при этом и в голове не держит отделяться от России. Куда отделяться, если из Москвы идут такие деньги!

Радикальное подполье возвращается к старой тактике?

Если у отдельного человека, как говорится, снесло крышу, это одно, а если за взрывом стоит организация, все обстоит намного хуже.

Пока ответственности на себя никто не взял и никаких требований не предъявил.

В пользу первого варианта вроде бы говорит и место взрыва.

Взрыв в Волгограде и Олимпиада

Конечно, это несправедливо, люди везде одинаковые, все хотят жить, но по понятным причинам теракт в провинции никогда не вызовет такого резонанса, как теракт в Москве. Если бы бомба сработала, скажем, в столичной подземке, политики и СМИ, что называется, на ушах бы стояли, и мировое эхо было бы куда сильнее.

Возможно, это личная инициатива смертницы. Куда ближе, туда и доехала.

Если же верно второе предположение, то хотелось бы, как минимум, понять, чего они добиваются.

Распространенная версия, которую разделяет, в частности, ветеран "Альфы" Сергей Гончаров, гласит, что боевики хотят испортить Зимнюю олимпиаду.

Тогда, по логике вещей, им следовало бы сейчас усыплять бдительность, а не устраивать взрывы, чтобы меры безопасности в Сочи были усилены еще больше.

Впрочем, не исключено, что цель - не столько устроить теракты на самих Играх, сколько заранее создать вокруг них неблагоприятную атмосферу, напугать туристов и болельщиков.

Коли так, предстоящие месяцы обещают быть тревожными, в том числе, в Москве. Ходи, да оглядывайся.

Власти традиционно призвали к бдительности.

"В подобных обстоятельствах МВД обращает внимание граждан на необходимость усиления бдительности, особенно в общественных местах", - заявил представитель Житной площади.

О том, что при виде бесхозной сумки надо звать полицию, даже малые дети знают уже лет пятнадцать. А так - в чем должна заключаться наша бдительность? Вошла в автобус женщина в платке - всем выскакивать, или ее выкидывать?

В принципе, бдительность не помешает. Но акцентировать все внимание на этом - значит уходить от ответственности.

Вот теперь мы задним числом узнаем из СМИ, что Наида Асиялова была давно известна как подозрительная личность: с 2010 года находилась в ссоре с родными "из-за религиозных разногласий", нигде постоянно не жила и не работала, "пользовалась большим авторитетом" в ваххабитских кругах, занималась пропагандой и сбором денег.

Ее приятеля Дмитрия Соколова с лета прошлого года разыскивают по подозрению в причастности к взрывам в Махачкале. Родители, живущие в подмосковном Долгопрудном, даже пытались найти его через программу Первого канала "Жди меня".

Те, кому положено, знали и их подпольные клички, и то, что Соколов умеет изготавливать бомбы.

Что делать?

Куда, спрашивается, смотрели? Почему, как трясти мирные НКО - они тут как тут, а как защищать граждан - их не дозовешься?

На днях с шумом освободили от должности начальника Федерального агентства по обустройству госграницы за купеческий размах при обустройстве руководящих кабинетов. Дело хорошее, но когда кого-нибудь так же публично накажут за провалы в обеспечении национальной безопасности?

А и спецслужбы могут далеко не все, что подтверждается мировым опытом.

Общеизвестно, что самый эффективный способ срывать преступные замыслы - агентурная работа. Но, как я в свое время писал в блоге "О борьбе с террором", и это не панацея, возникает масса проблем.

Так что, когда официальные лица не обещают немедленно искоренить зло, возмущаться нечего. По крайней мере, говорят правду.

Ясно, что стопроцентно уберечь миллионный город от проникновения человека с "поясом шахида" нельзя.

Нет волшебного звена, потянув за которое, можно вытащить всю цепь. И оперативная работа нужна, и видеокамеры, и бдительность граждан, и требовательность к политикам и чиновникам, и, главное, устранение политических и социальных причин террора.

Ответ на вечный русский вопрос "Что делать?" - все возможное, не ожидая чуда и утешаясь тем, что риск угодить под взрыв все-таки в разы ниже, чем погибнуть в ДТП или умереть от рака.