Об отношении к Владимиру Путину

  • 28 марта 2014
  • kомментарии
Президент России Владимир Путин во время встречи с председателем правительства Дмитрием Медведевым в Ново-Огарево 27 марта 2014 г. Правообладатель иллюстрации RIA Novosti

Один посетитель нашего сайта написал мне: "Постоянно читаю Ваши статьи [благодарю, лестно!]. Скажите, за что Вы не любите Путина?".

Спасибо за вопрос. Другим и так ясно: потому что продался!

В принципе, кто кого любит и не любит - дело частное. Но я выражаю мнение не на кухне, являюсь в какой-то степени публичной персоной, так что интерес уместен. Особенно сегодня, когда на фоне крымских событий рейтинг президента пошел вверх.

Сугубо личное

Слово "люблю" я нахожу не вполне подходящим. Президент не девушка, и не сорт мороженого. Скажем так: у меня имеются с ним принципиальные разногласия по ряду вопросов.

Есть, конечно, и личное отношение. Иначе быть не может, если кто-то появляется на телеэкране так часто, что делается почти членом семьи.

Когда Владимир Владимирович не вещает с трибуны, а свободно разговаривает с журналистами или гражданами во время телемостов, я невольно попадаю под его обаяние. Ну, нормальный же человек, здраво рассуждает, все понимает, за словом в карман не лезет!

То же самое я слышал от людей, которым доводилось общаться с Путиным непосредственно. То ли у него от бога талант коммуникатора, то ли внимательно изучал Дейла Карнеги.

Это вам не Янукович, который в Ростове-на-Дону зачитал по бумажке нечто маловразумительное, повернулся спиной и ушел, не ответив ни на один вопрос.

С другой стороны, в Путине меня раздражают самоуверенность и постоянно прорывающийся пренебрежительно-глумливый тон по отношению к оппонентам. Все тут, понимаешь, трава, он один вековой дуб в чистом поле! Как скажет, так и будет, иные варианты не рассматриваются!

Супермены мне нравятся только в кино, в жизни мачо, крутых и альфа-самцов я недолюбливаю.

Мой идеал президента - либо интеллектуал-технократ, либо рубаха-парень, с которым хотелось бы пропустить пивка. Путин ведет себя даже не по-царски - цари не отпускают шуточек на грани приличий, - а как вожак подростковой уличной компании.

Мне нравился Путин первых лет пребывания у власти. Тогда он напоминал Гарри Поттера: да вы что, ребята, я такой, как все, но если вы считаете, что я особенный, постараюсь не разочаровать. Сегодня он напоминает мне бывшего одноклассника, хулиганистого заводилу, которого, кстати, тоже звали Вовой.

Однако внешний образ и манеры - не главное. Одна знакомая в 1990-х годах говорила, что голосует за Бориса Ельцина, потому что у него высокий рост и красивая седая шевелюра. Можно, конечно, и так определять свое отношение к политикам, но правильнее руководствоваться существенными мотивами.

Власть и гражданин

Прежде всего, я кардинально расхожусь с Владимиром Владимировичем по ключевому вопросу о сущности власти.

Он выстроил "вертикаль", по которой сверху вниз поступают команды, а снизу вверх доклады. Как в армии: один скомандовал, все построились и пошли.

Путину доводилось неодобрительно высказываться о политической системе не только Украины, но и Соединенных Штатов, где "нет лидера", и "две партии не могут договориться".

Я стою за разделение и максимальную децентрализацию власти. В обществе должно быть много центров влияния, все интересы должны учитываться, все решения носить компромиссный характер, а у простого человека должен быть выбор, кого поддерживать.

Единоличная и несменяемая власть мне не нравится независимо от того, что она делает или не делает. Жить при такой власти унизительно и опасно.

Турецкий премьер Эрдоган, тоже считающийся сильной личностью, недавно закрыл доступ в "Твиттер". Президент республики тут же ему возразил, а суд решение отменил. У нас почти за пятнадцать лет кто-нибудь смог хоть раз оспорить волю Путина?

Демократия - это когда на результаты выборов до последнего дня можно заключать пари. Недавно на нашем сайте была опубликована статья пакистанского аналитика о предстоящих в апреле президентских выборах в Афганистане. Эксперт затруднился предсказать их исход. В, мягко говоря, не самой передовой стране политического плюрализма больше, чем в России!

Можно сказать, что дело не в Путине, общество у нас такое. Но Путин ничего не делает, чтобы вывести общество из этого состояния, а поступает ровно наоборот.

Власть должна быть скромной, чисто технической, ограниченной как по своим возможностям, так и по времени.

Разговоры о том, что кому-то нет альтернативы, или что без кого-то мы все пропадем, как помидор на свалке, я воспринимаю как оскорбление.

Во главе государства мне нужен квалифицированный честный управдом, а не Акела, заставивший всех поджать хвосты и опустить взгляд, и не "батька". Я и родному отцу, при самых чудесных отношениях, с момента окончания школы командовать собой не позволял.

"Скованы одной цепью"

Владимир Путин насаждает коллективистское общество, в котором единство важнее свободы личности.

Этот дух великолепно передает название созданной в начале нулевых годов прокремлевской молодежной организации "Идущие вместе".

Мне не нравятся люди, идущие вместе - хоть организованной колонной, хоть толпой. Не желаю ни пристраиваться к ним, ни попадаться им на пути. Предпочитаю общество, в котором каждый идет, куда ему надо, стараясь при этом не толкаться, а хочет, сидит в тени под деревом.

На третьем сроке Путина появилась новая напасть. Если раньше государство хоть в душу к нам особо не лезло, то теперь началось наступление на интеллектуальную и поведенческую свободу под флагом религии, морали и патриотизма.

Статья 13 Конституции РФ ("В Российской Федерации признается идеологическое многообразие. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной") отброшена и забыта.

На глазах возрождается удушливая атмосфера советской цензуры и проработок. В нулевые годы превратили в идеологический шприц крупнейшие телеканалы, теперь руки тянутся к негосударственным СМИ, интернету, театру и шоу-бизнесу.

Бдительные парламентарии и "общественники" всюду с лупой выискивают крамолу, да не просто осуждают, а требуют "навести порядок".

То фактически закрыли телеканал "Дождь" за то, что он, видите ли, задел чьи-то чувства. Вот кто почувствовал себя задетым, тот пусть бы его и бойкотировал, а за меня нечего решать, на что я должен обижаться. Я обижаюсь в основном на одно: любые попытки ограничить мою свободу.

То депутат-единоросс Роберт Шлегель принялся разрабатывать законопроект об ограничении проката иностранных, в первую очередь, голливудских фильмов. Опять-таки, не хочет - пускай не смотрит, а мне не указывает!

Справедливости ради, надо заметить, что подобные инициативы, как правило, исходят не лично от Путина, и, к счастью, не всегда материализуются. Но Путин создал обстановку, в которой такое возможно. Блюстители чувствуют, откуда и куда дует ветер. Гарант конституции должен был бы сам или устами пресс-секретаря поправить проявляющих усердие не по разуму.

Я же считаю, что никто никому ничего не должен. Каждый вправе делать все, что не причиняет прямого физического или материального вреда другим.

Свобода слова, мысли и творчества должна быть абсолютной и неограниченной. Не должно быть мнений, обязательных для всех, догм, в которых нельзя сомневаться, и святынь, над которыми запрещено шутить.

Принцип "надо быть как все" - зловредный вздор. Мнение большинства - не аргумент. Большинство столетиями считало, что Земля плоская.

Надо не приводить всех к одному знаменателю, а культивировать терпимость. Никто не владеет истиной в конечной инстанции. Не согласен - возрази, не нравится - не слушай. Толерантность должна распространяться на все, кроме нетолерантности.

Стабильность или застой?

Владимир Путин провозглашает стабильность чуть ли не главной жизненной ценностью и своей заслугой, стремится все разложить по полочкам и прибить гвоздиками.

А мне нравится мир, где все гремит и сверкает, жизнь полна неожиданностей, в ходе свободной конкуренции что-то отмирает, что-то крепнет.

Самое стабильное место на свете - кладбище.

Конечно, все хорошо в меру. Такая нестабильность, при которой на улицах стреляют, или цены удваиваются каждый месяц, никому не нужна. Но в целом надо ориентироваться на прогресс и развитие.

Перемены - это новые вызовы, но прежде всего новые возможности, не следует их бояться.

Если бы люди никогда не отходили от "традиционных устоев", то до сих пор охотились бы с копьями.

Надо стараться быть достойными не столько предков, сколько потомков, чтобы не назвали нас остолопами.

Государственный капитализм

В макроэкономике Владимир Путин в основном придерживается монетаристского курса, понимает, что есть вещи, которые не подвластны и ему, воздерживается от соблазна решить все проблемы и всех осчастливить, напечатав побольше денег.

Но что это за капитализм, если основные банки, вся газовая и большая часть нефтяной индустрии, львиная доля машиностроения и транспорта контролируются государством, а крупные предприниматели рассматриваются фактически как приказчики?

Я верю в частное предпринимательство и конкуренцию. Чиновник, распоряжающийся чужими деньгами, эффективным менеджером быть не может.

Разговоры о необходимости "слезть с сырьевой иглы" превратились в ритуальное заклинание. И не слезем никогда, пока старшеклассники будут мечтать о работе в прокуратуре и налоговых органах, а не о своем бизнесе!

О коррупции много говорить не стану, ибо не имею достаточно информации. Отсутствие громких разоблачений может свидетельствовать как о низком уровне коррупции, так и о нежелании или неспособности с ней бороться.

Но то, что олигархами новой волны стали товарищ президента по юношеской спортивной секции и сосед по даче, само по себе наводит на размышления. Такого не было даже в многократно охаянные "лихие девяностые".

Дом и крепость

И, наконец, last but not least, как говорят англосаксы. Владимир Путин с его сторонниками и я по-разному понимаем патриотизм.

Для них родина - это воинская часть, ведущая с кем-то бесконечный бой, где все должны быть спаяны долгом и дисциплиной. А для меня - дом.

Человеку свойственно любить свой дом. О нем надо заботиться и быть вежливым с соседями. Но все-таки дом существует для человека, а не человек для дома.

Продолжая эту аналогию, скажу, что не желаю ни сидеть в своем доме взаперти, ни драться с жильцами других домов двор на двор.

Путин и его приверженцы монополизируют патриотизм и право трактовать национальные интересы. Судя по словам и, особенно, поступкам, на первом плане для них - расширение сферы территориального контроля и наращивание военной мощи. Все остальное важно как инструменты и легко может быть принесено в жертву. Кто так не думает, тот "национал-предатель".

Я же полагаю, что важен не размер, а качество.

Каждый имеет право жить для себя и как ему бог на душу положит, страна должна быть удобным и приятным местом для жизни.

А с точки зрения коллективного государственного интереса, главным источником могущества и процветания в XXI веке являются не земля и природные ресурсы, а финансы, информация и способность создавать новое. Даже военная сила определяется не количеством пар кирзовых сапог и "патриотическим воспитанием", а новейшими технологиями.

Внешняя политика существует не для того, чтобы задаваться, задираться, меряться силой и дарить народу восторги футбольных болельщиков, горланящих после матча: "Наши рулят!", а чтобы обеспечивать наилучшие условия для внутреннего развития.

Это значит - руководствоваться прагматическими, прежде всего денежными, интересами, дружить не с отсталыми диктатурами, а с передовыми странами, никому не распахивать "по-братски" объятия и кошелек и ни с кем без очень серьезных причин не ссориться.

Если менять в свою пользу мировой баланс, то завоеванием экономического и технологического лидерства и созданием у себя такой жизни, чтобы все завидовали.

Один крупный российский чиновник на днях заявил Би-би-си, что мы, мол, пережили мировые войны, переживем и санкции.

Конечно, переживем. Человек вообще существо живучее. А надо ли?

Другой читатель написал мне: "Да знаю я не хуже вас и про авторитаризм, и про коррупцию, но для меня главное - чтобы Запад ноги об нас не вытирал!".

Рассуждая так, мы никогда не избавимся ни от авторитаризма, ни от коррупции.

Покойный Виктор Черномырдин сказал крылатую фразу: "Лучше быть головой мухи, чем ж… слона!".

А я думаю, лучше до времени больше слушать, чем говорить, зато в приличном обществе, чем верховодить в дурной компании.