Уроки Берлинской стены. Размышления после праздника

  • 10 ноября 2014
  • kомментарии
Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption Так выглядела Берлинская стена со стороны Потсдамской площади в 1961 году

Недавно историк Берлинской стены Хоуп Харрисон рассказала мне, что ее студенты собираются принять заочно участие в праздновании падения Берлинской стены. "Каким образом?" – спросил я ее. Они "арендовали" один из семи тысяч шаров, которые выстроились в ряд вдоль многокилометрового периметра на месте бетонного страшилища, минных полей, и дьявольских ловушек для перебежчиков с Востока на Запад.

Уроки Германии

Немцы не сразу начали праздновать юбилей падения Стены. Вначале на них навалились многочисленные проблемы бывшей ГДР. Уже через пару лет западногерманские налогоплательщики начали жаловаться: выплаты из бюджета ФРГ "новым землям" превзошли все мыслимые пределы, и впоследствии превысили триллион марок, а потом и евро.

Восточногерманская экономика оказалась ржавым мифом, а проблемы с запущенной инфраструктурой, неконкурентной индустрией, и раздутыми штатами бюрократии – большими, чем ожидали самые мрачные пессимисты. Канцлер Гельмут Коль, устроивший быстрое поглощение ГДР с помощью валютно-финансовых вливаний в Восточную Германию и обещаний избирателям "новых земель", оказался главной мишенью общественного недовольства. Человек, который хотел затмить "железного канцлера" Бисмарка, был отправлен в отставку по обвинению в коррупции.

Лишь двадцать лет спустя немцы поняли, что мирное падение Стены - это "их все", самое позитивное событие их общей истории. Именно "общей". Вся предшествующая история, после Гитлера и падения Третьего Рейха, была историей разделенной страны. А последующее "экономическое чудо", широко приписываемое Людвигу Эрхарду, распространялось только на Западную Германию.

Восточная Германия реагировала на повышение уровня жизни повальным бегством молодежи "туда, где лучше", а затем и возведением "Проекта Роза" - по-немецки сентиментальным названием бетонной Стены, окружившим западные сектора Берлина. И вот теперь разрушением этой "Розы" - ненасильственным событием, своеобразным ночным карнавалом, случайным подарком истории - может гордиться вся немецкая нация.

Выяснилось и другое: этим подарком истории может гордиться весь мир. И национальная гордость немцев этим событием не вызывает неприятных эмоций у остальной части Европы и в мире в целом. 9 ноября "Гугл" выставил картинку празднующей мирной толпы, стоящей на Стене. Таким образом, Берлин и, следовательно, Германия сплотились вокруг позитивного символа. А остатки Стены стали так же популярны у туристов, как Колизей, Пирамиды, Мона Лиза и Пизанская башня.

Уроки Горбачева

Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption Михаил Горбачев и Эрик Хоннекер на праздновании 40-летия ГДР в Восточном Берлине в октябре 1989 года

8-го ноября на праздник в Берлин приехал Михаил Горбачев. Двадцать пять лет назад немцы считали его главным "виновником" этого события. В октябре 1989 года Горбачев приехал в Восточный Берлин на празднование 40-летия Германской Демократической Республики и был потрясен, когда факельное шествие восточногерманских комсомольцев превратилось на его глазах в антиправительственную манифестацию. "Горби! Оставайся с нами хотя бы на неделю!" - скандировали молодые манифестанты. Сцена достойная заключительной сцены из "Ассы" - "Мы ждем перемен!".

Горбачев перед поездкой сказал своему помощнику Анатолию Черняеву, что ехать в Берлин ему не хочется, но надо "поддержать революцию" в ГДР. Но только в Берлине Михаил Сергеевич понял, что "революция" вышла из под контроля.

Главный урок для последнего руководителя Советского Союза на празднике падения Берлинской стены можно сформулировать следующим образом - "Добро не остается ненаказуемым".

Горбачев начал гласность и перестройку – и получил "демократическую оппозицию", Бориса Ельцина, и восстание национал-сепаратистских республик. Он провозгласил "новое мышление" и отказался от применения силы в Восточной Германии и Восточной Европе для того, чтобы выстроить "Общеевропейский дом". Вместо этого получилось расширение НАТО и Евросоюза, а Россия, Украина, и остальные республики бывшего СССР оказались на четверть века на геополитической обочине, в роли второстепенных субъектов, а то и объектов мировой политики.

Это, разумеется, лишь моя реконструкция урока, который извлек Горбачев. Михаил Сергеевич сам много пишет, дает интервью, и довольно заметно эволюционировал в своих взглядах, особенно с момента, когда он поддержал присоединение Крыма к России и даже произнес поощрительные слова в адрес "Новороссии".

Некоторые могут заподозрить, что на Горбачева оказали давление в Москве. Но нельзя исключить простого и общечеловеческого момента: Горбачеву за двадцать с лишнем лет надоело быть западным и мировым культовым персонажем, которого отвергает и презирает значительная часть собственного народа. Ему, русскому патриоту с украинскими корнями, захотелось, чтобы и его соотечественники оценили по достоинству его выдающееся место в истории.

Поэтому Горбачев приехал в Берлин "поддержать Россию" и сказать Западу, что надо кончать с санкциями и с новой холодной войной? Защита России от "больного триумфализмом Запада" - это самозащита последнего руководителя СССР.

Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption Михаил Горбачев в Берлине на торжественной церемонии в честь 25-летия падения Берлинской стены

Уроки Украины

Итак, Германия успешно решает проблемы с поиском "позитивной истории", позволяющей немцам гордится своим общим прошлым. Горбачев пытается решить проблемы своего места в истории. А что же Россия и ее западные соседи? Есть ли у них возможность праздновать что-то общее? Или остается только сосредоточиться на том, что разделяет их в настоящем?

Первое, что мне приходит в голову в этой связи – абсурдность разговоров о новой стене между Украиной и Россией. Такие разговоры шли с самого начала "развода" между Россией и советскими республиками в декабре 1991 года.

Меня поразили воспоминания Андрея Нечаева, опубликованные недавно на сайте "Центра Ельцина". Он сидел в начале 1992 года в кабинете Егора Гайдара на Старой площади, и туда вошел один из командующих Южным военным округом. Тогда советская армия была в срочном порядке переименована в вооруженные силы СНГ, но зарплату генералам платили по-прежнему в Москве. Генерал предложил Гайдару: "Мы что, хохлам Крым отдадим? Да я вот сейчас ядерные мины поставлю на Перекопе – пусть только сунутся". По воспоминаниям Нечаева, Гайдар редко кричал на людей, "но тут он просто орал" на генерала, "чуть ли не что он его лично расстреляет" за такое.

1992 год был временем лихих генералов и полковников. В 2014 году настало, похоже, время, лихих политиков. Причем не только с российской стороны. Этим политикам не мешало бы посмотреть на празднование в Берлине и подумать над тем, как их предложения отделить Украину от России колючей проволокой, стеной, или минными полями вписывается в список исторических уроков прошлого.

Украина и Россия настолько взаимосвязаны экономически, а последствия разрыва их экономических связей настолько болезненны и долговременны для обеих сторон, что любые попытки разделить их каким-либо барьером помимо обычных государственных границ будут порождением горячечного бреда. Разумеется, по всему земному шару найдется немало людей, которые оценят достоинства украинского металла, хлеба, сала, и молочных продуктов. Но зачем искать таких людей, когда миллионы потребителей живут под боком, и нуждаются в этих продуктах?

И, разумеется, можно завозить на Украину через Одессу и Николаев сжиженный американский газ. Но сколько усилий нужно будет сделать для этого, и сколько денег на это потратить сверх того, что сейчас стоит российский газ! Разумеется, во имя интересов безопасности можно много чего наворотить. Вот и бетонную "Розу" в Берлине тоже построили за счет тех средств и материалов, которые планировали пустить на строительство автобана в Восточной Германии.

Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption Премьер-министр Украины Арсений Яценюк около только что построенной секции границы с Россией

Уроки Путина

Второе, что приходит в голову, это молчание Владимира Путина. К сожалению, он не сформулировал свои уроки по поводу падения Берлинской стены. Быть может потому, что лично для него это было событие травматическое: в последующие недели он, молодой подполковник КГБ, жег документы в резидентуре советской разведки и ожидал ее разгрома толпой немцев. Но в остальном президент России не чужд разговоров об уроках истории. И прошедшие недели это подтвердили сполна.

На Валдайской встрече Путин говорил о том, что не только США помогала в прошлом России и СССР, но и Россия в конце 18-го века помогла США обрести независимость. Ну что ж, эти утверждения не лишены основания, ведь у Путина есть консультанты в Институте всеобщей истории и МГИМО, опытные американисты. Они вполне могли написать и рассказать ему о политике "вооруженного нейтралитета" Екатерины Великой. Этот "нейтралитет" помог бывшим американским колониям подорвать эффективность английских санкций и начать торговлю с европейскими странами помимо Великобритании. Урок, как, говориться, прозрачен и понятен на фоне нынешних угроз новых американских санкций.

Недавно, на встрече в Музее современной истории, Путин обменивался с молодыми историками мнениями о том, как выстраивать "патриотическую историю России" в новой ситуации, когда у России появилось так много недругов. Сошлись на том, что пока запрещение и криминализация "непатриотической истории" (или "фальсификаций") – "не наш метод". Надо, посоветовал президент, действовать на опережение, использовать, как большевики в первые свои годы, яркие и доступные способы донесения "правды" до массовой аудитории.

Правообладатель иллюстрации Russia President press office
Image caption Встреча Владимира Путина с молодыми учёными и преподавателями истории в Музее современной истории России

Уроки патриотизма

Главный вопрос, на мой взгляд, подняла молодой представитель возрожденного после распада СССР общества "Знание" Евгения Куренкова. Она посетовала, что молодые россияне "совершенно не знают, чем им гордиться. Нет героя у современных людей!" Путин отреагировал: "Это просто ужасно! Катастрофа на самом деле!" И пообещал, что государство эту ситуацию исправит.

В свете празднования конца Берлинской стены этот вопрос можно поставить и по-другому. Каким позитивным событием может гордиться весь российский народ? И при этом это событие не будет вызывать отрицательных эмоций у других стран и стран-соседей?

Президент видимо считает таким событием нижегородское ополчение и освобождение Москвы от оккупации и Смуты - он даже подчеркнул, что главный герой этой истории Кузьма Минин – не русский, а крещеный татарин. Но ведь Смута и ополчение – дела давно минувших дней. Они вдохновляли русских людей еще на войну с Наполеоном в 1812 году.

Из недавней истории главный предмет гордости для России - победа в Великой Отечественной Войне. Я тоже считаю, что Великая Отечественная Война действительно была таковой (несмотря на Сталина и его террор), и действительно заслуживает великого места общенационального символа для России. Но будет ли этот символ общемировым, и будут ли его праздновать так, как праздновали падение Берлинской Стены? Вряд ли.

Празднование победы в Великой Отечественной Войне вызывает раскол на Украине, отторжение в Прибалтике, многозначительное молчание в Финляндии, и воспоминания о депортациях на Северном Кавказе. И даже историки в Белоруссии, казалось бы одной из главных жертв германской оккупации, уже по-разному оценивают смысл и итоги войны.

Когда-то Великая Отечественная Война была война "советского народа" - это был мощный объединяющий момент для всех народов СССР. Теперь это лишь объединяющий символ для "российского народа".

Огорчаться по этому поводу бессмысленно. Другое дело, что победа в войне, особенно такой войне – это праздник "со слезами на глазах". Причем там, где есть победившие, всегда есть проигравшие. Ну а есть ли все же мирный праздник, которой может стать для России и мира поводом для действительной радости - общемировым брендом победы "добра над злом"?

Пожалуй, единственный кандидат - празднование провала путча в августе 1991 года. Именно тогда гигантский российский триколор проплывал по Красной Площади и весь мир – включая Европейский Союз и США – рукоплескал этому событию. Но почему-то трудно представить себе общемировые торжества в Кремле в августе 2016 года, с участием престарелых Джорджа Буша и Гельмута Коля, а также первого президента Украины Леонида Кравчука.

Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption Российский президент с главами религиозных конфессий и активистами на торжественной церемонии на Красной площади в день народного единства России

Другие материалы блога "Vox Historicus":

"Вялотекущий Суэц" для России, Украины и мира

Загадка Запада: отсутствие реализма в украинском кризисе