Фестиваль "Киношок": Россия становится провинцией?

  • 23 сентября 2015
  • kомментарии
Плакат фестиваля Правообладатель иллюстрации Olga Sherwood
Image caption Анапа старается превратиться в курорт европейского уровня

На днях в Анапе прошел XXIV Открытый фестиваль кино стран СНГ, Латвии, Литвы и Эстонии.

На рубеже 80-х – 90-х годов прошлого века кинематограф на пространстве бывшего СССР как система уже рухнул, но, словно пузыри на болоте, вспучивались отдельные фильмы, которые зачастую шокировали профессиональную общественность и публику.

Привыкшие к изрядному ханжеству, но и высокому профессионализму советского кино зрители с изумлением встречали картины, созданные совершенно свободно - авторами в диапазоне от великой Киры Муратовой до "кооперативного" Анатолия Эйрамджана. Новые темы и жанры, откровенность высказывания, критичность, натурализм, насилие, эротика (все это и в отличном варианте, и в дурном) хлынули бы на экраны, да кинопрокат тоже приказал долго жить.

Но фильмы не желали томиться под кроватью в яуфах - больших железных круглых банках, куда складывались коробки с пленкой, а их создатели хотели славы (о деньгах сейчас промолчим). Так возникли новые кинофестивали. Актриса Ирина Шевчук (всенародно любимая Рита Осянина из фильма "А зори здесь тихие"), драматург Виктор Мережко (автор сценария "Полетов во сне и наяву") и организатор кинособытий Сергей Новожилов придумали "Киношок" в 1992 году.

Правообладатель иллюстрации Olga Sherwood
Image caption Спустя 24 года после основания фестиваля Анапа дружелюбна не ко всем

Полезно было понять, кто насколько "шокирован". Но жизненно важно москвичам казалось не потерять теснейшую связь с товарищами из бывших союзных республик - ради работы. За послевоенные десятилетия сложилось безусловно прекрасное кинематографическое пространство: все трудились со всеми на любой национальной киностудии, созданной с помощью спецов из столиц, беспрепятственно. Говорили же на одном языке, усвоенном в годы учебы во ВГИКе или на Высших курсах сценаристов и режиссеров в Москве, - языке соцреализма с подтекстами.

Довольно быстро эстетический "шок" исчез, само слово теперь осталось лишь в названиях фестивальных программ – скажем, "КиномалыШок" (понятно, детские фильмы) или "Границы шока" (короткометражное кино).

И общая "съемочная площадка" скоро обнаружила свою иллюзорность, что не помешало кинематографистам пятнадцати стран СНГ и Балтии – последовательно с яуфами, кассетами, дисками - два десятка лет собираться в Анапе. И, я не иронизирую, демонстрировать друг другу верность идеалам юности, накачивая их общечеловеческими ценностями и отменными кубанскими напитками разной степени крепости.

Дорожки явно расходились, чего "Киношок" старался не замечать. Антураж фонтана "Дружба народов" на церемониях открытия и закрытия фестиваля воспринимался уже не милой архаикой, а н

оящей вампукой из паутинного прошлого, но "Киношок" спасали фильмы, особенно неигровые и неформатные. Они свидетельствовали разную и горячую жизнь в наших странах вопреки изначально холодному общему понятию "СНГ".

У всех свое кино

Созданный людьми, воспитанными вне опыта политического сознания и действия, "Киношок" декларировал свою от политики отдельность: культура выше. В сентябре 2008-го, через месяц после известной войны, грузинские фильмы в программе остались, но их некому было представлять, и Резо Габриадзе на посту председателя жюри за пару дней до открытия заменил Андрей Битов. Грузия покинула СНГ в 2009-м, однако название фестиваля сей факт не зафиксировало.

В прошлом году две украинские картины вышли в лауреаты – лучшим режиссером признали Мирослава Слабошпицкого за его триумфаторское "Племя", Викторию Трофименко отметили за сценарий "Братья. Последняя исповедь" - при зияющем отсутствии авторов.

Нынче политика и экономика ударили по "Киношоку" дуплетом, и неясно, что сильнее. Казалось бы, под сенью государственной идеи "назад в СССР" и настырных попыток присобрать земли бывшей империи именно "Киношок" должен процветать, однако, дальше зачитанного на открытии церемониального приветствия председателя Госдумы Сергея Нарышкина дело не пошло. И министерство культуры, говорили в кулуарах, почти проигнорировало фестиваль: определило ему смешную сумму в последний момент. Бессменный генеральный директор Ирина Шевчук (у Новожилова свои проекты, Мережко занялся режиссурой) героическими, иначе никак, усилиями все же сохранила фестиваль.

"Киношок", не урезав программу, сократил число приглашенных участников и гостей. Но невозможно отделаться от ощущения, что страны СНГ (Украина на сей момент не вышла из этой структуры), Грузия, Латвия, Литва и Эстония не прислали нынче в Анапу официальные делегации, а то и вообще никого, вовсе не из-за денег.

Всегдашний программный директор "Киношока" Сергей Землянухин, единственный в России такой специалист по кино бывших советских республик, подчеркивает, что отказа в фильмах из-за политики не имел. А не приехали люди, поскольку боятся обструкции на родине – братство кинематографистов не аргумент.

Да и кончилось братство. У всех свое кино. Прибалты, особенно эстонцы, большинство фильмов делают в европейской копродукции; зарубежные продюсеры просят, как во всем мире, плату за фестивальный показ, а у "Киношока" денег нет.

Продюсерам неинтересны фестивали в России – картину для проката здесь все равно не приобретут, ибо затраты не окупятся. Кроме того, фильмы фестивального уровня – умные, строгие, грустные - нередко исследуют взаимоотношения России со своими ближайшими соседями, заставляя невольно ерзать в кинозале от стыда за прежнюю "политику партии"…

Получается, кинематографистам бывших советских республик нет резона стремиться на "Киношок". Звезды советской поры ушли в лучший мир или просто постарели, поколения сменились, молодые творцы учатся в киношколах Франции, Польши, Америки, часто не знают русского языка. Нельзя сравнивать ситуацию в прибалтийских и среднеазиатских странах, но и можно: многие таджикские и узбекские режиссеры тоже стремятся в Европу.

Россия для них провинция. Как и, приходится признать, для нас.

"Киношоку", давно уже не съезду советских кинематографистов и не Олимпийским играм шестой части суши, придется переформатироваться. Причин полно – от геополитических до творческих.

Но непонятно, как.

Солидарность и вина

Культура, без сомнения, выше политики. Однако в развитом обществе есть культура солидарности.

Две украинские девушки, авторы короткометражных фильмов, продолжили акцию солидарности с осужденным в России на двадцать лет режиссером Олегом Сенцовым, вот уже больше года идущую на кинофестивалях мира. На объявление итогов их конкурса Марина Врода (диплом за фильм "Улитки") вышла с табличкой Oleg Sentsov Free, на церемонии закрытия фестиваля снова ее надела и сказала, что оставит свой приз товарищу, режиссеру Никите Иконникову, - до поры, когда Олега освободят. Катерина Горностай (спецприз жюри и диплом Гильдии киноведов и кинокритиков за фильм "Поодаль") также оба раза просила в микрофон о поддержке.

Правообладатель иллюстрации Olga Sherwood
Image caption Украинский режиссер Марина Врода на объявлении призов конкурса короткометражных фильмов

Они дважды получили отклик – публично, однако завуалированно, что так свойственно вернувшемуся времени умолчаний, контекстов и подтекстов. Режиссер Михаил Сегал, член жюри короткометражного конкурса, сказал, четко повернувшись к Марине: "Мы согласны с Украиной… во всем". Актриса, режиссер и продюсер Рано Кубаева, член жюри конкурса полнометражного, объявила со сцены на закрытии: "За лучшую музыку к украинскому фильму "Полет золотой мушки" Ивана Кравчишина награждается Роман Дудчик. Украина, мы вас слышим!"

Я реалист и понимаю, что глупо пенять за молчание сотне кинематографистов – участников фестиваля. Аудитория - маленькая, только свои, и большая, с публикой на Летней эстраде Анапы - демарша украинских девушек как бы "не заметила". В дни фестиваля пришло сообщение о якобы заведенном уголовном деле против актрисы Ады Роговцевой. Ни слова никто не проронил, а она знаменита и любима в России, в отличие от Сенцова.

Страх, как известно, съедает душу.

Не знаю, почему, но я вспомнила 11 сентября 2001 года, когда весь многонациональный "Киношок" прилип к экранам телевизоров, снова и снова ужасаясь самолетам, бесконечно врезавшимся в башни. Кошмарную CNN-овскую "картинку" сначала приняли за дурную голливудщину. Ощущение вины кинематографа пришло далеко не сразу и не ко всем, но в центре внимания того "Киношока" немедленно оказались фильмы о войне - Великой Отечественной, карабахской, абхазской, чеченской, афганской, бойне "вообще"…

Детское счастье - кино

Нынче на "Киношоке" самым впечатляющим размышлением о войне стал фильм Зазы Урушадзе "Мандарины" (2013), созданный Эстонией и Грузией, получивший номинации на "Оскар" и "Золотой Глобус" среди неанглоязычных картин. Точнее, он о ценности жизни. Все можно преодолеть, лишь бы никого не убили. И еще он о настоящих мужчинах, об их братстве, которое сильнее голоса крови и денег. Война в Абхазии, 1992. В кадре эстонцы, грузин, чечен-наемник, абхазцы и русские. Старик Иво (Лембит Ульфсак) делает ящики для мандаринов и гробы. Мандарины выращивает и собирает Маргус (Эльмо Нюганен) – он менее всех к войне приспособлен, но убит, как солдат, фактически случайно русскими, которые стреляют без разбора. Поскольку совсем не ценят жизнь.

В России "Мандарины" до сих пор не были в прокате; "Киношок" представил картину в ежегодной программе, посвященной одной из стран. Нынче "В фокусе…" была Грузия, и пять ее фильмов – главная радость "Киношока". Плюс конкурсный "Там, за горами…" Левана Тутберидзе (роль Эки Молодинашвили названа лучшей). Плюс "Наш двор" из ретроспективы "Ленты памяти": ее автор, легендарный Резо Чхеидзе, скончался недавно. 1956 год, до расцвета грузинского кино далеко, но советская мифология "нашего двора", особенно южного, здесь уже в полный рост, и она отлично вмещает в себя парафраз классического эпизода танцующего Джина Келли из трофейных "Поющих под дождем"…

Правообладатель иллюстрации Olga Sherwood
Image caption Жюри возглавил театральный режиссер и художник Дмитрий Крымов

У кинематографа Казахстана (приз Жандосу Айбасову за мужскую роль в "Кенже" Ермека Турсунова), Киргизии (гран-при "Небесному кочевью" Мирлана Абдыкалыкова), Эстонии, Литвы ("Покой нам только снится" Шарунаса Бартаса отмечен за операторскую работу Эйтвидаса Доскуса, а также призом фестивальной прессы), Латвии (лучшим режиссером за фильм "Модрис" признан Юрис Курсиетис), похоже, температура нормальная. В северных странах снимают абсолютно общеконтинентальное кино; южные все еще заняты самоидентификацией: опираются на предания и пейзажи, но смотрят не на Россию, а на Европу и Америку.

Правда, ничто не поразило совершенством, все фильмы совпали с ожиданиями. Кроме двух российских картин, о которых неловко и говорить.

… А вот упомянутое грузинское кино даже более, чем в порядке. Зал аплодировал после "Слепых свиданий" Левана Когуашвили (2014). Жюри во главе с известным театральным режиссером и художником Дмитрием Крымовым, бодро поправ регламент, наградило эту внеконкурсную картину специальным дипломом. С детской, как сказал Крымов, формулировкой: "За фильм, который нам больше всего понравился".

Новости по теме