Блог Кречетникова: Зачем Москве Башар Асад?

  • 12 октября 2015
  • kомментарии
Владимир Путин и Башар Асад в Кремле (19 декабря 2006 года) Правообладатель иллюстрации RIA Novosti

Владимир Путин расставил точки над "i".

"Наша задача [в Сирии] заключается в том, чтобы стабилизировать законную власть и создать условия для поиска политического компромисса", - сказал он в воскресенье в интервью телеканалу "Россия-1".

Значит, не бороться с исламским фундаментализмом в лице "ИГ", а "стабилизировать" Асада. И соображения насчет страшной террористической угрозы для России, если имеют место, то не являются главными.

Ну, сказал правду, - слава богу. Исходя из конкретных действий российских военных в Сирии, об этом с самого начала операции и так все говорили.

Во время трехсторонних военных переговоров весной и летом 1939 года Лондон и Париж предлагали СССР поучаствовать в благородном деле борьбы с нацизмом, не рассчитывая на территориальные приобретения. Сталин сказал Георгию Димитрову: "Они хотели, чтобы мы батрачили бесплатно".

Ситуация очень похожая. Владимир Путин готов повоевать с "ИГ", и, возможно, даже надеется, что мир скажет ему за это "спасибо". Но платой должно стать превращение Сирии (на худой конец, того, что от нее останется) в сферу российского влияния. Никак иначе.

Справедливости ради, надо заметить, что Запад за четыре с лишним года гражданской войны и распада Сирии не решил проблему, и сейчас, похоже, не очень хорошо представляет, что делать. Так что Россия лишь заполняет вакуум. Насколько удачно - другое дело.

Режим "в законе"

В Москве особенно налегают на то, что поддерживают в Сирии "законную" власть и действуют по ее просьбе.

Вот интересно: как в России посмотрели бы на политика, который попросил бы иностранцев бомбить собственную страну?

В идеале, законной является исключительно власть, возникшая в результате свободных альтернативных выборов, а Сирией 45 лет правила диктаторскими методами одна семья.

В 1982 году во время восстания в Хаме по приказу отца нынешнего лидера артиллерия вела массированный огонь по жилым кварталам. Разброс данных о числе погибших, от 10 до 40 тысяч, говорит об одном: никто убитых не считал, и всякая гласность отсутствовала.

С другой стороны, разве Сирия в мире одна такая?

Некоторые эксперты высказывают мнение, что, если режим в той или иной стране не демократический, но народ терпит, значит, так тому и быть. А когда люди поднимаются на восстание, значит, допекло, и диктатор обязан либо уйти по-хорошему, либо, на худой конец, вступить в переговоры и обещать уступки. Легитимности лишают массовые репрессии.

Но, в целом, в спорных случаях надежных критериев законности нет. Кто кого хочет считать законным, тот так и заявляет.

Упрямство или безысходность?

Башара Асада поддерживают, в основном, сирийские алавиты (порядка 20% населения) и христиане (около 10%). Он не голый король, но лидер меньшинства.

Один российский эксперт в разговоре со мной на днях посетовал: почему мы опять действуем так прямолинейно? Почему не можем найти и приручить какую-то силу, не связанную ни с исламским фундаментализмом, ни с одиозным диктатором?

Боюсь, иной силы, которая устроила бы Москву, в Сирии нет.

Любая светская оппозиция, придя к власти, станет ориентироваться на США и Европу. Не будет российских баз в Тартусе и Латакии.

Не подходит даже вариант с косметической заменой Асада на какого-нибудь генерала из его же окружения. Генерал подумает-подумает, да и последует примеру Анвара Садата. Только Асаду путь на Запад отрезан, даже если сам захочет.

Правообладатель иллюстрации RIA Novosti
Image caption Российский истребитель-бомбардировщик Су-34 взлетает с аэродрома "Хмеймим" близ Латакии

Теоретически американцы могли бы пообещать базы и влияние в Сирии в обмен на отказ от Асада. Но Владимир Путин им не верит, а давать какие-то официальные обязательства от имени новых властей суверенного государства Вашингтон не может и не станет.

В России часто вспоминают слова госсекретаря Джеймса Бейкера, сказанные Михаилу Горбачеву в феврале 1990 года: "Мы понимаем, что Советскому Союзу важно иметь гарантии того, что не произойдёт распространения юрисдикции или военного присутствия НАТО ни на один дюйм в восточном направлении".

Ну, да, понимаем, а дальше-то что? Вольно же было вам слышать то, что хотелось!

Вот и с Сирией в случае чего будет то же самое, в этом в Кремле не сомневаются. Там вообще возобладала уверенность, что компромисс - путь к поражению, а залог успеха - быть жесткими и неуступчивыми, чем сильнее жмешь, тем больше выжмешь.

Надо сказать, нерешительность нынешней вашингтонской администрации дает для этого основания. Свергли бы Асада еще в 2011 году, как Саддама, и проблем бы не было. А теперь извините, вы пропустили ход, наша очередь сдавать!

То, что Асада ненавидит значительная часть собственного народа, российское руководство, судя по всему, не смущает.

Оно сильно сомневается в справедливости слов Наполеона о том, что на штыках нельзя долго сидеть. Еще как можно, если крепко держать вожжи и не слушать лукавых советов! Оно и применительно к своей стране считает авторитаризм нормальным, законным, даже в чем-то предпочтительным способом управления обществом.

Прогнозы и фантазии

Так что к российским действиям в Сирии можно относиться по-разному, но в парадигме нынешней кремлевской политики они объяснимы и логичны.

Что из них выйдет - жизнь покажет.

Есть четыре варианта: оптимистический, два пессимистических и средний, он же самый вероятный.

Первый: всякое сопротивление в Сирии уничтожено, власть официального Дамаска утверждается по всей стране, какие-то люди, называющие себя умеренной оппозицией, соглашаются войти в правительство на условиях полного подчинения, и это назовут политическим компромиссом.

Правообладатель иллюстрации AP
Image caption Ближний Восток - вечная зона конфликта

Второй: режим разгромлен, российские летчики и моряки собирают пожитки под гогот "воинов Аллаха" и автоматные очереди в воздух.

Третий: гордость мешает признать поражение, вопреки заверениям Путина, в Сирию все-таки идут российские наземные части, а навстречу цинковые гробы.

Четвертый: вокруг Дамаска и в районе Латакии и Тартуса, где компактно проживают алавиты, формируется устойчивая "малая Сирия", на остальной территории идет вялотекущая война, российское участие ограничивается авианалетами.

Остается последний и главный вопрос: зачем вообще все это? Не сменить ли парадигму? Не озаботиться ли сырьевой зависимостью, нищенскими пенсиями и разбитыми дорогами, а не Ближним Востоком? Ему полвека с лишним никто не может дать ладу, и еще столько же не даст, а кому охота пробовать, флаг им в руки.

Но такой вариант для презирающего ягодки и медок "мишки" - из разряда фантастики.

Новости по теме