Блог: наблюдая суд по делу Брейвика в прямом эфире

  • 16 марта 2016
  • kомментарии
Андерс Брейвик в суде Правообладатель иллюстрации Getty
Image caption На суде Андерс Брейвик заявил, что будет бороться за национал-социализм до смерти

В спортзале тюрьмы Шиен, что в двух часах езды к юго-западу от Осло, идут слушания по делу Андерса Брейвика, ранее приговоренного к максимальному сроку – 21 году лишения свободы – за убийство по политическим мотивам 77 человек в июле 2011 года.

Брейвик, с той поры находившийся в одиночке, подал в суд на норвежское государство за негуманное обращение с собственной персоной.

Его адвокаты говорят, что изоляция - это дополнительное наказание, сверх лишения свободы на 21 год, и ссылаются на фундаментальный принцип норвежской пенитенциарной системы, гласящий, что заключение - это лишение свободы, но не прав человека.

Так, согласно тюремным отчетам, в одном только 2011 году на Брейвика надевали наручники 700 раз, а в 2012-м – более тысячи раз. С момента его ареста и до 2013 года включительно Брейвика заставляли раздеваться догола и обыскивали 392 раза, т.е. в среднем чуть ли не каждый второй день.

По подсчетам самого Брейвика, этих обысков примерно за тот же период было 886. Многие такие обыски проводились по ночам.

Не очень понятно, что у него могли найти, если учесть, что со всеми своими посетителями, за исключением матери (навестившей его единственный раз до своей смерти в марте 2013-го), он был вынужден общаться через прозрачную перегородку.

В основном собеседники Брейвика – тюремный персонал и прочие профессионалы. Его родственники и друзья в большинстве своем отвернулись от него. Любые его контакты с внешним миром тщательно контролируются, а личная переписка подлежит перлюстрации, что, по мнению Брейвика, нарушает право на частную жизнь.

Наблюдать за прениями сторон можно в прямом эфире по интернету, чем я и занимался. Адвокат истца утверждал, что теперешняя жизнь Брейвика немногим лучше смертной казни (которая в Норвегии отменена). А также ссылался на прецедент – международного террориста Ильича Рамиреса Санчеса по прозвищу Карлос Шакал. В свое время Шакал отсидел во французской одиночке восемь лет, и пятеро из 15 судей в Европейском суде по правам человека сочли тогда, что это слишком длительная изоляция.

Но условия у Карлоса Шакала были еще сравнительно мягкие: за восемь лет посетители нанесли ему около 1500 визитов – безо всякой прозрачной перегородки. (Добавлю, что несколько сотен таких визитов пришлись на долю адвоката Изабель Кутан-Пейр, на которой Шакал Ильич впоследствии женился.)

В свою очередь, адвокат ответчика возражала в том смысле, что изоляция Брейвика – это просто меры, применяемые к заключенным строгого режима, в данном случае необходимые, чтобы лишить Брейвика возможности тиражировать свои идеи. Что из примерно 4000 писем, полученных и отправленных Брейвиком за неполные пять лет пребывания в тюрьме, было арестовано лишь около 600 (т.е. 15%) – в том числе письма, адресованные лицам, отбывающим срок в разных странах мира за преступления, похожие на те, что совершил сам Брейвик. И зачитывала цитаты из таких писем, свидетельствующие о том, что Брейвик стремился установить контакт с возможными единомышленниками.

Одиночки в Норвегии и России

Зачем мне все эти подробности, спросите вы. А затем, что, как и многие ценители свободы, я регулярно размышляю о тюрьме. И года полтора тому назад даже соредактировал сборник статей о российской тюремной культуре. В процессе работы над которым выяснилось, что изучать российскую тюремную культуру в отрыве от мировой достаточно бессмысленно.

Простейший пример: вот Брейвик рвется из одиночки на публику. А некоторые российские камеры, особенно на стадии предварительного заключения, так переполнены, что содержащиеся там арестанты, наоборот, похоже, не прочь оказаться в одиночке. (В Норвегии проблема перенаселенности тюрем тоже имеется, но решается она иначе: приговоренные терпеливо ждут, пока для них освободится место. В 2014 году в такой очереди числилось около 1300 человек, и было решено разгрузить ее с помощью взятия в аренду камер, пустующих в Нидерландах.)

Сколько народу сидит в российских одиночках? Трудно сказать. Как и в Норвегии (и во многих других странах), одиночное заключение в России - так называемый штрафной изолятор - как правило, применяется в качестве наказания за нарушение режима. Обычно наказание это является относительно краткосрочным – максимум до шести месяцев. Но если во время пребывания в изоляторе заключенный, по мнению администрации, снова что-то нарушил, срок может быть продлен. Кроме того, по постановлению администрации (а иногда и по просьбе самого заключенного в случаях, когда его жизни угрожает опасность), одиночное заключение может применяться к приговоренным пожизненно.

В Норвегии, впрочем, почти 90% приговоров выносится на срок меньше года. А преступников с максимальными приговорами, как у Брейвика, чуть менее 100. При этом уровень рецидива в стране (т.е. количество заключенных с повторными сроками) – один из самых низких в мире, 20% (в России, по разным данным, 30-70%). Несмотря на то, что некоторые тюрьмы в Норвегии скорее напоминают санаторий.

Мои знакомые навещали одну такую тюрьму. Оговорюсь сразу: приезжали в гости не к заключенному, а к сотруднику. Выглядела тюрьма, как идиллическая деревня, правда, с контрольно-пропускным пунктом на входе. Мало того, что при тюрьме работал вольнонаемный садовник, арестантам разрешалось даже рыбачить. Проезжавшие мимо иностранные туристы отметили это место (название которого не разглашаю) как заслуживающее того, чтобы быть упомянутым в гидах по Норвегии. Впрочем, посторонних туда не пускают без особого разрешения. Беспокоятся, наверное, что от желающих отбою не будет.

Фундаментальные принципы

Но вернемся к Брейвику, который считает норвежскую пенитенциарную систему антигуманной.

Ожидается, что его процесс против Норвегии завершится в пятницу. Будут заслушаны свидетели обвинения и защиты – помимо самого Брейвика (речь которого должна продлиться три часа), восемь человек, главным образом тюремные чиновники, врачи и психологи. Исход слушаний предсказать не берусь.

Что касается его будущего, то много пишут о том, что 21 годом не обойдется, срок могут потом продлить. Но при этом теоретически, если Брейвик успешно пройдет курс реабилитации и перестанет считаться опасным для окружающих, приговор может быть пересмотрен и в его пользу уже через пять с небольшим лет. Еще один из фундаментальных принципов норвежской системы уголовных наказаний - убеждение, что человеку нужно дать шанс исправиться, и даже Брейвик не может считаться исключением.

А вот наступит ли когда-нибудь время, чтобы по интернету можно было наблюдать прямую трансляцию из зала российского суда, где слушалось бы дело российского заключенного, обвинившего российские тюремные власти в негуманном обращении с ним?

Новости по теме