Газовая сделка с Китаем: достижение, но не прорыв

  • 22 мая 2014
  • kомментарии
Правообладатель иллюстрации RIA Novosti

Заключенный во время визита Владимира Путина в Пекин 30-летний контракт на поставку в Китай российского газа - событие, безусловно, не рядовое.

"Сделкой века" я бы это не назвал, но это важное достижение", - выразил общее мнение экспертного сообщества независимый нефтегазовый аналитик Дмитрий Лютягин.

Важен, прежде всего, сам факт выхода "Газпрома" на колоссальный и перспективный рынок на постоянной основе.

Российско-китайские переговоры по газу шли более 10 лет. Рамочное соглашение о намерениях было заключено в 2009 году. Но до сих пор дело не двигалось.

Все упиралось в цену.

Жесткий торг

Китайская элита отличается исключительным рационализмом и прагматизмом. Пекин никому не раскрывает объятия и кошелек "по-братски" и ни с кем не ссорится из-за вещей, прямо его не затрагивающих. Не политизирует бизнес, но свой экономический интерес отстаивает твердо, торгуется до упора.

Китай закупает дешевый газ в Туркмении, в отличие от Европы, особо не оглядываясь на экологию, в огромных количествах потребляет уголь, а в перспективе обладает крупнейшими в мире запасами газоносных сланцев.

Конкретные ценовые параметры в ходе переговоров по газу обычно держатся в секрете. Но, по данным нефтегазового аналитика Михаила Крутихина, до сих пор китайцы предлагали такие условия, при которых "Газпрому" пришлось бы торговать в убыток.

Надо учитывать, что российский газ добывается в суровых условиях Сибири и транспортируется потребителям по тысячекилометровым трубопроводам - он всегда будет объективно дороже, чем в Алжире или Катаре.

Согласно неофициальной информации, "вилка" российских предложений составляла 400-450 долларов за тысячу кубометров.

Завотделом нефтегазового комплекса ИНЭИ РАН Татьяна Митрова называет "цену отсечения", выше которой начинается рентабельность: 350-360 долларов .

По имеющимся данным, именно на этом и сошлись стороны в ходе переговоров в Пекине. То, что потребовалось личное участие первых лиц, и то, что Владимир Путин и Си Цзиньпин накануне подписания контракта заседали до рассвета, показывает, насколько напряженным был торг и то, что компромисс во многом носил политический характер.

Почва для компромисса

Заинтересованность России в расширении и диверсификации экспорта в условиях охлаждения отношений с Европой очевидна.

Не менее очевидно стремление Пекина воспользоваться нынешним положением Москвы, чтобы теснее привязать ее к себе экономически и политически. Дело, в конце концов, не только в газе. Китайские стратеги умеют считать на десятилетия вперед.

Поднебесная с каждым годом становится богаче, а бурный экономический рост предопределяет неуклонное повышение потребности в энергоносителях. Чем больше газа из разных источников, тем лучше.

Не исключено, что китайцы решили, что могут, наконец, позволить себе приблизиться к мировым экологическим стандартам и сократить, или по крайней мере не наращивать сжигание угля.

Вероятно, в этих условиях цена в 350-380 долларов за тысячу кубометров уже не показалась им чрезмерной.

Бумага и овраги

Между тем с практической реализацией и реальной отдачей от сделки все обстоит неоднозначно.

В любом случае поставки начнутся не завтра. Сначала надо завершить сооружение газопровода "Сила Сибири" и увеличить добычу на Чаяндинском и Ковыктинском месторождениях. Эксперты оценивают сроки предстоящих работ в четыре-пять лет, а стоимость в 55 млрд долларов.

Владимир Путин уже назвал их "без преувеличения, самой крупной стройкой на ближайшие четыре года".

Очевидно, что без китайского финансирования не обойтись. Но на каких условиях?

Трубопроводный транспорт в России является государственной монополией. Владеть и управлять "трубой" на своей территории Москва Пекину вряд ли позволит.

Возможно, Китай предоставит России крупный кредит. Но ни о чем таком по итогам визита Путина речь не шла.

Image caption Развитие инфраструктуры потребует колоссальных инвестиций

По мнению директора East European Gas Analysis Михаила Корчемкина, для стройки выгоднее было бы нанять китайских подрядчиков: у них затраты на километр в три раза ниже, чем у российских компаний.

Таким образом, впереди новые сложные переговоры и согласование разнообразных интересов.

Часть российского общества и комментаторов увидела в сделке "наш ответ Чемберлену": Запад грозит санкциями, а нам не страшно, вот возьмем, и по завету Петра Великого повернемся к Европе задом!

Анализ контракта показывает, что желаемое выдается за действительное.

Речь идет о поставке в Китай 38 млрд кубометров газа в год. В Европу и Турцию Россия в 2013 году поставила 162,5 млрд кубометров.

По словам Дмитрия Лютягина, чтобы сколько-нибудь существенно ослабить зависимость от европейского газового потока, экспорт в Китай надо нарастить минимум до 100 млрд кубометров в год.

Судя по всему, российское руководство это понимает. Патриотические разговоры разговорами, а дело делом.

В недавнем интервью "Комсомольской правде" премьер Дмитрий Медведев заявил: "Мы хотели бы торговать и на Запад, и на Восток", - и напомнил про российского орла, который, как известно, смотрит на две стороны.

Геополитический пасьянс

Китай славится умением извлекать выгоду из любых мировых конфликтов, как в притче о мудрой обезьяне, наблюдающей с горы за схваткой тигров, которую, бывало, любил цитировать Мао Цзэдун.

Эксперт-международник Владимир Сажин полагает, что от событий вокруг Украины в мире выиграли две страны: Китай и Иран.

Пекин последовательно не одобряет пересмотра границ, сепаратизма и внешнего вмешательства в дела суверенных государств. Свою позицию по Украине он ясно выразил при голосовании в ООН. Однако от резких заявлений воздерживается, санкций против Москвы не вводит, а заключает с ней торговые соглашения и без лишнего шума обсуждает участие в строительстве моста через Керченский пролив. При этом на Украине, скорей всего, тоже свое не упустит.

Что касается России, есть мнение, что она объективно ни по каким параметрам не является ни первой, ни даже второй мировой державой и не имеет иного выбора, кроме как присоединиться в качестве младшего партнера либо к США, либо к Китаю. По идеологическим соображениям Кремль выбирает Китай, с которым его роднят тяготение к авторитарной модели общества и консервативным ценностям и нелюбовь к свободе.

Данная точка зрения близка представителям противоположных политических флангов: левым государственникам и либералам, только первые горячо одобряют этот подход, а вторые горюют.

Центристские и близкие к официальной позиции наблюдатели склонны полагать, что кредо Владимира Путина заключается не в примыкании к кому-либо, а в сохранении баланса и независимости в духе знаменитой инструкции Екатерины II своим дипломатам: "Ни за кем хвостом не тащиться".

Замдиректора Института Дальнего Востока РАН Владимир Портяков уверен, что статус "третьей силы" можно сохранять неопределенно долго.

"Главная цель России - неограниченный суверенитет и полная свобода рук, - говорит он. - Раз уж мы не стали ничьим младшим партнером в 1990-х годах, то теперь как-нибудь обойдемся".