Майкл Найман: у композитора и сантехника много общего

  • 15 сентября 2010
Майкл Найман
Image caption Найман рассказал, что его первый фотоаппарат был сделан в СССР

В Москву приехал известный британский композитор Майкл Найман, чья музыка звучала во многих кинофильмах режиссера Питера Гринуэя. Найман привез в Москву свой фильм "Найман с киноаппаратом".

О его картине, российских зрителях и отношениях между Россией и Британией с композитором поговорил корреспондент Русской службы Би-би-си Олег Михайлов.

Олег Михайлов: Вы не впервые приезжаете в Россию. Вы были здесь много раз. Что вы приготовили российской аудитории теперь?

Майкл Найман: Это презентация фильма, и я надеюсь на дискуссию с теми, кто придет. Главное событие - показ фильма, который я сделал, и премьера которого состоялась на фестивале в Торонто. Его название – "Найман с киноаппаратом". Это моя версия работы режиссера Дзиги Вертова "Человек с киноаппаратом". В нем та же музыка, которую я написал к картине Вертова. В моем фильме также точные параллели с Вертовым. Я тщательно и сознательно заменил все его образы своими.

О.М.: Это шанс увидеть другого Майкла Наймана? Эта картина рассказывает о вас как о фотографе, не так ли?

М.Н.: Все фотографии - мои, так же как и видеосъемка. Эти кадры были собраны в 20 разных странах на протяжении 20 лет. Некоторые из них немного архаичны, что-то было снято во время моей поездки в Москву в 1998 году. У меня большой архив изображений. Эту коллекцию я использовал для создания "Наймана с киноаппаратом". Интересно то, что на английском название фильма Вертова звучит как Man with а movie camera, очевидно, что Nyman with a movie camera - отличная находка. Я думаю, еще один язык, в котором это можно оценить – это шведский, где Найман – очень распространенная фамилия.

О.М.: Как у вас появился интерес к фотографии?

М.Н.: Стихийно. Примечательно, что я не помню, чтобы я ребенком делал фотографии. Никаких подтверждений этому нет, не припомню у себя фотоаппарата. Первый опыт съемки, отложившийся в памяти, я думаю, у меня был в 60-е годы, и моя первая 35-миллиметровая камера была советской. А с 90-х годов, куда бы я ни отправился – в Москву, в Тегеран, куда угодно - я всегда носил с собой либо видеокамеру, либо фотоаппарат.

О.М.: Говоря о России, что вы думаете о российской аудитории и русских людях, о том, как они к вам относятся? Каково это - быть среди них?

М.Н: Ну, это довольно интересно. Когда я впервые приехал сюда, я был удивлен той теплотой, с которой я был принят, а также познаниями аудитории. Я помню , как поздней ночью сидел в радиостудии, и в это время приходили звонки со всей России. С одной стороны, они были очень восторженные, с другой стороны, очень осознанные. Люди задавали мне вопросы об индивидуальных аспектах моей работы, они производили впечатление очень осведомленных о том, что я делаю. Все это было еще в доинтернетовскую эру. Я был польщен, хотя считал, что тогдашняя ситуация в стране несла на себе следы коммунизма.

О.М.: Насколько сильные у вас связи с Россией? Следите ли вы за тем, что происходит и что меняется в России? За политической ситуацией?

Image caption Майкл Найман сделал себе имя на музыке к кинофильмам

М.Н.: Я думаю, что если ты в любой стране лишь на короткое время, то тяжело все с ходу понять. Ты пытаешься просто найти дорогу в городе. Похоже, существует большой разрыв между тем, что ты видишь и тем, как это отображается в западной прессе. Типа образа премьер-министра Путина, представленного британскими газетами в определенном свете, возможно, по особым идеологическим причинам. Это касается российской политики. Возможно, россиянам это тяжело читать. Ну например, каков баланс сил между президентом и премьером. Или каковы отношения и договоренности с так называемыми врагами Запада, например с Ираном. Это слишком сложно.

Про себя скажу – я ничего не знаю, но буду рад выяснить.

О.М.: На ваш взгляд, крепки ли культурные связи между Россией и Великобританией и сказываются ли на них отношения между двумя странами? Может ли культура помочь в формировании и укреплении таких взаимоотношений?

М.Н.: Возможно, культура – единственное средство общения между сверхдержавами. Я знаю историю с закрытием офисов Британского совета. Это все псевдопродолжение "холодной войны". Псевдошпионская история с так называемыми шпионами в США. Очень тяжело добраться до правды. Искусство, музыка должны проникать в другие культуры. Особенно музыка, которая не имеет дела с языком. Я нахожусь в очень выгодной позиции, музыка, которую я пишу, во многом определяется той культурой, в которой я вырос, и тем, что я беру из других культур. Это комбинация моих знаний музыки барокко, смешанных с моими познаниями об американском минимализме. Из этого удивительным образом получается что-то вселенское.

Что касается классики, то я только что договорился о музыке для оперы. Это будет новый пролог к опере Перселла "Дидона и Эней". Предложение об этом проекте пришло из Москвы.

О.М.: Возможно, мы вскоре увидим российский фильм с вашей музыкой?

М.Н.: Это было бы неплохо. Проблема композитора, пишущего для кино, та же, что и у любого, кто занимается обслуживанием. Любой сантехник может сказать – я сантехник, но он не сможет использовать свои навыки, пока кто-то не попросит его об этом. Может быть, у многих проблемы с трубами, но они зовут 20 других водопроводчиков, но не тебя. Так что пока тебя не пригласят, сделать ты ничего не можешь. Если меня попросит написать музыку русский режиссер, я почитаю сценарий, обсужу предложения, и если это будет интересно обоим – с удовольствием. Сочинение музыки к кинокартине – крайне сложное дело. Оно иногда занимает много времени, иногда требует активного обмена идеями. Но, в конечном итоге, это того стоит.

Новости по теме

Ссылки

Би-би-си не несет ответственности за содержание других сайтов.