Почему Путину стало сложнее управлять современной Россией?

  • 5 сентября 2016
Путин во время празднования Дня Победы Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Многие из критикующих власть, по мнению Путина, предлагают поверхностные и малореалистичные решения проблем

Президент России Владимир Путин в интервью агентству Блумберг отметил, что сейчас управлять страной более сложно, чем раньше, и связал это с развитием "процессов внутренней демократии".

"Сейчас Россией легче или сложнее управлять?" - спросил Путина главный редактор агентства Блумберг Джон Миклтвейт.

"Думаю, что сложнее, потому что все-таки при всей критике со стороны, прежде всего, наших западных партнеров у нас развиваются процессы внутренней демократии", - ответил президент.

В пример он привел надвигающиеся парламентские выборы, в которых будет участвовать, по его словам, больше партий, чем в предыдущие годы. Партии "выходят на экраны телевизоров, в средства массовой информации, в газеты". И все они "критикуют власть", но при этом, по мнению Путина, предлагают поверхностные и малореалистичные решения проблем.

Русская служба Би-би-си решила спросить историков, действительно ли нынешней Россией сложнее управлять, чем, скажем, Россией времен упомянутых Путиным в том же интервью Николая II, Хрущева или Брежнева.

На вопрос Би-би-си отвечают профессор факультетов истории и истории искусств Европейского университета в Санкт-Петербурге Евгений Анисимов, директор "Фонда эффективной политики" Глеб Павловский, который обучался на историческом факультете Одесского университета, и историк Андрей Зубов, ранее профессор МГИМО, а ныне кандидат в депутаты на предстоящих выборах в Госдуму.

Евгений Анисимов, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге:

"Самое главное слово сейчас - глобализация. Во-первых, сейчас власть не в состоянии контролировать общество так, как прежде. В сущности, Советский Союз рухнул, потому что появился телефон, передающий текст. В итоге информацию стало невозможно утаить (раньше это было чрезвычайно важно для системы управления).

Теперь достаточно разместить в "Фейсбуке" или "Инстаграме" информацию, чтобы она стала достоянием сотен тысяч или даже миллионов людей. Конечно, управлять государством стало значительно труднее.

Во-вторых, мы живем в обществе, в котором уже, можно сказать, четыре поколения "необстрелянных". Люди в целом и особенно молодежь стали намного свободнее, их невозможно обмануть.

Первый и второй каналы смотрят в основном люди пожилые. Молодежь, конечно, это не смотрит.

Да и я сам, у меня времени нет смотреть даже "Дождь", мне приходит уведомление от "Медузы", я ее открываю и быстро просматриваю информацию. Мне кажется, многие поступают так же.

В этом смысле управление государством усложнилось. Но речь идет, в первую очередь, о государстве авторитарном. Если говорить о государстве демократическом, то управлять им гораздо легче.

Например, огромные полномочия даны местным органам. Не надо просить президента, чтобы он починил канаву. В этом смысле расширение демократии в России - это насущная проблема управления этой страной.

Я убежден, что ячейки гражданского общества в России будут все время расширяться. В этом случае управлять страной будет становиться все тяжелее.

Я вообще считаю, что для управления страной сейчас нужно иметь специальное образование. Уже недостаточно быть гражданином и порядочным человеком, нужно обладать знаниями технологии управления, а это для элиты не такая уж и обязательная вещь.

Управление государством поэтому стало значительно сложнее, чем при Петре I, когда, например, указ из Санкт-Петербурга в Охотск шел девять месяцев. Сейчас это происходит мгновенно.

Поэтому я принадлежу к тем ругаемым либералам, которые считают, что демократия улучшает управление".

Глеб Павловский, директор "Фонда эффективной политики":

"Мне не вполне ясно, что почтенный президент понимает под демократией, которая затрудняет управление. Управление в России сейчас просто является очень слабым и плохим. Сравнивать это с временами империи или коллективизации нелепо.

Управление слабое, потому что за прошедшие 16 лет правления не был выстроены институты и бюрократические аппараты. Существует некое месиво взаимодействия разных ведомств, в которых часто управление замещается имитацией и лояльностью.

У нас ведь нет правительства как вершины исполнительной власти. Правительство представляет собой второй дополнительный секретариат или вторую администрацию президента, которая может получать указания разного рода от самого президента, помощников и близких людей.

Путину не удалось выстроить ту самую вертикаль государственной власти, которую он обещал, приходя в Кремль. Власть есть, но она не государственная, она принадлежит разным группам, которые между собой договариваются и соблюдают баланс.

Правление у нас представляет баланс, а также его нарушения и восстановления между закрытыми от общества группами внутри власти. Это нельзя назвать хорошим управлением, поэтому страна сейчас в кризисе.

"Единая Россия" вообще не имеет отношения к власти. "Единая Россия" - это еще один параллельный информационный аппарат, от части это еще и аппарат кадрового лифта. Дума, как известно, не ведет самостоятельной деятельности и не представляет страну.

Это не значит, что страна не работает. Наша система состоит в том, что отдельно существует замкнувшаяся, но очень гибкая, динамичная и монопольная система власти. И отдельно существует гигантский мир, гигантская страна, которая связана с миром истеблишмента в основном через бюджет и разнообразные ограничения, которые возникают и которые люди умеют обходить.

Путин говорит правду, он просто устал. Он выстроил систему, в которой нет делегирования власти, нет должного распределения ее и нет ясных зон ответственности. Он обитает в таком пентхаусе с отдельным лифтом от всей основной пирамиды. Он теперь даже не принадлежит к кругу своих ближайших друзей.

Но он все равно испытывает трудности, связанные с ненормальным характером принятия решений, потому что политику нельзя совсем устранить. Если вы убрали политику из публичной сферы, она переходит в аппаратную сферу.

Президент оказывается невольным арбитром между аппаратными группами. Это можно проследить с историей о продаже "Башнефти". (...)

Таким образом, я думаю, что Путин во многих случаях не принимает реальных решений, потому что очень озабочен созданием эмблемы единолично решающего человека. Это вообще ненормально для сознания. Ведь надо же уверять себя каждый день, что ты являешься автором происходящего, но ты им не являешься. (...)

Сравнение с прошлыми российскими правителями имеет смысл лишь в одном отношении: они все почти без исключения особенно во второй половине своего правления превращались в жертву своей монопольной системы принятия решений. В русской истории всегда заметна разница между оптимистической началом и ужасающим финалом".

Андрей Зубов, бывший профессор МГИМО:

"Я понимаю, что править было тяжело всегда, когда правитель хочет управлять народом. Люди всегда хотят чего-то своего, их надо заставить, чтобы они искали не своего, а воли правителя. Поэтому Иван Грозный проливал моря крови. То же самое делал Петр I.

Николай II пытался сопротивляться, но в итоге даровал конституцию. Большевики постоянно принуждали народ к повиновению самыми жестокими мерами.

Воля людей к свободе не увеличивается, но она всегда высока. Так складываются обстоятельства, что ее не всегда можно подавить. Нельзя было подавить волю к свободе в начале XX века, когда рухнула императорская Россия. Также, видимо, невозможно было ее подавить в конце 1980 - начале 1990-х годов, когда рухнул коммунистический режим.

Видимо, сейчас приближается новый момент, когда общество опять созрело для свободы. Оно открыто Западу, уже намного больше знает о том, как живет мир демократии. Оно уже знает это не по книжкам, а видит это в натуре, многие там живут и учатся.

В этом смысле желание править народом - это само по себе пагубное желание. Надо не править народом, а сделать так, чтобы народ управлял страной, а президент и совет министров исполняли волю, выраженную парламентом и местным самоуправлением. Тогда будет намного проще.

Когда правитель пытается подавить народ и принудить его к своей власти, тогда всегда тяжело и очень часто кроваво. Когда правитель хочет править по воле народа, тогда пусть не всегда хорошо получается, но править намного легче".

Новости по теме