"Пятый этаж": о перспективах паралимпийского спорта

  • 7 сентября 2016
Протезы паралимпийца Правообладатель иллюстрации AP
Image caption Для некоторых паралимпийцев спорт является не только возможностью самореализации, но и почти единственным достойным заработком

Сегодня в Рио-де-Жанейро открываются Паралимпийские игры 2016.

За 11 дней на Играх разыграют 528 комплектов медалей в 22 видах спорта.

Российской сборной на Паралимпийских играх на будет - ее в полном составе отстранили от участия еще в августе за допинг.

Однако допинг - отнюдь не единственная проблема, связанная с Олимпийскими играми для спортсменов с ограниченными возможностями, а некоторые комментаторы считают эти соревнования изначально нечестными и даже неспортивными.

Так ли это?

Ведущий программы "Пятый этаж" Михаил Смотряев беседует с заслуженным тренером олимпийской и паралимпийской сборных России по плаванию Сергеем Жилкиным и заместителем главного редактора газеты "Советский спорт" Игорем Емельяновым.

Михаил Смотряев: Перед началом Олимпийских Игр всего несколько недель назад, об этом говорили везде, а перед началом Паралимпийских игр, в общем-то, тишина. Они не похожи друг на друга по задачам, которые они преследуют?

Сергей Жилкин: Задачи у них разные. Паралимпийские создавались для того, чтобы занять спортсменов, которые получили инвалидность во время Второй мировой войны, эта идея появилась в Англии. Цель была - реабилитация. Это уже потом пошли соревнования, медали и так далее. А Олимпийские изначально создавались, чтобы выявить сильнейшего. Хотя и те, и другие, должны служить популяризации физической культуры среди здоровых и инвалидов. Спорт - это огромный бизнес, который заинтересован больше в Олимпийских играх, и поэтому по-разному эти игры спонсируются. В России только недавно Паралимпийские игры начали финансироваться, и поэтому сразу такой скачок произошел.

М.С.:Я не имел в виду зрелищность, скорее, отношение зрителей.

Игорь Емельянов: Отношения разнятся кардинально. Это в России ощущалось вплоть до сочинских Игр, которые впервые были показаны на всю страну, и люди болели за финал хоккея так, как не болели за здоровых хоккеистов. Но это - исключения из правил. Даже, если не касаться вопроса зрелищности, Паралимпийские игры и паралимпийский спорт остаются на периферии общественного мнения. Спортсмены на Олимпийских играх показывают мировые рекорды, и зрители хотят, чтобы их дети выросли такими, а спонсорам хочется, чтобы их продукты пришли в каждый дом. А Паралимпийские игры не окупятся никогда, это гуманитарная, благотворительная акция.

М.С.: Большие игры - большой допинг, хотя он не самая большая проблема Паралимпийских игр. Там есть и свои специфические способы вести себя не очень честно. Проблемы большого спорта перекочевали и сюда. Удивительно ли это?

С.Ж.:Я могу ответить только за плавание, но за всю историю паралимпийского плавания в России и СССР ничего подобного не было, ни одной положительной пробы. А насчет специфических моментов - да, может быть неправильная классификация. Скажем, у меня спортсменка плывет с одной рукой, а рядом с ней плывет с руками и с ногами. То есть имеет заведомое преимущество.

М.С.:Из большого спорта в паралимпийский пришли разные способы обойти систему. Почему это произошло, раз это благотворительность, которая не окупается?

И.Е.:Государство обратило внимание на паралимпийский спорт несколько циклов назад. Как только это случилось, пошли вложения в спортсменов, их подготовку, создание баз. И было объявлено, что призовые будут такими же, как и на Олимпийских играх. Это имело очень сильный эффект. Это был прорыв, люди поняли, что за свои усилия они получат деньги за свои 4-8летние усилия, и на эти деньги можно будет нормально жить.

Сейчас соревнования паралимпийцев в России происходят на базе на озере Круглом под Москвой, на базе сборной в Новогорске, гребцы соревновались в Крылатском. То есть были брошены серьезные ресурсы, чтобы поднять это на серьезный уровень.

М.С.: Но это характеризует страну. А среднему инвалиду, который не занят в играх, живется совсем несладко. Поэтому и стимулы такие сильные. А в Европе ситуация несколько другая. Можно ли говорить, что паралимпийское движение сейчас переживает эпоху подъема?

И.Е.:Наверное, да. В 1998 году я видел, как на гонках колясочников, после соревнования, в глазах наших ребят, в их сознании что-то перевернулось - они увидели, как легко и естественно ведут себя инвалиды из других стран. Сейчас такой переворот, очень важный, происходит массово в странах Восточной Европы, бывшего соцлагеря, где на инвалидов стали обращать больше внимания.

В Западной это было уже раньше. Третье место Британии в домашних играх, 120 медалей сыграли свою роль. Государственная политика в отношении инвалидов учитывает и их успехи в спорте.

М.С.:Об этом говорили и сегодня - игры в Рио должны стать переломным моментом в паралимпийском движении, и вообще в спорте для людей с ограниченными возможностями.

С.Ж.: Начали даже строить специальные стадионы для паралимпийцев. В СССР инвалиды сидели дома. А сейчас появилась возможность жить нормальной жизнью. Появились пандусы, пусть не везде. Люди поверили, что жизнь не закончилась на том, что с ними произошло. И это пример другим людям.

Одно дело, когда человек - инвалид с детства, а другое, когда он, в расцвете сил, попадает в ситуацию, которая делает его другим. И паралимпийский спорт помогает им выйти из депрессии.

М.С.:Но любое хорошее может испортить бюрократическая машина. Это к вопросу уже упомянутой классификации. Я попытался разобраться, как это работает в разных видах спорта - это не одна страница текста. Не ставит ли эта система спортсменов в заведомо неравные условия, что уничтожает то, ради чего они затевались - честный спортивный дух.

И.Е.:Я не смогу ответить на этот вопрос подробно. Вчера мы говорили об этом со старшим тренером сборной России Ириной Громовой и четырьмя паралимпийцами. Все они признавали, что система классификации не вполне справедлива.

М.С.: Пример, который привел Сергей Валентинович, конечно, вопиющий, и, наверное, не единственный?

С.Ж.:Да. Классификация несовершенна, и находятся люди, которые хотят ее обмануть. Возможно, это еще связано с тем, что классификаторы - это волонтеры. Очень мало профессиональных врачей ее проводят.

М.С.: Наверняка какую-то часть денег, которые делаются на обычных Олимпиадах, можно было бы потратить на врачей. Тем более что система для разных видов спорта утверждена именно Олимпийским комитетом.

С.Ж.: Система-то международная. Одно дело, когда классификация проходит внутри страны, она тоже идет по международным правилам. Но международная классификация должна проводиться профессионалами, и быть детально разработана врачами. Мы имеем дело с людьми, которые имеют увечья. Надо смотреть глубже.

Я как тренер попал в этот спорт после того, как моя спортсменка попала в аварию. Я долго не мог разобраться, почему там дела обстоят так. И, если при ампутации все четко - померили длину конечности и определили объективно, то все другие заболевания имеют нюансы, которые могут понять только врачи.

Сегодня классификация несовершенна, и я не вижу, что она изменится. Когда Паралимпийский комитет запросил исследования по сопротивлению, я этот доклад раскритиковал, потому что данные были нерелевантны.

М.С.: Тонкости классификации в каждом виде спорта расписаны, но ясности для специалиста не вносят. Похожие вещи можно сказать и про обычных спортсменов - у кого-то руки и ноги длиннее, кто-то лучше приспособлен для баскетбола, но в том, что касается спорта для людей с ограниченными способностями, а мы еще не говорили о людях с ограниченными умственными способностями, простор для манипуляций огромен.

Начиная со скандала в 2000 году с испанским атлетом, это всплывает регулярно. Зарегулировали сильно, но обвинения продолжают поступать, и разобраться в них сложно.

И.Е.: Для ряда видов спорта это ключевой вопрос. Большое разнообразие квалификаций дает возможность участвовать большому количеству паралимпийцев. Взять Маргариту Гончарову, которая выиграла у англичанки в Лондоне. Она бегает и прыгает, у нее ДЦП. Кто определит, как доходят сигналы к нервным окончаниям из мозга, насколько быстро - у нее, у ее английской соперницы, у француженки, у американки, которые бежали с ней в одном забеге?

У них у всех ДЦП в той или иной степени. А насколько они в состоянии выдерживать нагрузки, их силовые показатели - это очень индивидуально. Разумеется, должны быть медицинские заключения. Медики должны быть узкопрофильные, которые специализируются на этих заболеваниях.

М.С.: Конечно, с особой точностью определить эти вещи нельзя, но и превращать предшествующие паралимпийским играм месяцы в постоянное измерение врачами жизненных показаний атлетов невозможно. Спонсоры тогда точно будут обходить их стороной.

И.Е.:Да, способов решить эту проблему пока не нашли.

М.С.:Если эту проблему решить, насколько это поможет паралимпийскому движению?

С.Ж.:Несомненно поможет более честной борьбе. Есть тенденция у паралимпийцев манипулировать классом - тренируются все примерно одинаково. ________________________________________________________________

Загрузить подкаст передачи "Пятый этаж" можно здесь.

Новости по теме