Джонатан Коу: истеблишмент игнорирует сатиру, а Трамп - нет

Джонатан Коу
Image caption Писателю в Москве предложили несколько читательских трактовок, почему его роман "Номер 11" несет в названии именно это число. Коу ответил, что ничего такого в заглавие не вкладывал.

В Москве прошла ярмарка литературы Non/fiction, на которой в рамках года языка и литературы Великобритании и России стал особенно заметным выход на передний план ряда английских литераторов в качестве почетных гостей мероприятия.

Заполненный до истощения воздуха кинозал Центрального дома художников на Крымском валу приютил в своих стенах невероятно популярного в России романиста Джулиана Барнса, который рассказывал о непростых во все времена отношениях между художником и властью, отталкиваясь от своего последнего романа "Шум времени", посвященного биографии советского композитора Дмитрия Шостаковича.

Но представителя Русской службы Би-би-си там не было. В те минуты он беседовал с не менее именитым романистом Джонатаном Коу, автором романов "Какое надувательство!", "Клуб ракалий", "Экспо-58", "Номер 11".

Би-би-си: Ваши романы в целом отменно переведены на русский. Как вы выбираете переводчика? Заводите ли с кем-то из них профессиональные отношения?

Джонатан Коу: Рад слышать. Мои отношения с переводчиком строятся исключительно на доверии с издателем. Сам я владею только одним иностранным языком - французским, - поэтому мне трудно контролировать перевод на другие языки. Поэтому, да: главное - доверять издателям. Во Франции - иная история: здесь я сам контролирую переводчика, но не могу судить о тональности повествования. В любом случае, я люблю французский язык куда сильнее английского: как по мне, в нем куда больше музыкальности и поэтики, и мои книги на французском звучат куда лучше, чем на английском.

Думаю, я не очень трудный писатель для перевода: в моих книгах немало юмора, это может представлять трудность, но я не пишу прозу в поэтическом ключе, не пишу таким языком, который притягивал бы внимание сам по себе, мой язык очень прям, поэтому я люблю думать о фразах как о чистых окнах, сквозь которые читатель может видеть реальность, которую я стараюсь описать. Поэтичность может потеряться в переводах, но мой тип прозы - нет.

Би-би-си: К слову о юморе: как, по-вашему, изменился социальный аспект шутки и сатиры с развитием цифровых технологий, когда все больше происходит в интернете?

Джонатан Коу: Думаю, самые острые вещи происходят в сети. Интернет стал впечатляющей площадкой для молодых писателей: многое они публикуют онлайн, что по-моему ошибка, поскольку эти книги едва находят свою аудиторию. Но для тех, кто хочет просто шутить либо писать сатирические заметки, интернет - прекрасный способ. Лучшую сатиру я нахожу в "Твиттере".

В Британии есть юмористическое шоу Have I got news for you ("Сейчас ты у меня узнаешь"), которую готовят в четверг и дают в эфир в пятницу. 20 лет назад она имела бы эффект сюрприза, сейчас вы находите все те же шутки в "Твиттере" за два-три дня до ее выхода. Телевизионной сатире интернет явно угрожает. Что до книг, то их невозможно так просто свергнуть: когда я писал "Номер 11", я думал о романе как об очень современной книге 2015 года, сейчас, в 2016-м, она уже исторический роман. Все так изменилось, что она уже кажется мне историей древнего мира. Не думаю, что литература и интернет - соперники: они в какой-то степени дополняют друг друга.

Би-би-си: То есть, когда вы углубляетесь в какую-то вещь, у нее больше шансов попасть в "вечность".

Джонатан Коу: Я активен в "Твиттере", и мои фолловеры ждут, что я и там буду шутить, поэтому мне приходится решать при выборе шутки, закинуть ли ее сейчас в "Твиттер" - и она умрет через пару дней - или приберечь для книги.

Би-би-си: Вы - атеист и бывший участник феминистического театра. При этом в России и мире поднимают головы сторонники организованной религии, так называемых "традиционным ценностей"...

Джонатан Коу: Если говорить политическими терминами - правые сейчас активно наступают. В Британии речь не столько о религии, но часть кампании [американского избранного президента Дональда] Трампа базировалась на защите религиозных правых, что невероятно, поскольку сам Трамп - очевидный материалист. Для меня идея, что американские церкви поддержали его, а не Клинтон, кажется довольно странной, но можно понять, почему им это казалось оправданным.

Преимущество этих людей, особенно использующих религию, - в том, что она дает их взглядам структуру и солидное обоснование - организованная религия вообще очень цельный и репрессивный организм, - в то время как леволиберальные силы разобщены; например, ислам - проблема для феминистов, и так далее. Поэтому я довольно пессимистично смотрю на состояние прогрессивных сил. Как мне кажется, в последние годы у нас было слишком много дискуссий о наших различиях. Сейчас мы должны объединиться, поскольку прогрессивные политики отступают. В России тоже так обстоят дела?

Би-би-си: Здесь наблюдается усиление голоса церкви в общественной жизни. Буквально на днях один деятель предложил сочленить имперский герб России с советским...

Джонатан Коу: Сторонники авторитарных сил очень хорошо умеют отбрасывать идеологические различия и объединяться. У левых такого нет: мы слишком поглощены идеей идеологической чистоты и озабочены нашими различиями, в этом наша слабость.

Правообладатель иллюстрации AFP
Image caption Коу известен своим юмором - иногда весьма черным

Би-би-си: И все же - может ли юмор быть оружием против авторитарных тенденций сейчас? Часто политики подобного толка реагируют на шутки с болью.

Джонатан Коу: Сегодня на лекции я рассказывал о [британском литераторе] Брайане Стэнли Джонсоне, который говорил, что завидовал писателям коммунистической Венгрии, поскольку государство считало их настолько важными, что душило их творчество. В нынешней Британии - обратная проблема: на авторов смотрят свысока и игнорируют. Вы можете написать злую сатирическую книгу, но истеблишмент погладит вас по голове и скажет: "О, как забавно! Хорошая шутка", - и у вас не будет власти, поскольку они отказываются быть провоцируемыми.

В британском контексте не понятно, как с этим бороться. В британской культуре вообще столько юмора, что непонятно, как им можно привлечь внимание. Но интересно, что Дональд Трамп, если судить по его "Твиттеру", искренне обижается на шутки в свой адрес. Вероятно, он очень тонкокож. Я считаю, это - обнадеживающий признак: его легко раздразнить. Конечно, с точки зрения глобальной дипломатии это не очень хорошо, но для сатирика - потрясающее поле деятельности. Не знаю, что я должен был бы сделать, чтобы [министр иностранных дел] Борис Джонсон, [британский премьер] Тереза Мэй или [экс-лидер Партии независимости Соединенного Королевства] Найджел Фарадж прислушались бы.

Би-би-си: Как о "Каком надувательстве" 20 лет назад, так и о "Номере 11" в прошлом году критики говорили, что эти ваши романы - портреты целого поколения. Это ваш план - раз в 10-20 лет выпускать фундаментальные книги, описывающие мир вокруг?

Джонатан Коу: Не сказал бы: хоть у этих двух романов и правда много общего, а все, что я писал посередине, - совсем иное, сейчас мне кажется, что все мои книги так или иначе сходятся где-то. Но даже если это не так, для меня они - лишь длинные главы развивающегося единого произведения, которое меняет стили и настроение. Когда я заканчиваю писать романы, я могу посмотреть и сказать, что каждый из них отображал свою эпоху и выглядит ее зеркалом, но я не думаю об этом в процессе написания книг, я лишь беру тему, которая меня интересует, и обрабатываю этот момент во времени. Это заставляет меня работать. Например, если я говорю себе, что мне интересна Британия в 2015 году, я смотрю на нее панорамным взглядом.

Би-би-си: Вас уже много лет увлекает музыка: вы и читали свои произведения под живое сопровождение, и упоминаете артистов тут и там. И вот вопрос: какой ваш роман мог бы стать идеальным мюзиклом для Бродвея или Вест-Энда?

Джонатан Коу: Потрясающе, мне никогда не задавали такого вопроса! Обычно мои романы не очень рифмуются с мюзиклами: там должны быть большие номера с четким сюжетом и оркестром, а мои романы, как правило, ироничны и двусмысленны. Но я люблю Стивена Сондхайма - он очень умный лирик и прекрасный композитор. Думаю, это может быть "Экспо-58" - одна из моих самых старомодных книг с любовной линией в центре повествования. Было бы забавно увидеть брюссельскую Всемирную выставку 1958 года на бродвейской сцене. Недавно я выложил и свою музыку тоже в интернет - и она тоже оказалась мягкой и лиричной, на контрасте с моими романами.

Би-би-си: Обе ваших последних книги - "Экспо-58" и "Номер 11" - содержат числа в названии. Вы намерены и впредь называть романы по фразам с цифрами?

Джонатан Коу: Нет, это совпадение, но это был интересный эксперимент - не с выставкой 1958 года, но с номером 11 мне каждый раз подкидывают новые объяснения. Только сегодня мне сказали, что это может быть выражением дуалистичности, метафорой преодоления границы - границы числа 10, надо полагать, - что оно связано с революцией, - не знаю, почему, - хотя я не думал обо всем этом, когда выбирал название. Так что в следующий раз, если задумаю использовать число, проведу работу над обоснованием заранее.

Новости по теме