Смертельная угроза алкогольных суррогатов и как с ней бороться

  • 20 декабря 2016
ГУВД России по Иркутской области предоставило РИА Новости эту фотографию бутылки жидкого концентрата для ванн, после употребления которой внутрь умерло несколько десятков человек Правообладатель иллюстрации RIA NOVOSTI

Невинный боярышник - кустарное растение, традиционно широко используемое в лекарственных целях, превратилось в последние дни в притчу во языцех и чуть ли не угрозу национальной безопасности России. В Иркутске несколько десятков человек погибли, отравившись косметическим средством "Боярышник". Городские власти ввели режим чрезвычайной ситуации. Премьер-министр Дмитрий Медведев потребовал либо изъять спиртосодержащие жидкости из розничной торговли, либо поставить их продажи "под полный контроль". Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал случившееся "страшной трагедией".

Проблема суррогатного алкоголя для России, увы, не нова. Сможет ли нынешняя трагедия заставить власти наконец-то найти для нее решение? И каким может быть это решение?

Ведущий программы "Пятый этаж" Александр Кан обсуждает проблему с кандидатом экономических наук, директором некоммерческого партнерства "Клуб профессионалов алкогольного рынка" Максимом Черниговским и кандидатом медицинских наук, главой Петербургского медицинского форума Сергеем Ануфриевым.

Александр Кан: Проблема сложная, комплексная. В нее входят и аспекты чисто экономические, и бизнес-аспекты, аспекты социальные, медицинские.

Максим, Вы профессионал алкогольного рынка. Такой вот наивный вопрос, ответ на который мы все знаем: почему люди пьют то, что для питья не приспособлено?

Максим Черниговский: Вы уже ответили на этот вопрос: есть причины экономические, социальные. Экономические причины основные: дорогой алкоголь.

У нас очень высокие акцизы, минимальная розничная цена на водку, законодательным путем установленная цена - 190 рублей. Далеко не все жители РФ могут себе позволить столь дорогую водку. Отсюда, наверное, истоки контрафакта, нелегального рынка.

Если говорить о социальных особенностях, это характерно не только для России, это характерно для всех стран мира. Экономический кризис рождает социальный аспект. Люди начинают больше пить и плохо разбираются в том, что они пьют.

Хочу подчеркнуть, данная ситуация характерна не только для России. И в Западной Европе такого рода случаи отравления метанолом были и есть. Вспоминаем Францию, Чехию и другие страны.

А.К.: Вы затронули очень интересный аспект, мы еще к нему вернемся. У меня не было ощущения, что именно эта проблема в таком ее аспекте характерна и для других стран.

Мы все время употребляем термин "метанол", "метиловый спирт", "этиловый спирт". Хотелось бы здесь чуть-чуть разобраться: в чем радикальная разница между этими составляющими.

И почему один из них приводит к таким трагическим последствиям. И как оказывается, что смертоносный метиловый спирт оказался в той жидкости, для которой он совершенно не предназначался?

Сергей Ануфриев: С медицинской точки зрения могу сказать, что метанол - опаснейший яд. 10 миллилитров метанола приводят к тяжелейшим отравлениям, и одно из последствий - быстро наступающая слепота. Часто метанол содержится в жидкостях, которые используются для омывания стекол в автомобилях, в химическом производстве, в бытовом производстве.

Если говорить о суррогатах алкоголя, они делятся на 2 категории: этанолсодержащие и не содержащие этанола. И здесь мы видим, что фальсификация была на уровне косметического средства, названного и произведенного целенаправленно для определенной группы населения.

Фактически это так называемые бомжи, социально незащищенные, которые, пользуясь этими маленькими флакончиками, зная, что они продаются в аптеках по дешевой цене, настойка боярышника, купили. Но там содержалась не настойка боярышника на этиловом спирте, а метанол - опаснейший яд практически мгновенного действия.

А.К.: Давайте посмотрим на случившее с точки зрения экономической. Можно ли здесь усмотреть злую волю людей, которые подмешали или ввели в этот "боярышник" не относительно безопасный этанол, а смертельный яд метанол?

Достаточна ли здесь была экономическая выгода, чтобы совершать такое чудовищное преступление? Если это так, то они практически сознательно шли на убийство, причем убийство массовое?

М.Ч.: Я работаю на алкогольном рынке 15лет. Метанол используют в двух случаях: либо люди, которые сами не знают, что они его используют, их обманули и вместо этилового спирта подсунули метиловый. Либо это душегубы. Третьего варианта здесь не дано.

Экономической составляющей здесь практически нет никакой. Литр этилового спирта стоит около 60 рублей. Литр метилового - около 20 рублей. В литре водки - 40% спирта. То есть, если применять этиловый спирт - это 24 рубля, если метиловый -то 8 рублей.

Разница в 16 рублей в литре, но при этом одного только акциза в литре водки - 200 рублей. Плюс налог на добавленную стоимость - еще 18. Какой в этом смысл?

Люди, которые вращаются на нелегальном рынке, зарабатывают на акцизе, на других налогах, на сырье. Этим людям, которые занимаются бизнесом, выгодно, чтобы продукт был качественный, чтобы не было никаких уголовных дел, расследований. Потому что их деньги требуют огромной тишины.

А.К.: То есть это, по всей видимости, ошибка.

М.Ч.: Либо они сами не знали, что они туда вливают, либо это просто душегубы.

А.К.: То есть можно это характеризовать как чуть ли не террористический акт.

М.Ч.: Ну, мне сложно… но это преступление безусловно. Страшное преступление, на которое люди шли сознательно.

А.К.: Максим говорит, что мотивом, побуждающим людей обращаться к таким алкогольсодержащим суррогатам, в отличие от водки, являются причины сугубо экономического свойства. Они дешевле, чем водка.

Это действительно так, или здесь есть какая-то предрасположенность, привязанность, аддикция? Именно к такого рода препаратам у определенного слоя, типа людей?

С.А.: Действительно, лекарства, продающиеся в аптечной сети, содержащие спирт, совершенно в другой налоговой системе определяются. Поэтому конечно, они дешевле в пересчете на граммы или литр спирта. В сочетании с боярышником, у этой категории потребляющих лиц даже существует идея, что это даже укрепляет сердце, помимо всего.

У меня были случаи контакта с пациентами, употребляющими настойку боярышника, которые оправдывали свои действия тем, что это еще и для укрепления нервной и сердечно-сосудистой системы. Есть еще одна версия, что это массовое отравление является элементом давления легальных производителей на то, чтобы снизить цену.

Такая версия была озвучена бывшим руководителем Роспотребнадзора Геннадием Онищенко, который усмотрел в этом вариант провокации, направленный на то, чтобы снизить минимальную стоимость алкогольной продукции (сейчас она 190 рублей), чтобы она была меньше. Это как аргумент в споре, почему водка должна стоить дешевле.

А.К.: В ноябре, еще до этой трагедии, замминистра финансов России Илья Трунин предлагал включить суррогаты алкоголя, потребление которых находится в России на очень высоком уровне, в Единую государственную информационную систему.

Поправьте меня, если я неправ, включение в Единую государственную информационную систему означает включение их в систему акцизов. Так это? Если да, то в качестве выхода правительство предлагает не снизить цену на алкоголь, а наоборот, поднять цену на алкогольсодержащие лекарства до цены на крепкий алкоголь?

М.Ч.: Я сначала хочу сказать по поводу версии, что легальные производители такого рода такими маневрами хотят пролоббировать какие-то интересы. Категорически возражаю. Нелегальный рынок живет в рамках своих законов. Всем легальным производителям РФ - заводов не так много, около трехсот - было бы выгодно, чтобы нелегальный рынок перестал существовать.

Он действительно очень объемный - легальной водки в РФ в 2016 году будет реализовано около 800 миллионов литров, а нелегальной, по моим оценкам, в районе 185 миллионов литров. Это только по водке, а есть еще шампанские вина, и так далее.

А.К.: То есть четверть.

М.Ч.: Но самый страшный сегмент, который сопоставим с водочным сегментом, если говорить о легальном сегменте, это 700 млн литров, которые реализуются в РФ ежегодно в виде самогона, тех самых спиртовых суррогатов, всякого рода спиртосодержащих жидкостей.

И легальные производители, их деятельность, если говорить о социальном и политическом аспекте, направлены на борьбу с нелегальным рынком.

Что касается вашего вопроса, существует проект закона, все спиртосодержащие жидкости хозяйственного значения, лекарственные средства будут попадать в систему ЕГОИС, о которой Вы рассказали, и более того, эти спиртосодержащие жидкости будут облагаться акцизом.

Те же лекарственные средства, о которых мы сейчас говорим, сегодня акцизом не облагаются. С 2017 года такой закон уже существует, это все войдет.

У нас другая проблема: в системе ЕГОИС сегодня работают около 200 тыс. торговых точек. При этом около 100 тыс. торговых точек работают вне лицензионного контроля, вне ЕГОИС. И на этих точках реализуется эта спиртовая дрянь, по-другому я эту продукцию назвать не могу.

Если говорить о настойках боярышника, это надо тоже понимать. Эта продукция реализуется в аптеках. Никакого отношения к алкоголю, алкогольному регулированию эта продукция не имеет. Росалкогольрегулирование, которое является регулятором алкогольного рынка, никак не может влиять на оборот лекарственных средств, которые содержат этиловый спирт. Это все находится под управлением минздрава. Как минздрав с этим борется и как контролирует - на этот вопрос должен ответить Сергей.

А.К.: И правильно ли предложение заместителя министра финансов Трунина о том, что суррогаты алкоголя, которые продаются в аптеках, в том числе "Боярышник", должны быть включены в ЕГОИС, то есть на них должны быть акцизы?

С.А.: Моя точка зрения как врача, мыслящего в стандартах европейской, американской медицины, говорит о том, что спиртосодержащим медикаментам вообще уже не место в аптечной сети. Они во всем мире практически исчезли с полок аптек и не продаются, потому что, с точки зрения медицины, основанной на исследовании и доказанности эффекта лекарств, смысла в настойке боярышника, как и в других спиртосодержащих медикаментах, в подавляющем количестве нет.

Поэтому вопрос в том, что данные медикаменты не должны вообще производиться и продаваться. Этот вопрос законодательной и исполнительной властью должен решаться незамедлительно.

А.К.: То есть они вообще должны быть выведены с рынка, в том числе и аптечного, не говоря уже о чем ином? Максим, вы тоже согласны, что они должны быть выведены с рынка, или что они должны быть приравнены к легальному алкоголю, и на них должен быть введен акциз?

М.Ч.: Я считаю, что общественные организации, которые представляет наш медицинский рынок, должны вести себя активнее в этом плане. Я согласен, что это надо выводить из оборота аптек, что лекарственные средства, основанные на этиловом спирте, естественно, должны быть приравнены к алкогольной продукции.

Я думаю, в 2017 году это произойдет. Общественным организациям, в том числе некоммерческому партнерству "Клуб профессионалов алкогольного рынка", где я являюсь генеральным директором, в течение последних лет было около 20 запросов, предложений, приравнять эту продукцию, которая является сегодня лекарствами, чтобы сделали акцизы, и все вопросы регулирования осуществлялись по данной продукции в рамках алкогольного регулирования.

Я часто вижу совершенно безобразные сцены, когда у аптек раскиданы эти флакончики по 30-40 миллилитров, и в аптеке, где стоят люди определенной наружности и покупают по 10-20 этих флакончиков. Нужно понимать, что, если по алкоголю существует ряд запретов, в том числе запрет продажи алкогольной продукции в ночное время на всей территории РФ, то все, что связано с лекарственными средствами, можно реализовывать в течение 24 часов. Таких моментов очень много, и это стимулирует продажи этой продукции.

А.К. Насколько реально вывести все эти препараты? На "Боярышнике" свет клином не сошелся, таких препаратов не так уж и мало? Насколько реально вывести их из аптечного, фармацевтического производства и продажи? Насколько это нанесет ущерб системе продажи необходимых медикаментов для здоровья? Как это скажется на фармацевтической отрасли?

С.А. Вы абсолютно правильно здесь расставили акценты. Если убрать с полок аптек спиртосодержащие настойки, то здоровье ни одного пациента не пострадает, поскольку действие подавляющего большинства этих лекарств абсолютно мифическое. А вот пострадают обороты розничной фармацевтической сети.

Я знаю из кулуарных разговоров о том, что действительно обороты такого рода настоек боярышника, говоря нарицательно, составляет немалую долю в их бюджете. И я знаю, что из-за того, что многие бомжи привлекаются в аптеки из-за этой настойки, руководители предприятий предпринимали попытки полностью от них отказаться, чтобы аптека не превращалась в филиал рюмочной. При этом они теряли значительные средства.

Поэтому всегда стоит вопрос: отказаться от достаточно большого количества финансовых средств и не продавать "Боярышник", или все-таки его продавать. Здесь интересы розничной фармацевтической сети стоят на одной из первых позиций. Ни один врач настойку боярышника не выписывает и не назначает.

А.К.: Одно из предложений по этому вопросу говорит, что они должны выписываться по рецептам. Вы считаете, что в этом никакой необходимости нет?

С.А.: В этих лекарствах вообще нет никакой необходимости. Я бы даже не называл их лекарствами, потому что мы здесь идем против всех стандартов, существующих в мире. Это нигде не входит в список лекарств, которые помогают при тех или иных заболеваниях.

А.К.: Давайте вернемся к тому, что эта проблема касается не только России, но и всего мира. Что экономический кризис ведет к повышению потребления алкоголя. По-видимому, это так. Однако за 20 лет, что я живу в Британии, мне никогда не доводилось слышать, чтобы здесь или в других местах в мире было массовое употребление подобного рода суррогатных средств.

Может быть, потребление алкоголя - но алкоголь может быть разного качества, в том числе и весьма низкого, и может продаваться в магазинах. Но это вещи, которые прошли какой-то контроль, и они не приведут к смерти мгновенной, как это произошлов Иркутске. Есть ли что-то аналогичное такой проблеме в других странах, за пределами России?

М.Ч.: Объем нелегального рынка в странах Западной Европы оценивается в 8-10% от общего оборота. Что касается конкретных примеров, то я сам был в 2015 году в Чехии, в Праге, и столкнулся с этой проблемой. Были отравления метанолом, то есть какая-то нелегальная продукция, и очень быстро отреагировали власти. Можно было приобрести только пиво, и только в ресторанах и кафе несколько дней.

Аналогичная ситуация была в Польше, насколько я помню, такие же ситуации и во Франции, как я уже сказал. К сожалению, это случается, и не только в России. Но у нас первое место по количеству смертельных случаев от употребления такого рода продукции - примерно 13 тыс. человек в прошлом году погибли от употребления псевдоалкогольной продукции, где был метанол.

А.К.: Я понимаю, что одно решение вы оба поддерживаете единогласно: эти вещества, даже те, которые содержат не смертоносный метиловый, а вполне безопасный этиловый спирт, в них медицинской необходимости нет, и они должны быть выведены из производства и системы потребления.

Если это будет сделано, достаточно ли этой меры для того, чтобы предотвратить трагические случаи типа вчерашнего в Иркутске? Проблема с алкоголем в России вековая, непреодолимая. Все мы помним последние годы СССР, горбачевско-лигачевскую борьбу с алкоголем. Резко выросло подпольное производство алкоголя и так далее. И паленая водка только ситуацию ухудшила. То, что вы предлагаете, достаточно ли будет, чтобы решить проблему?

С.А.: Недостаточно. Важно понимать, что алкоголизм - это болезнь. В 1952 году ВОЗ назвала алкоголизм болезнью. К сожалению, здесь нужно возрождение системы лечения алкоголизма. Потому что первое, что тянет людей употребить напиток, это их заболевание. Они употребляют этанол, либо суррогаты этанола - здесь уже вмешивается ценовой фактор.

С учетом специфики России, ее социально-экономических, психологических, других особенностей, здесь нужно создание системы помощи больных алкоголизмом, потому что это болезнь. Об этом не надо забывать.

А.К.: А как вы считаете, может быть, какие-то еще меры должно принять правительство, местные власти, чтобы улучшить ситуацию?

М.Ч.: Этого будет однозначно недостаточно. Во-первых, необходимо повышать исполнительскую культуру реализации наших законов. У нас хорошие законы, если говорить об обороте алкогольной и спиртосодержащей продукции, жесткие, но реализация этих законов находится на очень низком уровне.

Если говорить о социальном аспекте, необходимо, начиная с детского сада, со школы объяснять, чтобы люди понимали, что пить, курить - немодно, нехорошо. И третий момент - экономический. Пока мы не улучшим уровень жизни, мы проблем этих не решим.

А.К.: Очевидно, что проблема очень серьезная, очень большая, и решить ее с налета не удастся. Трагедия в Иркутске резко поставила этот вопрос ребром перед властями, но будем надеяться, что те меры, которые были озвучены сегодня в программе, либо комплекс других мер позволят хотя бы подступиться к ее решению.

Загрузить подкаст передачи "Пятый этаж" можно здесь.

Новости по теме