Зачем узбекскому президенту либеральные реформы?

  • 14 сентября 2017
Шавкат Мирзиёев Правообладатель иллюстрации Mikhail Metsel/TASS
Image caption От Шавката Мирзиёева ждали репрессий, а он впервые в истории Узбекистана решил пустить в страну Верховного Комиссара ООН по правам человека

Удивительные вещи происходят в Узбекистане. Одна из самых закрытых и авторитарных стран в мире проводит прогрессивные реформы, которые, по мнению экспертов, могут трансформировать всю страну.

Когда президент Шавкат Мирзиёев пришел к власти в прошлом году, почти все независимые обозреватели предрекали продолжение жесткой политики Ислама Каримова, а некоторые - даже усиление репрессий.

Мало кто представлял, что менее чем через год руководство Узбекистана освободит ряд политических заключенных, а в страну впервые пустят Верховного Комиссара ООН по правам человека.

В правительстве начали предлагать ранее неслыханные вещи - критиковать государственные органы. Сам президент призывает к этому всех граждан - чиновников, деятелей культуры и СМИ. "Критика необходима. Критика приносит результаты!" - заявил он на встрече с молодежью в июле этого года.

Более того, Шавкат Мирзиёев стал критиковать государственные органы сам. Он назвал прокуроров "самыми большими ворами" и заявил: "Прокуроры стали бедой народа. Если не будут работать честно, то уйдут все".

Неполная оттепель

Такого прецедента в Узбекистане никогда не было. Люди боялись жаловаться на беззаконие со стороны милиции, на отсутствие питьевой воды или газа в домах или на коррупцию в местной администрации. Никто не хотел привлекать к себе внимание органов власти, так как это могло принести одни проблемы.

"Но благодаря изменениям в стране, у людей пропал страх", - поделился со мной один житель Самарканда. Поощренные президентом, люди стали более открыто выражать свои мысли и требования.

Например, после резонансного убийства студента медицинского колледжа весной этого года несколько сотен людей собрались подписать петицию, требуя от властей скорейшего расследования дела. Также граждане начали массово обращаться в офисы и виртуальные приемные Мирзиёева и министров.

Одним из наиболее значимых преобразований стало разрешение конвертации иностранной валюты. В начале сентября правительство страны запустило реформу по либерализации валютного рынка. Впервые за многие годы в Узбекистане все могут легально обменивать иностранную валюту в банках.

Правообладатель иллюстрации Umida Akhmedova
Image caption В августе в Ташкенте прошла фотовыставка фотографа Умиды Ахмедовой, которую при прошлом президенте судили за "оскорбление узбекского народа"

До этой реформы государство, а не рынок, определяло, каким будет обменный курс, но только избранные имели доступ к валюте по данному курсу.

Подавляющее большинство граждан и бизнеса скупали доллары либо на черном рынке, либо по серой схеме, которая применялась при бизнес-операциях по так называемому "биржевому курсу". Обменный курс на этих "рынках" был значительно выше официального как минимум в два раза.

Ограничение конвертации валюты создавало громадные препятствия для привлечения внешних инвестиций, так как инвесторы просто не могли вывести свою прибыль.

Наряду с валютной был положен старт и административной реформе. Среди ее целей - децентрализация государственного управления. Само это понятие было немыслимо при Исламе Каримове, который пытался сконцентрировать всю власть в своих руках.

Коренным образом улучшились связи Узбекистана с соседними странами - Киргизией и Таджикистаном, отношения с которыми были напряженными при Каримове.

Проводимые президентом изменения вселяют большие надежды как внутри страны, так и за ее пределами. Но не все выглядит радужно.

Валютная реформа пока не полная. При покупке иностранной валюты физическими лицами деньги не выдаются наличными, а переводятся на так называемую "конверсионную карточку", которую можно использовать только за рубежом. Хотя эксперты и считают, что это временная мера, но из-за этого черный рынок пока, скорее всего, продолжит свое существование.

Некоторые нововведения, такие как дискуссии в прямом эфире, сталкиваются с ожесточенным сопротивлением. Недавно созданный "Международный пресс клуб", где открыто обсуждаются острые социальные проблемы и задаются неудобные вопросы политикам в прямом эфире, быстро набрал популярность.

Но, по всей видимости, не все чиновники в восторге от заседаний клуба. По данным региональных СМИ, премьер-министр Абдулло Арипов на одной из встреч в августе раскритиковал эфир клуба и вступил в словесную перепалку с ведущим программы Шерзодом Кудратхужаевым, пригрозив прикрыть прямые эфиры.

После этого инцидента "Международный пресс клуб" стал выходить в записи и с другим ведущим. Но Кудратхужаев объявил, что с 15 сентября прямые эфиры дискуссий в клубе возобновятся.

Что стоит за реформами

Чтобы понять, насколько преобразования при Мирзиёеве могут быть успешными, нужно понять, почему руководство страны идет на такие шаги.

По сути, проводимые реформы либерализации - это часть процесса консолидации власти, как бы это парадоксально ни звучало. Дело в том, что Ислам Каримов не обозначил своего преемника.

Несколько влиятельных фигур претендовали на власть после его смерти, включая министра финансов и вице-премьера Рустама Азимова, а также председателя Службы национальной безопасности (СНБ) Рустама Иноятова.

Казалось, что стороны смогли достичь компромисса, назначив Шавката Мирзиёева исполняющим обязанности президента. Но это, скорее всего, не так. Режим в Узбекистане не позволяет делиться властью с другими лицами, иначе лидера могут сместить.

В итоге Рустам Азимов был отправлен курировать Узбекинвест. Хотя официально глава СНБ остается на своей должности, другие влиятельные силовики, как, например, бывший заместитель председателя СНБ Шухрат Гуломов, по информации Узбекской службы Би-би-си, были осуждены на пожизненный срок за нанесение финансового ущерба государству в крупном размере.

Для дальнейшего ослабления влияния силовиков Мирзиёев и проводит данные реформы. Во-первых, предлагаемые изменения позволяют ему усилить свою популярность, что крайне важно, так как вся легитимность правительства до этого была основана на одной фигуре - Исламе Каримове.

Во-вторых, они направлены на то, чтобы трансформировать ту систему, которая позволяла силовикам оставаться у руля.

Эксперты считают, что политический капитал силовиков тесно связан с их доступом к финансовым потокам. Именно поэтому либерализация валюты сильно бьет по их позициям - эта группа людей получала доступ к громадным финансовым ресурсам за счет возможности конвертации, скупая иностранную валюту в два раза дешевле, чем подавляющее большинство населения и бизнеса.

Правообладатель иллюстрации TASS
Image caption В марте наблюдатели отмечали, что в Узбекистане заметно ослабло давление власти на СМИ, но некоторые негласные запреты еще остаются в силе

Именно на подобных преференциях и была построена система при Исламе Каримове. Поэтому силовики и выступают против изменений в стране.

Источники-дипломаты агентства Рейтер в опубликованной агентством статье в марте утверждали, что начало ряда реформ откладывается из-за сопротивления со стороны главы СНБ Рустама Иноятова.

К примеру, свободная конвертация валюты ожидалась в начале 2017 года, но была запущена только в сентябре. Также реформа по введению безвизового режима с рядом западных стран была отложена до 2021 года.

Конечно, новое руководство Узбекистана столкнется с рядом трудностей при проведении этих реформ. Среди прочего - это нехватка профессиональных кадров с новыми мышлением и отношением к госслужбе. Вопрос в том, продолжит ли президент Мирзиёев выбранный им курс или все же закатает эти реформы обратно, когда прочно будет сидеть у власти? Вернет ли он старую репрессивную систему, чтобы поддерживать свою власть?

Ведь без политических перемен, когда будет допущена к выборам реальная оппозиция и будут соблюдаться права и свободы граждан, все реформы в будущем могут быть отменены.

Пока в СМИ и в официальных выступлениях отсутствует открытая критика президентства Ислама Каримова. Означает ли это, что Шавкат Мирзиёев не хочет дискредитировать его методы правления, так как, возможно, сам будет прибегать к ним? Этот вопрос пока остается без ответа.