В Нидерландах расследуют самоубийство Слободана Пральяка в суде

Слободан Пральяк в зале трибунала 29 ноября 2017 года Правообладатель иллюстрации ICTY

Полиция Нидерландов начала расследование обстоятельств самоубийства Слободана Пральяка в зале заседаний Международного трибунала по военным преступлениям в бывшей Югославии.

Слободан Пральяк, которому было 72 года, ранее был признан военным преступником и приговорен к 20-летнему заключению. На заседании суда обсуждался возможный пересмотр этого приговора, но он был подтвержден.

Пока неизвестно, как осужденному удалось пронести в здание суда яд, который он публично принял, заявив, что не является военным преступником.

В Боснии некоторые боснийские хорваты провели поминальные службы по бывшему генералу, которого они считают героем.

Премьер-министр Хорватии Андрей Пленкович подверг резкой критике Международный трибунал по военным преступлением в бывшей Югославии, который рассматривал дело Пральяка и еще пяти подсудимых.

Постановления суда, которые утвердили все вынесенные ранее приговоры, подвели черту под более чем 20-летней работой трибунала.

Самоубийство Пральяка не было первым в истории работы Гаагского трибунала. Боснийский серб Славко Докманович, который обвинялся в совершении военных преступлений, повесился в своей камере в 1998 году. Другой серб, Милан Бабич, покончил с собой в 2006 году - также в камере.

Как умер Пральяк?

Правообладатель иллюстрации EPA
Image caption Сразу после инцидента к зданию трибунала прибыла скорая помощь

Услышав вердикт судьи о том, что его апелляция отвергнута, бывший генерал поднялся с места и объявил перед телекамерами: "Слободан Пральяк не военный преступник, я отвергаю решение суда".

После чего он выпил что-то из коричневой бутылочки, которую держал в руке и объявил: "Я принял яд".

Председательствующий судья прервал заседание, и Пральяка отвезли в больницу. Он быстро потерял сознание и скончался в больнице. Как сообщил представитель Гаагского трибунала Ненад Голчевски, пока неизвестно, от какого яда он умер.

Насколько строгие меры безопасности?

Питер Робинсон, адвокат осужденного боснийского серба Радована Караджича, сообщил Би-би-си, что не понимает, каким образом кто-то мог передать заключенному яд.

"Мы проходим два осмотра перед посещением заключенных, - объяснил он. - Два металлодетектора. Туда нельзя проносить никакие жидкости, даже бутылку воды.

"Я видел Пральяка вместе с членами его семьи в соседней комнате, - рассказал адвокат. - Но во время таких посещений охранники в комнате не присутствуют, они остаются в коридоре. По специальному разрешению можно видеться с приглашенным врачом".

Сцена, которую никто не мог предвидеть

Анна Холлиган, Би-би-си, Гаага

Вероятно, Слободана Пральяка доставили в зал заседаний трибунала из центра содержания заключенных. Даже если его обыскали при входе в зал, вполне возможно, что он мог выдать бутылочку с ядом за нужное ему лекарство.

Поэтому важнейшим моментом следствия является вопрос о том, как он мог получить смертельный яд.

Помещение для содержания заключенных расположено в песчаных дюнах рядом с тюремным комплексом в районе Швенинген. Дорога от центра до здания суда занимает примерно 10 минут.

Местные жители называют его "Гаагским Хилтоном" за относительно мягкий режим содержания там заключенных.

В камерах заключенных запирают только на ночь. В течение дня он могу свободно общаться и передвигаться по территории центра. Посещения заключенных проходят в основном под наблюдением, хотя в центре имеются и комнаты для супружеских визитов.

Начатое расследование затронет всех, кто посещал Пральяка до его появления в суде.

До войны он работал театральным режиссером, и его самоубийство было весьма продуманным и театральным, а кроме того, транслировалось в прямом эфире.

Кем был Пральяк?

Боснийские хорваты и мусульмане совместно сражались против боснийских сербов в ходе гражданской войны 1992-95 годов, однако в течение 11 месяцев воевали и друг с другом. Основные боевые действия шли в районе города Мостар.

Пральяк был осужден в 2013 за преступления против человечности, совершенные в период, когда он возглавлял штаб Хорватского совета обороны, вооруженной организации хорватов Боснии и Герцеговины.

Гаагский трибунал признал его виновным в том, что он:

  • не предпринял никаких серьезных усилий, чтобы предотвратить репрессии против мусульман летом 1993 года;
  • не принял никаких мер, узнав о том, что планируются массовые убийства мусульман, а также нападения на членов международных организаций и разрушение исторического Старого моста в Мостаре и мечетей.

В своем заключительном вердикте, принятом в среду, Международный трибунал подтвердил первоначальный приговор Пральяку и еще пяти осужденным.

Однако трибунал согласился отменить часть обвинений в адрес бывшего генерала и признал, что Старый мост был военным объектом в период военных действий.

Почему некоторые считают Пральяка героем?

Премьер-министр Хорватии Андрей Пленкович заявил, что смерть генерала демонстрирует глубокую несправедливость, проявленную к осужденным боснийским хорватам и ко всему хорватскому народу.

Правообладатель иллюстрации Reuters
Image caption В Мостаре на площади состоялась церемония поминовения покойного генерала

В Боснии Драган Кович, входящий в правящий триумвират президентов и представляющий в нем хорватов, заявил, что самоубийство генерала показало, на какое самопожертвование был готов пойти этот человек, чтобы доказать, что не является военным преступником.

В среду около тысячи боснийских хорватов собрались на площади в городе Мостар, где зажгли в память покойного свечи.

В заполненном людьми католическом соборе Мостара было отслужена месса в его честь. Многие из прихожан были закутаны в хорватские флаги.

"Я прибыл сюда, чтобы поддержать наших генералов и отдать дань памяти генералу Пральяку, который не мог стерпеть несправедливость и сам вынес себе конечный приговор, - заявил ветеран гражданской войны в Боснии Дарко Дрмак. - Он наш герой и наша гордость".

Правообладатель иллюстрации Reuters
Image caption Старый мост в Мостаре был восстановлен после окончания гражданской войны

Мостар, как и вся Босния и Герцеговина, до сих пор остаются разделенными по этническому принципу, отмечает обозреватель Би-би-си Джереми Боуэн, который освещал эту войну.

По его словам, работа Международного трибунала по военным преступлениям в бывшей Югославии помогла дождаться правосудия тысячам жертв войны и их семьям. И самоубийство Пральяка не должно бросить тень на заслуги трибунала, который осудил самых страшных военных преступников в истории Европы со времен Нюрнбергского процесса.