30 лет ХАМАС: не истек ли срок годности?

  • 14 декабря 2017
Палестинский мальчик жжет израильский флаг Правообладатель иллюстрации MAHMUD HAMS/AFP/Getty Images
Image caption "Смерть Израилю!" Возможно, после 30 лет безуспешной борьбы эту повестку дня надо бы подкорректировать?

30 лет назад, 14 декабря 1987 года на свет появилось "Исламское движение сопротивления" - ХАМАС.

Новая хартия ХАМАС, принятая в мае этого года, описывает организацию как "палестинское исламское движение национального освобождения и сопротивления, задачей которого является освобождение Палестины и противостояние сионистскому проекту". Критерием, определяющим принципы, цели и методы их достижения, назван ислам.

В США и Европе, а заодно и в Японии, Канаде и, разумеется, в самом Израиле, ХАМАС определяют иначе: террористическая группировка. Великобритания признает террористическим лишь военное крыло ХАМАС - бригады "Изз ад-Дин аль-Кассам".

Вооруженная благотворительность

Движение ХАМАС возникло вскоре после начала первой интифады, отколовшись от "Братьев-мусульман" Египта, которые в секторе Газа не участвовали в военном противостоянии с Израилем, зато активно конфликтовали с "Организацией освобождения Палестины" под руководством Ясира Арафата.

С первых дней своего существования ХАМАС заявлял о непримиримой борьбе против "израильской оккупации".

"Освобождение всей Палестины от моря и до Иордана - наша стратегическая цель, и нет цели более святой и важной", - говорил духовный лидер движения шейх Ахмед Ясин. В первой хартии ХАМАС образца 1988 года этот же постулат содержится в более развернутой форме.

"В 1989 году я впервые попал на оккупированные палестинские территории, и в лагере беженцев на Западном берегу впервые услышал слово "ХАМАС", - вспоминает арабист Андрей Остальский. - И тогда ХАМАС был прежде всего благотворительной организацией. Они очень хитро начали свое вступление на политическую сцену - как организация, открывающая небольшие школы, пункты медицинской помощи, материальной взаимопомощи, и создали целую сеть, которая сразу стала очень популярна".

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption На выборах в законодательный совет в 2006 году ХАМАС получил более половины мест

Во многом благодаря этому вступление в политическую борьбу для ХАМАС прошло как нельзя более благоприятно: в 2006 году на выборах в Палестинский законодательный совет движение получило 73 места из 133 и сформировало правительство.

При этом с момента своего основания ХАМАС ни на минуту не прекращал вооруженной борьбы против Израиля.

"Чистая ненависть", - характеризует ее Андрей Остальский. Политическая программа состояла из одного пункта: смерть Израилю, смерть евреям.

В этом группировка мало чем отличается от мириадов других формирований на Ближнем Востоке - кстати, как и в том, что, случись Израилю провалиться сквозь землю, все они останутся не у дел: никаких иных пунктов в их повестке не содержится.

Как показал опыт ХАМАС в Газе, вооруженное подполье и управление государством - это два принципиально разных рода деятельности.

Однако есть и отличия от прочих, временами просто поразительные.

Группа единомышленников ищет спонсора

Тактика ХАМАС в обращении со спонсорами - это образец искусства маневра. Борьба с сионизмом - дело затратное, деньги нужны все время. В разное время организацию поддерживали и монархии стран Персидского залива, и Турция, и даже Иран.

Поддержка Тегерана особенно интересна, поскольку религиозная основа ХАМАС строится на суннитском исламе салафитского толка. Добиться поддержки у "шиитских еретиков" Ирана непросто.

Однако ХАМАС это удалось: для борьбы с Израилем Иран был готов финансировать кого угодно. Точные цифры, разумеется, не раскрываются, но, по оценкам экспертов, ХАМАС удавалось выкачивать из Тегерана до 100 миллионов долларов ежегодно.

Долгое время ХАМАС поддерживала и Сирия, где у власти находится алавитское меньшинство. Правда, отношения эти испортились, когда ХАМАС отказался поддерживать правительство Башара Асада и активно включился в сотрудничество с суннитской "Сирийской свободной армией" (есть сведения, что бойцы ХАМАС и ее дочерних структур обучали новобранцев ССА).

Как следствие, штаб-квартире движения, долгое время размещавшейся в Дамаске, вдали от израильских боевых дронов, пришлось покинуть насиженное место.

Одним из крупных спонсоров ХАМАС считается Турция. А некоторые влиятельные фигуры в руководстве организации открыто заявляли, что ориентируются на турецкую модель развития, проводимую президентом Эрдоганом, то есть на "умеренный ислам" и мирное сосуществование религиозной и секулярной частей общества.

Правда, заявления эти были сделаны десять лет назад. Превращения сектора Газа в "палестинскую Турцию" не произошло. Более того, по мнению многих наблюдателей, ХАМАС практически ничего не приобрел в результате "арабской весны", несмотря на всплеск националистических и религиозных настроений на всем Ближнем Востоке.

После смещения египетского президента-исламиста Мохаммеда Мурси испортились отношения с Египтом, через границу с которым в Газу регулярно проникало оружие, топливо и прочие предметы первой необходимости.

Новый президент ас-Сиси объявил "Братьев-мусульман" вне закона - вместе с ними под пресс попал и родственный им ХАМАС, а подземные туннели через границу египетские власти по-быстрому ликвидировали.

В то же время перемены в организации видны невооруженным глазом.

Мирное сосуществование

Под давлением Каира в октябре этого года ХАМАС и его многолетний конкурент на Западном берегу, ФАТХ, подписали соглашение о перемирии. Вражда между двумя организациями официально выглядела как борьба за право представлять палестинский народ.

Однако на практике это напоминало банальную борьбу за власть и влияние, причем отнюдь не парламентскими методами: зачастую политических конкурентов попросту убивали. По итогам борьбы в Газе не осталось представителей ФАТХ, а на Западном берегу столь же успешно зачистили ХАМАС.

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption В начале октября лидер ХАМАС Исмаил Хания опубликовал официальное заявление, направленное на "поддержание единства палестинского народа"

Новая хартия организации появилась в мае этого года. На первый взгляд, она мало отличается от своей предшественницы 1988 года. Однако в ней, в частности, уже не содержится прямого призыва к уничтожению государства Израиль (хотя ничего лестного в адрес "сионистских оккупантов" по-прежнему не говорится и в праве на существование ему отказано).

ХАМАС готов согласиться на палестинское государство в границах по состоянию на 4 июня 1967 года - то есть к началу Шестидневной войны.

Говорить о радикальном изменении отношения ХАМАС к Израилю преждевременно: в упомянутой хартии, например, по-прежнему говорится о едином и неделимом Иерусалиме как столице палестинского государства, о противодействии "сионистской оккупации" всеми доступными методами, и тому подобное.

Жесткую позицию организация заняла и в вопросе о палестинских беженцах, покинувших территорию новообразованного Израиля в 1948, а потом и в 1967 году.

Их право вернуться на занимаемые ранее территории, наверное, не вызвало бы особых споров, но ХАМАС настаивает на предоставлении этого права и всем их потомкам - а это означает полную арабизацию Израиля, на которую он не согласится ни при каких обстоятельствах.

Проблемы внутренние и внешние

Однако все вместе это производит впечатление некой "дерадикализации" движения, во всяком случае, его части. Разумеется, не все в организации этим довольны, да и ХАМАС более не является однородной группировкой, как это было в первые годы ее существования.

Некоторые аналитики выделяют три течения внутри организации во главе с ее многолетним лидером Халедом Машалем, ориентирующимся в своей политике на "Братьев-мусульман" и союзников из Катара и Турции, Махмудом аз-Захаром, упирающим на связи с Ираном, и главой ХАМАС Исмаилом Ханией, который занят решением насущных проблем и больше озабочен противостоянием с ФАТХ и удержанием власти в Газе.

Влияние Катара усилиями саудовских конкурентов сегодня сильно ослаблено, с Ираном ХАМАС поссорился, у Турции хватает проблем дома и без чужих исламистов. Египет вкупе с монархиями Залива не на шутку взялся за "Братьев-мусульман", и поддержка ХАМАС для них теперь дело третьестепенной важности, самим бы уцелеть.

Денег все меньше, новых спонсоров не предвидится.

К внутренним проблемам добавились неприятности извне: в сектор Газа постепенно стекаются изгоняемые из Ирака и Сирии конкуренты из так называемого "Исламского государства", с точки зрения которых ХАМАС - практически еретики, ибо не насаждают шариат железной рукой, недостаточно решительно сражаются с оккупантами и в этой связи не заслуживают снисхождения.

"Дружественное поглощение"?

Все это вместе взятое должно было бы подталкивать ХАМАС к дружбе с ФАТХ, становящимся в этой ситуации естественным союзником.

Но там тоже не слишком рады конкурентам, подозревая их в желании узурпировать власть. К тому же ФАТХ сейчас переживает весьма схожие проблемы - борьбу за власть и внутреннюю нестабильность.

Как часто бывает в таких ситуациях, в ФАТХ постепенно набирают силу радикалы, что уже отражается на риторике его руководства: в частности, то самое требование гарантировать права беженцев, заведомо неприемлемое для израильской стороны, выносится в первые строки повестки дня.

Тем не менее о перемирии стороны все же договорились, хотя и неясно, как долго оно продлится.

Исмаил Хания, ставший весной верховным руководителем ХАМАС, объявил о готовности перевести силовые подразделения в Газе под контроль Палестинской национальной администрации, то есть Махмуда Аббаса.

Кстати, Яхья Синвар, выбранный тогда же главой отделения ХАМАС в секторе Газа, а до этого бывший представителем бригад "Изз ад-Дин аль Кассам" в ХАМАС, считался "ястребом" даже по меркам боевиков. Включение его в переговорный процесс с ФАТХ и согласие (пусть пока и теоретическое) делить контроль над силовыми структурами в Газе с представителями ФАТХ наводит на мысль, что ситуация в секторе столь тяжела, что ХАМАС готов на любые сделки.

После своего избрания Хания и Синвар организовали административный комитет по управлению сектором, который в руководстве Палестинской автономии посчитали попыткой зацементировать власть ХАМАС в Газе. В ответ палестинские власти на Западном берегу перестали платить за топливо и медикаменты в Газе и заморозили зарплаты служащим госсектора.

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption В последние годы проблемы с электричеством в Газе случаются почти ежедневно

В результате сложилась ситуация, когда палестинцы в Газе с большей охотой восстали бы против ХАМАС, а не ненавистных "сионистских оккупантов".

В таких условиях можно договориться и с шиитскими "еретиками", и с заклятыми врагами из ФАТХ, и с самим шайтаном.

Куда ни кинь - всюду клин

В Израиле по-прежнему нет желания вести переговоры с ХАМАС. В западных странах ХАМАС тоже не любят хотя бы потому, что ее члены еще в начале 90-х годов прошлого века первыми поставили на поток нападения смертников, взятые потом на вооружение экстремистами всех мастей, в том числе в Европе.

В результате "арабской весны" и, главным образом, войны в Сирии и Ираке Ближний Восток заполнился новыми группировками разной степени радикальности, каждая из которых именно себя видит в центре региональной политики.

Меняется и политика монархий Залива, не жалеющих сегодня денег на масштабную кампанию против "Братьев-мусульман".

ХАМАС вряд ли может рассчитывать на обильную финансовую поддержку саудитов или ОАЭ, особенно если будет продолжать брать деньги у Тегерана. Кстати, как долго Иран будет финансировать салафитскую группировку - тоже вопрос открытый. Конечно, это большая заноза в боку Израиля, но и обходится она недешево.

Более того, в целом региональная политика на Ближнем Востоке меняет ориентиры. Палестино-израильский конфликт постепенно теряет свое центральное положение.

"Этот конфликт на сегодняшний день не урегулирован, я сомневаюсь, что он вообще когда-нибудь будет урегулирован, но к нему все привыкли, - считает востоковед, член экспертного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко. - Тем более что арабский мир сейчас увлечен совсем другими делами, и собственно ближневосточный конфликт отходит, а, может, уже и отошел на периферию, несмотря на проблемы с поселениями, с Иерусалимом и так далее".

Противостояние Саудовской Аравии и Ирана постепенно превращается в узловую проблему Ближнего Востока. До прямого столкновения дело пока не дошло, но борьба не прекращается ни на минуту: в Сирии, в Йемене, в Ираке Эр-Рияд и Тегеран поддерживают разные группировки и разные режимы. Но эта поддержка носит тактический характер, и ХАМАС может лишиться помощи доноров без предупреждения.

Кажется, в организации это начинают понимать. Сложно ожидать, что ХАМАС в одночасье откажется от воинственной риторики - лицо потерять нельзя. Но примирение с ФАТХ, где все же склонны скорее вести переговоры с Израилем, чем обстреливать его ракетами, - это свидетельство определенных перемен в мировоззрении руководства ХАМАС.

Временами начинает казаться, что у радикальных группировок есть своего рода "срок годности". Отстаивать великую цель и ради этого вести партизанскую войну, прятаться на конспиративных квартирах, заниматься контрабандой оружия и постоянно рисковать жизнью - все это по-юношески романтично и занимательно. Особенно если альтернатива этому "героизму" - жизнь впроголодь на минимальное пособие и безуспешные попытки найти хоть какую-то работу.

Повзрослев, набравшись опыта и насмотревшись на смерть товарищей, уцелевшие борцы за идею понимают: они заигрались в революцию, и в какой-то момент их попросту убьют. Безопаснее и лучше для дела уйти в политику и начать решать спорные вопросы путем переговоров.

Правообладатель иллюстрации Getty Images
Image caption Захочет ли этот мальчик носить такую же форму лет через 20-30?

Разумеется, всегда остаются недовольные "предательством" старших товарищей.

Как правило, это молодые радикалы, которые организуют свои формирования и продолжают вооруженную борьбу, руководствуясь теми же принципами, что и "предатели" за несколько десятков лет до того.

Но, не имея политического веса (а зачастую и финансовых возможностей) своих предшественников, обычно так и остаются маргинальными группировками, хотя и доставляют немало неприятностей структурам безопасности.

Так произошло с Ирландской республиканской армией, так случилось с колумбийской ФАРК. Возможно, похожая метаморфоза происходит сейчас и с ХАМАС.

ХАМАС вообще уже неоднократно предсказывали скорую кончину, превращение в маргинальную силу, теряющую политическое влияние и способность противостоять экспансии более молодых и агрессивных экстремистских образований.

Тем не менее, адаптируясь к быстро переменчивой обстановке, заключая и разрывая тактические альянсы, "Исламское движение сопротивления" по-прежнему представляет силу, с которой нельзя не считаться. Но надолго ли?

Может быть, "срок годности" ХАМАС в его нынешнем виде и впрямь подходит к концу?

Новости по теме